Западня
Шрифт:
– Что будем делать? – Спросил после паузы Роберт.
– Первым делом сходим в город, обменяем это паскудное золото на живые деньги и купим еды столько сколько, только сможем унести, а там видно будет. Надо действовать быстро, пока они ничего не узнали. Я думаю, несколько часов у нас в запасе имеется.
Истерзанные тела сборщиков налогов так о оставили лежать на месте. Глупо было бы их прятать. Забросив далеко в заросли свой золотоносный желоб, они быстро отправились в город. Пока они спускались по склону и пересекали каменистую долину, им встретилось несколько человек. Они даже взгляда не подняли на двух друзей, демонстративно занимаясь своими делами.
Город их встретил непременной дневной суетой. Ворота почему-то вообще не охранялись. Улицы-тропы были заполнены народом, праздно шатающимся на свежем воздухе. «Интересно, где же они берут деньги, для ведения такого спокойного образа жизни?» – подумал Роберт, но эта мысль на долго в его голове не задержалась, уступив место более насущным проблемам.
Первым делом они отправились в кварталы, прилегающие к рыночной площади, в гости к скупщикам золота. Поделив между собой презренный металл, чтобы не вызвать лишних вопросов, каждый из них обошел несколько скупщиков. Золото на наличные обменяли быстро и без приключений. Встретившись через пол часа в условленном месте, они пошли в руины Крастона, забрать свои рюкзаки, спальники и прочие мелочи, которые они оставляли в последнее время в городе, надеясь на внимательность и тяжелую руку соседа-кузнеца, который никогда не покидал своей кузницы, стоящей всего в нескольких метрах, через дорогу, от входа в жилище Крастона.
Хозяина дома не было. Сейчас он находился на склоне каменистой долины и мыл золото, стараясь заработать на оплату еды, боеприпасов, городского налога и как только что выяснилось, еще и на сбор лично с золотоискателей. Быстро собрав не ахти какие пожитки в свои рюкзаки, они вернулись на рыночную площадь и принялись скупать продукты. Выбирали только сублиматы – носить лишний вес никому не хотелось. Нужно было прихватить как можно больше продуктов и постараться при этом не взять ни капли воды. Проблем с товарами на рынке не ощущалось, только деньги давай, да и продавцы, не большие любители задавать вопросы. Людей стоящих за прилавками интересовали только наличные, запрошенные ими за товар. Другие вопросы мироздания и взаимоотношения между людьми их в данный момент не волновали.
Автоматическую винтовку, которую они таскали за собой уже третью неделю, пришлось продать. Продавец в оружейной лавке, даже не моргнув глазом предложил за нее четыреста кредитов – вдвое меньше, чем стоила точно такая же, стоящая в пирамиде, за его спиной.
– Это почему же так дешево, – возмутился Керон невиданной наглости. – Что хочешь на чужом горбу в рай въехать?
После недолгой словесной перепалки, он для себя уяснил, что продавец именно это и хочет сделать.
Только тогда, когда друзья вывалили на прилавок несколько комплектов боеприпасов к этому оружию, продавец неохотно повысил цену еще на сотню.
Вообще, надо сказать, что в противоположность всем рынкам, на которых ему довелось побывать за свою жизнь, Керон впервые был на рынке, на котором не было принято торговаться. Он несколько раз попробовал сбивать цены, но на него только смотрели, как на дурачка и даже не думали делать встречных предложений. Что касается Роберта, то рынок в Вольном городе, был первым подобным местом, в котором он побывал в своей жизни.
Прикинув, все ли они купили, друзья уже собрались было уходить, когда Керон вдруг вспомнил про походную аптечку, отсутствие которой значительно увеличивало риск путешествий в джунглях. Пришлось вернуться и купить. Торговец, отчаянно
На своем посту, неизменный, как само Время, стоял Карнул. Заметив прилично навьюченную парочку, он расплылся в своей неизменной, жизнерадостной улыбке и удивленно произнес:
– Это же надо, до какой степени бывают деятельные люди! Вы в городе всего несколько недель, а уже примелькались мне настолько, что кажется, я знаю вас уже много лет.
– Жизнь, – это движение, – отдуваясь объяснил ему Керон. – Как только перестал двигаться – считай умер.
Карнул задумался на мгновение над этим постулатом, в конце этого периода обдумывания, по его выражению лица было видно, что он так и не решил для себя, как к этому относиться.
– Вы знаете, – сказал он, – мне так кажется, что и находясь в движении можно сдохнуть. Вот вас, например, уже искала целая банда, человек в десять. Все злые, как сорвавшиеся с привязи псы.
– И что им было от нас нужно? – С деланной бодростью спросил Роберт.
– Наверняка ваши шкуры, – не моргнув глазом ответил страж.
– Давно это было? – Спросил Керон, внимательно всматриваясь в горожан и выискивая взглядом возможную опасность.
– Минут сорок назад, ну может час, не больше.
– Ты знаешь дружище, – заторопился Керон, – у нас еще очень много дел, так что поболтаем как-нибудь другим разом. И не вздумай никому говорить о том, что нас видел.
– Само собой, – расплылся в своей неизменной улыбке Карнул. Вдруг тишину полупустой площади порвал истерический крик:
– Вон они! Все сюда! Керон обернулся. Кричал сухонький мужчина, лет пятидесяти, с древней, затворной винтовкой в руках. Для убедительности, он размахивал руками, но не делал даже малейшей попытки приблизиться. Прохожие зеваки смотрели то на него, то в ту сторону, куда он указывал кривым, сухим пальцем и ничего не понимали. Как бравый воин не старался, но никто из соратников, его в данный момент не слышал. Все они очевидно рыскали по городу, а он был не маленький.
– Не обращай на него внимания, – посоветовал Керон, – он один никогда за нами не пойдет.
Действительно, отчаявшись докричаться до своих, мужчина взявшись за ствол своей винтовки, тяжело забросил ее себе на плечо и побежал к рыночной площади, в надежде найти подкрепление и понимание.
Роберт с Кероном направились в противоположном направлении. Не сговариваясь, они двигались прочь от города по той же самой тропе, которая привела их в это место.
– Нам нужно постараться убраться как можно дальше, пока этот стрелок не собрал свою команду. – Озвучил очевидное Роберт на одной из коротких остановок.
Керон даже не стал отвечать. Отдышавшись они помогли друг другу одеть на спины свою рюкзаки, вес каждого из которых был килограммов по тридцать и поплелись дальше, сгибаясь под своей ношей.
Пейзажи вдоль петляющей среди кустарников тропы разворачивались, как и несколько недель назад, когда Хедигер, со своими подручными вел их в город, только в обратном порядке. Частые поначалу, обработанные клочки земли, по мере продвижения, становились более редкими и не такими большими как у самого города. Да и земледельцев, чем дальше они отходили от городских стен, встречалось все меньше и меньше.