Западня

Гацунаев Николай Константинович

– Сядьте, Кришнан, - попросил Сингх

– Зачем?
– Крис еле сдерживался.
– Слушать ваше вранье? Вы не ответили на вопрос. Мо...
– Он осекся и во все глаза уставился на индуса.
– Сегодня вы не выходили на связь! В чем дело?!"

– Сядьте, - устало повторил Сингх.
– И хотя бы несколько минут постарайтесь меня не перебивать.

Не сводя с него настороженного взгляда, Крис опустился на стул.

– Есть тюркская пословица, - продолжал Сингх.
– У плывущих в одной лодке одна душа.
– Он помолчал.
– Мы плывем в одной лодке, Кришнан. Забудьте на время ваши симпатии и антипатии. Они вредны и опасны.

Единственное, что может нас спасти, это трезвый ум.

– Спасти?
– насторожился Крис.
– От кого?

Сингх не слышал. Мысли Сингха витали где-то далеко-далеко. Непонятно где.

– Трезвый коллективный ум. И полное единодушие. Иначе мы погибнем.

"А ведь он не шутит, - понял Крис, глядя на сосредоточенное лицо Сингха.
– Он убежден в том, что говорит".

– Сингх!

– Да?
– очнулся индус.

– Если все настолько серьезно, почему не связаться с материков?

Индус медленно покачал головой.

– Бесполезно.

– Испортилась рация?
– Крис недоуменно пожал плечами.
– Не вижу трагедии. Два невыхода на связь - и за нами пришлют вертолет. Разве не так?

– Так, Кришнан, так, и все же дайте мне договорить до конца, не перебивая. Рация исправна.
– Сингх горько усмехнулся.
– Настолько исправна, что передает сводки сама, без моего участия. Непонятно? Мне тоже, и тем не менее это факт. Наберитесь терпения, коллега, выслушайте мою точку зрения, а потом выскажете свою. Договорились?

Крис кивнул.

– Четвертый день мы на этом проклятом острове. И не продвинулись ни на шаг, если конечно, не считать несколько ну, скажем, так: странных и непонятных явлений.
– Сингх помолчал, глядя поверх лежащих на столе рук. У меня такое впечатление, что не мы исследуем Феномен, а Феномен исследует нас. И остров не что иное, как западня, в которую нас заманили.

– Западня?
– не выдержал Крис.

– Да. Рация исправна, но связи с Землей у нас нет. Вы убедитесь в этом сами, прокрутив магнитофонные записи. На пленку записаны сегодняшняя сводка, хотя я ее не передавал, и сводки на три дня вперед. Сводки, которые я, естественно, тоже не передавал. Фикция, одним словом. Я почти убежден, что ни одна из моих предыдущих сводок до материка не дошла. Но тогда к нам должны были выслать спасательный вертолет, а его, как видите, нет. Что-нибудь из двух: либо Земля принимает липовые сводки за подлинные, либо...
– Сингх взглянул на собеседника.
– Либо нас ищут и не могут найти.

– Весело!
– Крис достал сигареты и закурил.
– Продолжайте, Сингх. От ваших гипотез просто мороз по коже.

– Гипотез?
– Сингх покачал головой.
– Буду счастлив, если они не подтвердятся. А пока будем рассуждать объективно. Итак, мы изолированы от всего мира.

– Для чего?
– спросил Крис.

– Ну хотя бы для того, чтобы без помех досконально нас изучить. Иначе зачем все эти критические ситуации, спровоцированные стрессы, воздействия на психику?
– Сингх повел глазами на забинтованную руку.
– Думаете, это случайность?

Крис вспомнил всаженный в стол нож и стиснул зубы.

– Вряд ли они всерьез намерены причинить нам зло, - продолжал Сингх. Просто у них своя мораль, своя этика. Не совпадающие с нашими.

– Вы так спокойно об этом говорите!
– возмутился Крис. Экспериментировать на людях?

– Да ладно вам!
– поморщился Сингх.
– Можно подумать, мы на обезьянах не

экспериментируем.

– Так то обезьяны!
– вспылил Крис и осекся, вспомнив собственное, слава богу, не произнесенное вслух "желтая обезьяна".

– Обезьяны - приматы, - терпеливо напомнил Сингх.
– И уж если мы позволяем себе экспериментировать на своих ближайших родичах, то что говорить о пришельцах? Кто мы для них?

Сингх помолчал, собираясь с мыслями.

– Представьте себе, что мы действительно имеем дело с пришельцами из неведомой супергалактики. Их планета в миллион раз больше нашей. И год на ней в миллион раз длиннее, чем у нас. Допускаете такую возможность?

– Допускаю.

– А теперь попытайтесь взглянуть на нас их глазами. Земля - крохотный глиняный шарик-с сумасшедшей скоростью снует вокруг раскаленного уголька-Солнца. На шарике копошатся миллиарды существ. Каждому из них в отдельности суждено прожить всего каких-то семьдесят куцых витков вокруг светила. А они еще сражаются между собой, и в промежутках между войнами лихорадочно готовятся к новым. Единственное, в чем эти существа полностью единодушны, это идиотизм, с которым они катастрофическими темпами уничтожают собственную планету, истощая ее недра, вырубая леса, загрязняя реки, моря, атмосферу и даже космос.

– Скажите честно, Кришнан, у вас, будь вы на месте этих пришельцев, не возникло бы желания понять идиотскую логику или, вернее, алогизм поведения этих существ?

– Возможно.
– Крис задумчиво поскреб подбородок.
– Вы нарисовали впечатляющую картину, Сингх. Но вы рассуждаете как человек, а не как пришелец. В качестве варианта ваша схема, может быть, и приемлема. Но не больше.

Почему? Да потому, что существа, к котором относимся и мы с вами, гораздо опаснее, чем кажется. Они заражены манией величия. Рвутся в космос. Всерьез мечтают об освоении новых миров. А как они будут их осваивать нетрудно убедиться на примере Земли. Пришельцы, если они действительно существуют, наверняка давно это поняли. Что мы делаем, обнаружив дерево, зараженное опасными насекомыми или микробами? Пускаем в ход огнеметы!

– Мне это тоже приходило в голову, - признался индус.
– Но если они до сих пор не использовали свои огнеметы...

– Значит, мы имеем дело не с пришельцами.

– Но тогда с кем?

– Вы что-то говорили об обезьянах...

– Об обезьянах? А, да-да. Понимаю вас, Кришнан. Поставьте себя на их место. Малопривлекательная перспектива, не правда ли? Так и тянет на бунт. А ну, как они в самом деле взбунтуются? И в один далеко не прекрасный день все разом покончат жизнь самоубийством? В знак протеста. Другого-то выхода у них нет: или смирись или...

Он вдруг отчетливо увидел, именно увидел, а не представил себе пологий песчаный берег моря и над нем десятки извивающихся в предсмертных конвульсиях дельфинов, которые, безо всякой, казалось бы, на то причины выбросились на берег и, даме агонизируя, упорно старались уползти как можно дальше от родной стихни.

– Кажется, я понимаю, с кем мы имеем дело, - медленно произнес Сингх.

– И с кем же?
– прищурился Крис.

– С планетой Земля.

Кате снилось море. Ласковое, искрящееся, в лазоревой дымке, в неумолчном рокоте волн, криках чаек, отголосках пароходных сирен. Ветер приносил с моря запах рыбы и водорослей, смолы и дыма, прогретых солнцем мелководий, белесых солончаков, потрескавшихся от зноя такыров и раскаленных пустынь.