Заледеневшая

Вудс Эдриенн

Я вытерла еще одну слезу.

— Пойдем, я отведу тебя в твою комнату.

Я остановилась на минуту.

— Могу ли я остановиться в его комнате?

Она посмотрела на меня и опустила взгляд. Я не могла все вернуть. Мне просто нужно было быть ближе к тому, что от него осталось. Наконец, она улыбнулась и кивнула. Мы вместе пошли в комнату Люциана. Никто из нас не сказал ни слова. Когда королева открыла дверь, ведущую в его комнату, ей пришлось сдержать слезы.

— Иногда я просыпаюсь и могу поклясться, что слышу, как он ходит взад-вперед, — тихо сказала она. —

Но когда я открываю его дверь, никого там не нахожу, — она снова коснулась моей руки. — Я знаю, что ты чувствуешь Елена, я чувствую то же самое.

— Вы потеряли обоих детей из-за Виверны.

— И обе Виверны мертвы, — она посмотрела в коридор и обратно на меня. — Гельмут одержим гиппогрифом.

Я закрыла глаза. Я забыла, что на самом деле это она его убила. Она сбежала, и, конечно, король Гельмут хотел бы знать, где она. Он не успокоится, пока она тоже не умрет.

— Он пытался ее разыскать?

— Он посылал своих разведчиков, но все вернулись с пустыми руками. Мы не знаем, в каком городе Виверн она живет, что делает это все немного сложнее, нежели поиск Вайланда.

— Пол сказал мне, что он его брат. Что он хотел, чтобы король Гельмут заплатил за то, что с ним случилось. Мне так жаль.

— Не стоит. Я подозревала, что это могло быть что-то вроде этого.

— Я просто не понимаю, почему они забрали Элементалей с собой. Те были всего лишь детьми.

— Опасность надвигается, Елена, и я думаю, они нужны им больше, чем мы, — она погладила меня по щеке. Она была неправа. Но я собиралась попытаться помешать им заполучить Блейка.

— Чувствуй себя, как дома. Мы подаем ужин около шести, — она улыбнулась еще раз. — Очень приятно, что ты здесь.

После того, как она закрыла дверь, я упала на кровать Люциана. Мой живот и сердце заныли, когда я чувствовала его запах на постельном белье. Он, каким-то образом, все еще был здесь. Я не могла выкинуть его из головы. То, как он выглядел, когда нашел меня. Зная, что он услышал, что я почти поцеловала Пола, но он все еще пытался спасти меня… Блейк был прав, я не заслуживала его.

Я лежала там, пока Бриджит не вошла.

Она тихо позвала меня и без единого слова повела в столовую, где стоял стол, сервированный только для двоих. Короля Гельмута нигде не было.

Королева Маргарет жестом указала на место напротив себя, и я села. Персонал, который обслуживал нас, говорил только тогда, когда они должны были предложить меню. Все они несли бремя потери Люциана. Остаток ужина был разделен молчанием.

Я нашла Кэта на его подушке. Он сбросил несколько фунтов, даже он скучал по Люциану. Собака была не в себе, и он даже не взял кусок бекона, который я ему предложила. Пес даже не взглянул на него.

— Он все еще ищет его повсюду, — сказала королева Маргарет.

— Бекон не поможет, если он не из рук Люциана, — она оглянулась на тарелку с едой и продолжала пытаться есть.

Я хотела что-то сказать, но ничего не поможет в этой ситуации. Поэтому я держала рот на замке и молча доедала.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи около восьми.

Я просто не могла уснуть. Последний раз я спала в этой

кровати с Люцианом. Я все еще видела, как он смотрит на меня, когда я закрываю глаза. На этот раз память была ясна. Его глаза были мягкими, а поцелуи теплыми, лихорадочно теплыми. Другая боль зацепила мое сердце, и я неудержимо зарыдала. Я попыталась заглушить это подушкой, чтобы не разбудить его родителей, и когда рыдания, наконец, остановились, я обнаружила, что покидаю его комнату и спускаюсь по лестнице туда, где Кэт все еще лежал на подушке.

Собака даже не подняла глаз, когда я стояла прямо перед ним.

— Кэт, если я могу есть и продолжать жить, то и ты можешь, — я пошла на кухню и открыла холодильник. Нашла ветчину и вытащила ее оттуда. Слезы застыли в моих глазах, когда я продолжала смотреть на то место, где он сидел в тот день, когда спросил о Тании. Когда я закрыла глаза, я все еще могла видеть его и слышать его гнев.

Я случайно порезалась ножом и схватилась за окровавленный палец. Я наблюдала, как порез закрывался и исчезал. Моя способность к исцелению была самой сильной.

Я убрала рулет с ветчиной и отнесла полную тарелку обратно собаке.

Я поставил ее напротив пса, но тот отвернулся.

— Нет! — Я обнаружила, что легла перед ним и повернула его голову ко мне. — Я знаю, что ты чувствуешь. Мы все скучаем по нему, Кэт. Он хотел бы, чтобы ты ел, — слеза скатилась по моей щеке, и, к моему удивлению, собака слизнула ее. Я хихикнула над ним. — Пожалуйста, просто поешь.

Он смотрел на меня пару секунд, а потом на тарелку ветчины.

Его хвост начал медленно покачиваться, и я с облегчением наблюдала, как он начал есть.

Я нежно погладила его голову.

— Вот и все. Все в свое время.

— Я пробовала все, чтобы собака поела.

Я подпрыгнула от голоса королевы Маргарет. Она хихикнула и извинилась. Мы оба начали смеяться.

— Может, просто нужно было, чтобы кто-то сказал ему, что жизнь продолжается.

Она присела рядом со мной в пижаме и тоже погладила собаку по голове.

— Спасибо, Елена.

— Не за что.

Она улыбнулась, и мы смотрели, как Кэт доел всю еду.

Мы снова пожелали друг другу спокойной ночи у двери в комнату Люциана, на этот раз Кэт был прямо за мной.

Кэт устроился поудобнее на кровати Люциана, и я подползла к нему.

Запах Люциана, который остался на его постельном белье, наполнил мои ноздри. Я была уверена, что если бы я была человеком, я бы не смогла больше почувствовать его запах, но я не была им.

— Я скучаю по тебе.

Глава 18

На следующий день наступил канун Рождества. Замок был довольно тихим, и на улице шел снег. Затопили все камины, и стало жарко. Кэт ходил за мной по пятам, и мы оказались в библиотеке. Я нашла хорошую книгу для чтения. Прислуга обслуживала нас в обед в библиотеке, и около трех часов появилась королева Маргарет.