Заледеневшая
Шрифт:
Подойдя ко мне, она протянула обе руки навстречу.
— Наш маленький Чудотворец наконец проснулся.
Я улыбнулась и обняла ее.
Когда мы перестали обниматься, один из стражников появился рядом с королевой. Он тепло улыбнулся мне.
— Спасибо, что спасла мою жизнь прошлой ночью.
Я нахмурилась.
— Это был ты?
Он усмехнулся и с позором склонил голову.
— Пожалуйста, — сказала я, нахмурившись. У него были светлые волосы, а я знала, что спасла человека с темными
Я сидела на стуле, ближайшем к королеве Маргарет, и наслаждалась праздником со всем персоналом. Это был прекрасный жест, что они праздновали Рождество все вместе.
Изабель оказалась права, король Гельмут был чертовски хорошим правителем. Он не заслуживал потерять обоих своих детей.
Я даже помогла с посудой и около пяти вернулась в комнату Люциана. Я упала на его кровать и всем сердцем желала, чтобы он был здесь, прямо сейчас, со мной.
Мой разум не хотел играть в эту игру.
Раздался тихий стук в дверь.
— Войдите, — сказала я, и королева выглянула из-за двери. Она улыбнулась мне и вошла.
У нее было что-то завернуто в руках, и я тихо крякнула, что заставило ее смеяться.
Она пришла и села на кровать.
— Это просто что-то незначительное, это даже ничего не стоило, но я уверена, что он хотел бы, чтобы у тебя было это.
Мое сердце остановилось на пару секунд, когда она сказала последнюю часть, и я знала, что это было что-то, что принадлежало Люциану. Она вручила мне подарок, а я разорвала бумагу. Я нашла кожаный дневник, и у меня не было слов, когда я увидел буквы Л. M., выгравированные на передней части.
— Вы уверены насчет этого? — мягко спросила я.
Она кивнула, встала, нежно поцеловала меня в голову и вышла из комнаты.
Я сидела там пару минут и смотрела на дневник в руках. Я нежно погладила верхушку кожи, затем поднесла его к носу и понюхала. Пахло кожей, совсем не похоже на него, но его слова были написаны на этих страницах, его мысли. Это был самый удивительный подарок, который кто-либо мог мне дать.
Я открыла первую страницу и начала читать. Его голос в моей голове был не совсем его, но сейчас это работало так.
Большая часть из них была о дружбе с Блейком, и как он беспокоился о нем, поскольку тот явно начинал меняться.
Когда мои глаза защипали, я прижала книгу к груди на несколько минут и закрыла глаза. Когда снова открыла их, то убрала дневник и почувствовала, что мне нужен свежий воздух.
Я завернулась в одеяло Люциана и вышла посидеть снаружи на балконе. Снег прекратился, и воздух был холодным, а звезды красиво сияли в небе.
Я жаждала ощутить прикосновение его рук, закрыла глаза и сделала вид, что одеяло было его теплом, его руками, и что он был здесь со мной. Я зарылась лицом в одеяло и почувствовала
Ветер нежно ласкал мое лицо, и я поняла, что все еще сижу на балконе. Одеяло действительно начало чувствоваться, как руки вокруг меня, и даже стул, на котором я сидела, чувствовался человеком. Я застыла, когда губы коснулись моей шеи.
— Я так по тебе скучаю, — сказал он, и я обернулась. Мои глаза стали огромными, когда я смотрела на него. Я хотела что-то сказать, но слова пропали. Как такое могло произойти? Это не может быть правдой.
Его палец мягко коснулся моей щеки.
— Тихо, не плачь, — прошептал он.
— Я здесь, сейчас.
Я не стала думать, схватила его за шею и поцеловала в губы. Они чувствовались такими настоящими, как будто действительно был здесь. Я не хотела прекращать целовать его и никогда не хотела, чтобы он бросил меня снова.
Мне нужно было дышать, и наш поцелуй прервался.
— Как такое возможно?
Он хихикнул.
— Так же, как королева Катрина преследует тебя.
— Это совсем другое, Люциан. Это совсем не одно и то же.
— Это действительно мило.
— Нет, мне снится… — я остановилась и закрыла глаза. — Это сон?
Он кивнул головой.
— Что-то вроде этого.
— Тогда я никогда не хочу просыпаться, — я зарылась лицом ему в шею и глубоко вдохнула, наполнив легкие его запахом.
— Как бы я ни хотел остаться с тобой вот так, я не могу, — он осторожно отодвинул меня от себя, чтобы я могла на него смотреть.
— Я не могу так жить, Люциан. Это слишком тяжело.
Он улыбнулся.
— Ты знаешь, что это не правда, Елена.
Я закрыла глаза. Конечно, он знал о Блейке и о моих чувствах к нему.
— Это было большой ошибкой. Этого не должно было случиться.
Он хихикнул.
— Ты не должна мне ничего объяснять, милая. Тебе нужно жить своей жизнью.
— Не могу.
— Нет, ты можешь, — его улыбка исчезла, и печаль отразилась в глазах.
— Не уходи.
— Еще нет, — его рука коснулась моей, и наши пальцы переплелись. Он поднес их к губам и нежно поцеловал. — Ты должна помочь Сэмми и Бекки.
— Люциан, я не могу.
— Елена…
— Нет, в тот день он решил не идти с тобой. Он знал, что я в опасности, и если ты скажешь, что это из-за его тьмы, клянусь, я проснусь, — я не имела в виду ничего из этого, но не хотела слышать это от него.
— Ты блефуешь, — он улыбнулся.
— Ладно, блефую, но я не собираюсь им помогать.
— Я нашел абсолютно все. И… — он изо всех сил пытался заговорить. Он не мог этого сказать.
— Что это? Что тебе удалось найти? — я снова вытерла свои глупые слезы.