Заклинатель

Радин Сергей

Спиной я ткнулся в угол, отчего меня слегка развернуло - боком к прилизанному.

Теперь я видел, что именно Красовски прижимает к бедру, - отвёртку. Спокойно подумалось: "Удобно. Острием куда угодно - а потом столкнуть в шахту". Словно откликнувшись на эту мысль, мои руки, только что шарившие - в поисках выхода - по стене и поручням вокруг шахты, образующим угол, поднялись на уровень солнечного сплетения, сжавшись в кулаки. И опять-таки спокойно подумалось: "Драться в этом комбинезоне всё равно не смогу. Ноги не поднять".

Ещё

шаг прилизанного. Теперь его рука с отвёрткой плавно и быстро двигалась перед грудью, будто заранее предупреждала, что она оружие не только нападения, но и защиты. Сам же он не сводил с меня ненавидящего взгляда. И шёл на меня тоже боком. Кажется, моя предупреждающая стойка его не напугала. Значит ли его упорство, что он хороший боец, привыкший драться не в спортивных соревнованиях, но в уличных стычках? Если это так, то моё дело - швах.

Заныл синяк на пояснице - так плотно, оказывается, я прижался к поручням. Мелькнула мысль: смешно - если бы он шёл на кого-то другого, я бы сразу ринулся в драку - защитить, но он шёл на меня… А мне почему-то было, откровенно говоря, на…

Воздух за Красовски внезапно расплавился, будто на него надвинулось кривое стекло. Расплавилось-поплыло и его правое плечо, а сам он вдруг пронзительно вскрикнул от боли, а через секунды заверещал.

Вольф, материализовавшийся за его спиной, недовольно спросил:

– Чего ещё не поделили?

Из разжавшихся от боли пальцев Красовски выпала отвёртка, с суховатым металлическим пристуком попрыгала в сторону. Утихая в движении, покатилась и замерла в нескольких сантиметрах от края шахты.

– Рабочий инструмент не поделили, - констатировал призрак, и его лапища в бронированной перчатке стукнула по плечу, за которое только что держала пойманного.

Прилизанный свалился без звука.

– Скажи спасибо, что рабочих не хватает, - монотонно обратился Вольф к постанывающему Красовски.
– И - первое и последнее предупреждение: если ещё в чём будешь замечен, я тебе лично проведу операцию по невральной ресоциализации. И будь уверен: проведу так, что жив останешься, но вот за мозги не ручаюсь. Меня понял?

Красовски дико взглянул на него с пола и поспешно замотал головой, кивая. Но призраку жеста показалось мало. Он лениво двинул лежащего в бок ножищей в ботинке, который больше подходил, по моим представлениям, для прогулки по Марсу, чем для разгуливания по Сцилле, даже с её сильными ветрами.

– Вслух.

– Понял! Я понял вас!
– провизжал Красовски.

– Подними отвёртку, - велел мне Вольф.
– Нечего разбрасываться нужными вещами. Иди за мной. И чего ты всё время попадаешь?..

Он не договорил, но я понял. Но мысли уже были о другом: а может ли призрак понять по ауре человека, что в теле одного другой? Праздный вопрос. Не спросишь же на самом деле Вольфа напрямую.

Обойдя стонущего Красовски,

я поспешил за призраком.

У моего грузовика топтался встревоженный Михал. При виде нас он было облегчённо расслабился, но вновь насторожился, взглянув на моё непроницаемое лицо. Чуть дальше с одним из водителей автокара разговаривал Шериф. Оглянулся и поспешил к нам, озабоченно отдавая какие-то распоряжения в трубку, прижатую к уху, - аналог триди-визора?

– Что случилось?

– Разбирайтесь сами, - бесстрастно сказал призрак и, прихватив какой-то небольшой контейнер, формой похожий на чемодан, удалился.

Михал и Арни уставились на что-то за мной. Я обернулся. С трудом шагая, из тупика выходил Красовски. Не глядя на нас, он повернул в сторону, сел на пустой кар и уехал. Мужчины разом оглянулись на меня.

– Так что произошло?
– спросил Арни.

– Не знаю. Я смотрел на шахту, а он вдруг подошёл и вынул отвёртку.
– Что я и передал Шерифу.
– А потом появился призрак и разрулил ситуацию.

– Точно - не знаешь?
– странно переспросил Шериф.
– Тогда на всякий случай запоминай: ты убил брата Красовски. Будь осторожен с ним.

– Брата?..

– Ну да. Помнишь одного из тех двоих, в душевой? Небольшого роста, небритый, лицо ещё такое круглое, одутловатое.

Небритая обезьяна!.. Ясно… Я вздохнул.

– Я буду осторожен.

Михал вдруг ухватил за рукав двинувшегося было в сторону каров Арни.

– Подожди, мне с ним работать. Я хочу знать, за что он убил тех двоих. Что сказали призраки? Они сказали, за что он их? Они сказали тебе?..

Шериф перевёл глаза на меня - я невольно набычился. Усмехнувшись, он сказал:

– Михал, прозвучит странно, но Брис защищал наших детей. Так сказали призраки. В частности - Вэл. Удовлетворён? Продолжайте работать, вы задерживаете погрузку.

Он развернулся и зашагал от нас. Я поспешно, боясь расспросов, залез в кабину своего грузовика. Призраки, конечно, не стали говорить, что не смогли выслушать меня телепатически, отчего и заставили говорить. Единственное - я уверен, что они проследили, правду ли я сказал. По цветам ауры определить нетрудно, когда человек лжёт, а когда говорит правду. Хотя я не думал, что они скажут о результате Шерифу.

Постояв немного на месте, Михал, ни слова не говоря, быстро подошёл к своему грузовику. Он привычно тронулся первым, я - последовал за ним.

До конца рабочей смены ничего больше не случилось.

Во время последней разгрузки на перерабатывающем заводе я отошёл от машины и очутился у заводского забора. Присел на цоколь сплошной стены. Оказывается, Михал тоже еле-еле терпел общение со мной. Странности человеческой психологии. Все запомнили меня как убийцу двоих из душевой, но почему-то никто не вспомнил, как я вышел к призракам, спасая девушку-заложницу…