Заклинатель
Шрифт:
За мощной стеной ветра даже на открытом воздухе почти не чувствовалось. Я стащил с рук жёсткие перчатки, положил рядом. До конца разгрузки время есть. Автобуса ещё дожидаться и дожидаться.
Положил ладони на колени, полурасслабленными пальцами кверху. До появления на Сцилле я никогда не видел ауры. И не чувствовал личного пространства человека, как почувствовал его, когда, таясь, ко мне начал подкрадываться Красовски. Интересно, как будет выглядеть обычный набор энергии?
Сосредоточившись на коже ладоней, я мысленно прикоснулся к ней, прочувствовав каждую складку, каждый её миллиметр. Привычный следующий этап - ощущение
В пространстве между ладонями уже через секунду возникло впечатление тяжести. Ого… Это Брис такой сильный? Я ведь ещё не начал заниматься чисто физически. Откуда у него столько энергии?
Я уже перестал сдвигать-раздвигать ладони, а ощущение тяжести между ними росло. Всё, хватит. Чтобы добро не пропадало, как наставлял один из наших преподавателей, я "втёр" полученный энергетический шар в солнечное сплетение. Как обычно - по часовой стрелке.
И задумался. Примитив. Как бы научиться тому, что делал вчера Винсент, - переводить энергию на оружие? По сути - ментальная телепортация.
Мда… С другой стороны, если я, будучи не в самой лучшей физической форме, могу состряпать такой шар в считанные секунды, что будет дня через два-три, после постоянных тренировок?
Есть отрицательная сторона. Призраки сразу увидят, что я тренируюсь. Я ведь буду полыхать такой мощнейшим энергополем, что не увидеть его нельзя. Попробовать блокировать его? Мысленно? Надо найти где-нибудь зеркало и заниматься перед ним.
– Брис, где ты? Автобусы скоро будут!
Оклик Михала оборвал мысль - попытку разобраться хотя бы логически в вопросе, откуда на Сцилле ксеноморфы. Ну и каша в голове…
Пришлось встать и пойти к воротам, чтобы отогнать грузовик под навес, где уже стояла машина Михала. Сам он сидел в кабине с раскрытой дверцей и внимательно следил за моими манипуляциями.
– У тебя неплохо получается.
– Хороший учитель - Арни, - ответил я, присев на подножку своего грузовика и нащупывая завязки капюшона.
Но, кажется, Михал настроен поговорить. Он как-то беспокойно всматривался в меня, то и дело дёргая уголком губ.
– Брис, мы тут все к тебе относимся… не очень. Но ведь ты киллер, пусть и потерявший память. Так что наше отношение к тебе понятно, да?
– Что ты хочешь сказать? Все боятся - я могу убить кого-то?
– устав от неудобной, вызывающей тошноту ситуации, я решил прояснить момент, благо Михал сам начал разговор.
– Да, киллер. Но ведь чтобы киллер убил человека, ему надо получить на него заказ. Пока мне никого из переселенцев не заказывали.
– Я криво усмехнулся.
– Но киллер…
– Господи, Михал!
– буркнул я.
– Вы что же, думаете, киллер - это человек, который стреляет сдуру во всех, кто ему не понравится? Да и не помню я этого киллерства своего.
– Алекс - мой младший, и он рассказывал про тебя.
Оглушённый, я уставился на Михала. Вот что его мучило все эти часы работы со мной. Он наблюдал за мной как за человеком, с которым общается его сын. Наблюдал и пытался вычислить, что я за человек, если дети охотно бегают ко мне. К уроду со страшными рваными царапинами на лице, к профессиональному убийце. Пытался вычислить, как такой человек, как я, киллер, мог рассказывать детям обычные сказки, а не учить
– И ты боялся, как бы твой сын…
– Наверное, уже не буду, - признался Михал и спустился на землю, тоже сел напротив меня, на ступень своей машины.
– Хотя мне трудно понять…
Мы сидели молча до появления автобусов.
Не знаю, о чём думал Михал, но своим страхом за сына, как это смешно ни звучит, он напомнил, что мне вечером ещё рассказывать детям сказку и надо бы придумать, какую именно. А ещё я вспомнил, что эту сказку будут слушать и другие дети. И почему-то вдруг пошла странная аналогия: в Великую отечественную, когда Твардовский только-только начал творить своего "Василия Тёркина", бойцы с фронта писали ему, чтобы он печатал поэму небольшими главами-историями. Мол, жаль и обидно идти в бой, не зная, чем закончилась очередная эпопея Тёркина. Вдруг убьют?.. Нет, с таким настроением в бой идти - победы не видать. И Твардовский откликнулся на просьбу, сделал главы максимально компактными и законченными.
И я стал думать, какие же сказки вспомнить, чтобы их хватало на один вечер.
12.
Лидия велела забрать выстиранные вещи. Оказывается, где-то здесь, под жилым этажом, есть комната со стиральными агрегатами, куда она и носила бельё. Она вручила мне мой балахон, состоящий из рубахи и штанов, в которых я, то есть Брис, лежал, находясь в крио-сне. И уже в своей камере я внимательно осмотрел вещи.
Дети пока не придут. Полчаса на себя есть. В первую очередь костяным штырём из ладони оборвал пуговицы на рубахе. Затем переоделся и вытащил из сумки Бриса ремень. Нет, не то. Пришлось воспользоваться полотенцем. Переодевшись в подобие тренировочного кимоно и подпоясавшись свёрнутым полотенцем, я несколько минут просидел, прислушиваясь к себе. Нет. Никакого отклика.
Достал триди-визор и зашёл на сайт кёкусинкая. Так. Видео. Ещё одно… Стоп. Чья это знакомая бритая голова? Брис. Настоящий. В спарринге с широкоплечим парнишкой своего возраста. Оба подпрыгивают завораживающе мягко, и, по первому впечатлению, оба же уворачиваются от контактного боя. Но вот спарринг-партнёр опробовал удар - Брис отскочил, продолжает подпрыгивать вкруговую, словно не собираясь вообще приближаться к противнику. Нет, пошли на сближение. Противник, защищая собственную голову, попытался достать Бриса странным выпадом - тыльной стороной кисти в грудь. Тот в боковом развороте внезапно выбросил ногу вперёд - ударил сверху, над плечом, по затылку. Каким образом он нашёл брешь в довольно плотном блоке?! Противник свалился. Подскочил рефери, Бриса отвёл в сторону. Кажется, упавшего и более не пошевелившегося парнишку оттащили с татами.
Я поставил триди-визор на сумку, снова включил видео и посмотрел начало. Ещё раз. Брис застыл передо мной. Движение пробного удара, прощупывающего оборону противника, я вроде запомнил. Подпрыгивание, мягкое, будто на спортивной сетке, - тоже. Встал. Развернулся. Итак, удар начинается с разворота тела. Неуверенно подпрыгиваем. Поднимаем руку… Ах-ха! Чёрт, я же хотел только рукой!..
Опустил ногу и немного испуганно вгляделся в стену, куда ударил. Нет, всё нормально. Ничего не сыплется. Почему же мне показалось… Ногой же ощутил… Я похолодел. Стена-то в душевую. А там плитки.