Заклинатель боли

Смородин Кирилл

Магом, который не справился с самой главной задачей в жизни.

Помрачнев, я тоже устроился перед телевизором и в тысячный раз оглядел комнату Макса. Шкаф, забитый книгами, раскрытый школьный рюкзак на полу, из которого выглядывали учебники и тетради, письменный стол. Там гордо стояло самое главное сокровище друга — модель звездолета, сделанная из коробок. Точнее, сокровищем была не сама модель, а пачка эротических журналов, которые Максим в ней прятал.

— Ну что, время для дозы эстетического удовольствия, — друг отыскал пульт и включил телевизор. —

Я анонсы смотрел. Говорят, орги в этот раз вообще что-то невероятное заготовили. Посмотрим, как Танюшка справится.

Кивнув, я уставился в телевизор. Начиналась «Арена героев» — шоу, в котором молодые маги-аристократы справлялись с различными испытаниями. Проходили подземелья с ловушками и загадками, бились с призванными существами, сражались друг с другом.

Я ненавидел эту передачу. Смотреть, как другие используют магию, когда сам лишился дара, удовольствие крайне сомнительное. Все внутри сжималось, отчаяние и тоска брали за горло, а кровь едва не закипала от бессильной ярости. Но уж лучше так, чем торчать дома, где Элла и очередной ее собутыльник с каждой выпитой рюмкой все больше превращались в животных.

В телевизоре заиграла знакомая музыка, пошли кадры из предыдущих выпусков. Максим не отрывал горящих глаз от экрана, ожидая, когда там появится Танюшка. Вернее — Татьяна Боголюбова, юная красавица, чрезвычайно одаренный по меркам этого мира маг и наследница очень влиятельного аристократического рода. Друг был от нее без ума.

Головная боль усиливалась, и я прикрыл глаза. Решил немного посидеть так, надеясь, что станет полегче, и сам не заметил, как потянулся к источнику силы. И в тысячный раз убедился, что он мертв.

— О-о-о, ты глянь, у нее новая форма! — воскликнул Макс.

Открыв глаза, увидел, что друг подался вперед и не отрывал глаз от экрана, где как раз представляли участников сегодняшней гонки. Среди них была и Танюшка — действительно в новой форме: заряженная магией броня в красно-черных тонах облегала сногсшибательную фигуру девушки, подчеркивая все ее достоинства.

— Бли-и-ин… — простонал Максим, когда завлекательный вид самой красивой участницы «Арены» сменила щекастая физиономия ведущего. — Я ж не вывезу, в ванную сейчас побегу.

Я в ответ лишь усмехнулся и спустя пару минут все же начал смотреть шоу. Испытания для полуфинала и впрямь приготовили интересные. Дюжина участников перемещалась по фрагментам замка, которые висели в воздухе на приличном расстоянии друг от друга, и сражались с зомби, оборотнями и другой созданной организаторами нечистью. Целью было добраться до центральной башни, парившей выше всех остальных фрагментов, и распутать сложную вязь заклинаний, после чего замок должен вновь стать единым целым. Одним словом, детские игры, но зрителям, похоже, нравилось. Максу так уж точно: друг не умолкал ни на минуту, комментируя происходящее.

— А Савва-то, кажись, Танюшку кадрить начал, — недовольно произнес он, наблюдая за действиями главного фаворита соревнований, представителя рода Думских. У парня явно был талант к пиромантии: Савва

яростно поливал пламенем врагов, что перли справа и слева. Силы, на мой взгляд, он расходовал куда больше, чем требовалось. — В перерыве все время к ней подруливал, сейчас рядом держится. Герой-геморрой, блин. Но Танечка молодец, игнорит бедолагу.

Я лишь усмехнулся, прекрасно понимая, что Макс отдал бы все, лишь бы оказаться на месте «бедолаги».

— Интересно, — задумался он, когда началась рекламная пауза, — а есть ли у нашей драгоценной Евы шансы попасть на «Арену»? Я бы посмотрел, как на ней облегающий костюмчик сидит.

— Для этого ей надо как минимум поступить в одну из магических академий, — ответил я и помрачнел, вспомнив, с каким видом Ева и Вика смотрели на меня на лестничной клетке.

— Поступит, куда ж она денется. Дар-то у нее есть, уже три года как пробудился, — в голосе Макса отчетливо слышались нотки зависти. — В нашей дыре она чуть ли не единственная простолюдинка со способностями. Так что директриса наша и чинуши из управления образования ее обязательно куда-нибудь пропихнут. Сам же видишь, как они с нашей золотой девочкой носятся.

— Прекрати.

— А чего? Скажешь, я не прав? То наставников ей подгонят, то на доску почета ее мордашку повесят, то журналистов припашут про нее статейку написать. Как же, звезда, блин. Ходячая сенсация. Скоро так зазвездится, что простых смертных вокруг себя вообще замечать перестанет.

Я ничего не ответил, лишь раздраженно дернул щекой. Мне всегда становилось неприятно, когда кто-то отзывался о Еве в подобном тоне. Сам я искренне желал, чтобы у нее все получилось и дар открыл ей дорогу в большое будущее.

Соревнования длились больше двух часов, и победу в очередном этапе одержала Татьяна. Думский, который и впрямь решил повыделываться перед красавицей в красно-черном, выдохся перед парой финальных испытаний. Что и требовалось доказать.

С другой стороны, кто я сейчас такой, чтобы обсуждать и осуждать обладателей магического дара? Правильно: никто.

От этой мысли на душе стало еще паршивее, и я заставил себя подняться. Голова раскалывалась, в мышцах появилось знакомое мерзкое чувство. Значит, судороги не за горами и лучше мне побыстрее вернуться домой. Элла и этот сиплый урод наверняка нажрались и отрубились, так что никто не помешает мне хорошенько помучиться.

— Все-таки домой пойдешь? — спросил Макс, тоже вставая.

— Да. Пора. Завтра проверочная по геометрии первым уроком. Нужно выспаться, чтобы голова работала.

— Бля… — судя по помрачневшему лицу, друг о проверочной забыл напрочь.

— Не переживай, — я усмехнулся. — Сядешь за мной и все срисуешь.

Макс благодарно кивнул, но тут же вновь нахмурился.

— Да, кстати, — сказал он, глядя на меня с сочувствием. — Мне тут чирикнули, что Конь выздоровел. Завтра придет.

— Понятно, — процедил я, а перед мысленным взором предстал двухметровый детина с плотоядной улыбочкой, для которого я был любимой боксерской грушей.