Заклинатель боли
Шрифт:
— Нет, родной. В погребе укрылась, когда весь этот ужас начался, и там сидела. Господи, — женщина всхлипнула. — Что же это было-то вообще?..
— Что бы ни было, оно закончилось, — твердо ответил Макс. — Больше нам ничего не угрожает.
Он поговорил с матерью еще пару минут, затем убрал телефон в карман, прикрыл глаза и облегченно выдохнул. Главный страх не подтвердился, а остальное не так уж важно.
— Сейчас Леху найду, и вообще все замечательно будет, — задумчиво пробормотал Макс, поворачиваясь ко входу в академию.
***
Закончилось?
Истерзанный болью разум Бридо отказывался воспринимать все это. Неужели Деворр действительно побежден? Но каким образом?
Впрочем, не важно. Если павшего бога действительно больше нет, можно спокойно отправляться дальше. В посмертие, а затем, если очень повезет, то и в новую жизнь.
С этой мыслью Бридо осторожно лег и прикрыл глаза. Где-то совсем рядом кричали, спорили, бегали туда-сюда люди этого чудом спасенного мира, но в занятую изувеченным магом темную каморку вряд ли кто-нибудь заглянет. Так что Бридо сможет спокойно уйти. Покинуть свою жалкую и безобразную оболочку, доставившую ему столько мук.
— Эй, дружище… — послышался напряженный мужской голос.
Разлепив веки, Бридо увидел говорившего. Лет тридцать, светлые волосы, открытое и доброе лицо, на котором легко читались тревога и сочувствие. А еще Бридо чувствовал исходящую от мужчины магическую силу.
— Как же тебя потрепало, — присев рядом, маг покачал головой. — На тебя что, одна из тех тварей налетела?
— Вроде бы, — просипел в ответ Бридо, не слишком довольный появлением постороннего. — Не помню.
— Черт… Ну да ладно, наши целители тебя обязательно на ноги поставят, об этом не переживай. Полежи, сейчас я позову кого-нибудь.
Бридо не ответил. Лишь вздохнул, когда молодой незнакомый маг спешно покинул каморку.
Поставить его на ноги? Привести в порядок мыслящий кусок мяса, гниющий уже не одно столетие? Бред.
Хотя… Если у них получится, будет здорово. Бридо был бы вовсе не против пожить как человек.
***
Яростно выкашливая пыль, Лиза выбралась из-под обломков старой водонапорной башни и огляделась.
Да, все вокруг сильно пострадало от разрушительной силы ее отца, но… Почему все закончилось, едва начавшись?
— Что, удивлена? — донесся до нее сварливый голос Эдварда.
Повернувшись, Лиза увидела старика. Тот сидел на большом обломке стены, мелко трясся и с трудом заглатывал воздух.
— Чего уставилась? — проворчал он, и Лиза заметила кое-что еще: на лице и шее Эдварда одно за другим появлялись темные пятна. Они росли, сливались друг с другом, и кожа в этих местах осыпалась, будто песок. — Да, помираю. Папаши твоего проклятого, видимо, больше нет, а значит, и его чары потеряли силу. Все, закончилась моя служба.
— Папы… нет? — еле слышно выдавила Лиза, не в силах поверить услышанному.
— А ничего более логичного на ум и не приходит, — Эдвард развел руками. — Что-то изначально
— А я?
Только сейчас Лиза обнаружила, что больше не чувствует вокруг себя магию, не позволявшую ей меняться и стареть не одну сотню лет. Эти чары создал Деворр — павший бог и ее отец. И потерять силу его магия могла лишь в одном случае…
— Папы нет, — повторила девушка, но уже без вопросительных интонаций.
Она не знала, что должна ощущать. Боль? Скорбь? Облегчение? Радость? Ничего этого не было — в душе девушки царила пустота.
Некоторое время она просто смотрела в никуда. Затем повернулась к Эдварду, который теперь больше напоминал живую мумию, нежели человека.
— И что мне теперь делать? — спросила Лиза.
Эдвард в ответ усмехнулся. Но, впервые на памяти Лизы, по-доброму.
— Что тебе делать? Живи, девочка. Просто живи. У тебя впереди немало лет, ты наделена магической силой, а этот мир очень даже неплох. И раз уж ему удалось уцелеть — чует мое сердце, не без участия того балбеса, что недавно у нас погостил, — оставайся здесь и живи. И будь счастлива.
Это были последние слова Эдварда. Спустя две-три секунды он сложился пополам, а затем рассыпался прахом.
— Просто живи, — шепотом повторила Лиза, не замечая бегущих по щекам слез. Из-за них начинавшаяся впереди улица казалась чем-то непонятным и расплывчатым, но девушке казалось, что она в жизни не видела ничего прекраснее. — Что ж, так я и поступлю.
Договорив, Лиза улыбнулась и пошла вперед.
***
Спустя восемь месяцев
Это были очень тяжелые роды. Сначала врачи рассчитывали, что женщина справится сама, но спустя несколько часов стало ясно: придется делать кесарево. К счастью, сама операция прошла благополучно, педиатры осмотрели новорожденного и заверили, что он здоров, так что сейчас врач был готов положить его на грудь матери.
— Вот и все. Поздравляю, мамаша, — произнес он, внимательно вглядываясь в измученное лицо женщины. — Мальчишка — настоящий богатырь.
— Да… дайте, — выдавила роженица, протягивая к ребенку руки.
Спустя пару секунд ребенок оказался у нее. И сразу после этого произошло странное.
И малыша, и мать окутало золотистое свечение. А затем…
— Игорь Ефимович, — окликнул врача коллега, занимавшийся сшиванием тканей на животе женщины. — Взгляните.
Тот подошел и обомлел. Хирургическая рана заживала сама собой. Доктора переглянулись и посмотрели на мать. Та крепко спала и улыбалась.
— Ого, — Игорь Ефимович качнул головой и посмотрел на второго доктора. — Понимаешь, Петя, что это значит?
— У нас здесь маленький маг?
— Не просто маленький маг. Он… как будто знает, что делать. А еще…
Игорь Ефимович прервался и несколько секунд задумчиво смотрел на живот женщины, на котором не осталось ни следа от скальпеля.
— А еще он невероятно силен.