Заговор
Шрифт:
Кристофер заколебался. Подходящее ли время 5.45 утра, чтобы начинать трудный разговор с обиженным и невыспавшимся ребенком? Конечно нет. Но мозг его уже был занят мыслями о предстоящем первом рабочем дне и тревогами, окружавшими отъезд Сары, и он уступил искушению избавиться от тревоги в этом деле, решив его как можно скорее.
– Симон, я прочитал записку, которую ты приклеил к двери. Я понимаю, что ты обиделся, но Сара сама не хотела, чтобы случалась такая суматоха, и еще меньше ей хотелось улетать вот так, внезапно, посреди уик-энда. Ты знаешь, как она тебя любит и как хочет, чтобы все мы были вместе. Она
– Отстань! Ты ничего не понимаешь!
– Но ты-то, ты уже взрослый и понимаешь, что произошедшее этим вечером – случай исключительный. Это не является частью обычной работы Сары. Она сама мне сказала, что раньше с ней такого никогда не было. И что подобные неприятные сюрпризы больше не повторятся.
– Ты мне это уже говорил и сам видишь: это началось опять! Ты врешь, ты все время врешь! Они все время возвращаются! А вы, вы меня бросите, я знаю. Уходи!
В истеричных криках слышалась нотка отчаяния, которая разрывала Кристоферу сердце.
– Хорошо, малыш, я уйду. Я буду в своей комнате. Ты можешь прийти ко мне, когда захочешь. Я тебя никогда не брошу. Никогда. Ни я, ни Сара. Я люблю тебя.
– Уходи!
Кристофер прикусил губу, но он знал, что Симон, получив подтверждение того, что приемный отец о нем заботится, теперь нуждается в одиночестве, чтобы успокоиться.
Он вернулся в свою комнату, сел на кровать и посмотрел на телефон, спрашивая себя, где сейчас Сара и что это за серьезное дело, из-за которого за ней прилетели в выходной.
Он еле удержался, чтобы отправить ей новое сообщение, но не хотел помешать и пошел в ванную, когда телефон подал сигнал о получении эсэмэс.
Сгорая от нетерпения прочитать ответ Сары на свое «непристойное» предложение, он с удивлением обнаружил незнакомый номер.
Глава 9
– У вас была хорошая идея – предложить мне начать вскрытие с ран на ее правом плече.
Стоя перед столом, на котором лежал труп Катрины Хагебак, Иоахим Триммер, с маской на лице, протягивал Саре склянку с камфорным маслом, которую она поспешила поднести к носу. Даже в этой палатке, открытой всем ветрам, воздух был отравлен запахом разложения.
– И что вы обнаружили? – поторопила его Сара, стараясь сосредоточиться на запахе камфары, которому едва удавалось приглушить запах смерти.
Триммер показал пальцем на свой компьютер, установленный на столе из нержавейки.
– Там, на экране, вы видите увеличенное изображение ран на плече. Ясно различимы длинные царапины, идущие от лопатки к ключице.
Медэксперт говорил, указывая на детали на снимке стержнем своего фломастера.
– Как вы можете убедиться, края ран неровные и «елочкой». Поскольку не обнаружил никаких следов металла, пластика или дерева, я практически уверен, что данные повреждения причинены не инструментом или оружием. Эти раны могли быть нанесены только ногтями.
– Ближе к сути, – перебила его Сара.
Триммер на секунду прикрыл глаза, словно удерживаясь от того, чтобы ответить дерзостью.
– Вижу, мы с вами, инспектор, оба отличаемся живостью ума, – вежливо сказал он, –
– И…
– Я измерил ширину ран. Короче, пять борозд, повредивших кожный покров, абсолютно идентичны по ширине пальцам Катрины Хагебак. И это даже с учетом посмертной деформации тканей. – Триммер бросил взгляд на Сару, сохранявшую невозмутимость, и добавил: – Она сама нанесла себе эти раны, инспектор. А чтобы добиться ран такой глубины, она повторяла свои действия неоднократно и… скажем, с большой силой, чтобы не сказать с яростью. Каждый раз царапая те же самые борозды, как если бы хотела содрать кожу именно на этом участке. Под ее ногтями я обнаружил частицы кожи, смешанные с землей. Мне осталось установить, что это ее кожа, а не ее мучителя, но я в этом почти не сомневаюсь.
Триммер ожидал, что Сара удивленно раскроет глаза или хоть как-то проявит свое изумление, но она оставалась совершенно невозмутимой и неподвижной.
– Инспектор? – позвал эксперт. – Вы меня слушаете?
Сара бросила на него ледяной взгляд, надолго отбивший у него охоту к подобного рода репликам.
Она размышляла.
Может быть, Катрину заставили истязать себя? Но почему именно это место, а не какое-то другое?
Порыв ветра надул палатку, просочившись в щели на местах соединения ее частей. Сара вздрогнула.
Не столько от холода, сколько от появившейся у нее мысли.
Катрина Хагебак сама доползла до края скалы, хотя все они сначала думали, что туда ее принесли убийцы, а теперь оказывается, что она сама нанесла себе рану на плече. Но если это так, то зачем она это сделала?
Несмотря на свое замешательство, Сара заметила, что Триммер с терпением ждет, когда она снова уделит ему внимание.
– Я нашел кое-что еще… – объявил он.
Сара подошла к экрану компьютера, на который медэксперт вывел увеличенные фотографии ран на плече. На одной из них красный кружок выделял зону в верхней части истерзанного плеча.
– Я его чуть не пропустил, настолько он поврежден царапинами, – пояснил Триммер. – Но все-таки вот он: фрагмент отпечатка пальца прямо на коже. Вот, смотрите. И, – добавил он, опережая Сару, уже открывшую рот, – могу вам сразу категорически заявить, что данный фрагмент отпечатка не принадлежит Катрине Хагебак.
На сей раз Сара не сдержалась, и в ее глазах сверкнул огонек возбуждения, не ускользнувший от эксперта.
– Не спешите радоваться. Я вынужден вас разочаровать. Насколько уверенно я могу заявить, что этот фрагмент отпечатка не принадлежит Катрине Хагебак, настолько же он не пригоден для того, чтобы по нему найти того, чей он. Там отсутствуют три четверти. Смотрите сами.
Действительно, увеличенное изображение представляло фрагмент отпечатка пальца размером максимум в один сантиметр. Для создания контраста Триммер присыпал его черным магнитным порошком. Эта крохотная улика, находилась на конце одной из пяти ран, словно плохо стертый след.
– С половиной отпечатка еще можно было бы попытаться сделать реконструкцию путем экстраполяции, но здесь это просто невозможно, – продолжил медэксперт.
Сара взяла рацию и попросила первого технического специалиста экспертного отдела, который освободится, подойти к ней.