Загадка Роберта Престона
Шрифт:
Нет – я стерплю.
У людей… у обычных людей… это называется второе дыхание. У меня – может быть, резервный источник питания или что-то в таком роде. Какая разница?
Теперь я дойду. И только это важно.
Я снова иду. Медленно, неровными шагами – ноги с трудом подчиняются мне, постоянно норовя свернуть не туда, куда я хочу. Мне приходится бороться со всеми – с самим собой, с дорогой, с туннелем, с планетой…
И все-таки я иду.
"Если долго идти…"
Наконец я вижу
Туннель обрывается внезапно. Больше нет бесконечной круглой черноты, уходящей в бездну. Ее нет – а есть серебристые прямоугольные ступеньки, наполненные светом, поднимающиеся вверх на десяток метров. А еще выше…
Звездное небо? Невозможно…
Ну и пусть.
Остался последний путь – наверх…
Делаю первый шаг. Ноги подкашиваются: одно дело – идти по ровной поверхности, и совсем другое – вскарабкиваться на лестницу. Но теперь уж я не остановлюсь! Немного усилий – и еще одно препятствие пройдено. Еще, и еще…
Сто семьдесят семь… Шестьсот одиннадцать… Восемнадцать… девятьсот сорок девять… Раз, два, три, четыре, пять – вышел зайчик погулять… Раз, два, три, четыре, пять… Раз, два, три, четыре, пять… Раз, два, три…
А вот и вершина.
Лестница обрывается, и вместе с ней обрывается мой путь.
Впереди ничего нет. Только чернота – и звездное небо над головой.
А внизу – обрыв. Он тянется метров на пятьдесят… впрочем, может быть, он продолжается и еще дальше. Я не вижу – взгляд вязнет в непроницаемом белом тумане.
Пятьдесят метров – высота восемнадцати этажей…
– Макс! – окликает меня странно знакомый голос.
Он стоит здесь же, на вершине, в нескольких шагах от меня. Все такой же сгорбленный, седой, и со знакомой хитринкой в глазах.
Старикашка Хим.
– Я знал, что ты найдешь, – говорит он, глядя на меня.
Может быть, жаль, что я уже разучился удивляться. А может, это и к лучшему.
– А я знал, что мы еще когда-нибудь встретимся… Хим.
– Хим? Можешь называть меня и этим именем.
– Э-э… а каким же еще?
– Ну, например, Роберт Престон.
– Хочешь сказать, ты и есть Роберт Престон?
– Если тебе так нравится. А могу быть и Ричардом Трефиловым. Или Хуанитой Ибаррес. Хочешь, чтобы я был Хуанитой?
– Иди ты! Лучше уж ты будешь просто Хим.
– Как хочешь.
– Хотя, вообще-то мне все равно.
– Мне – тем более.
Указываю глазами на обрыв:
– Что там?
– А чего бы тебе хотелось?
– Это не ответ, Хим.
– А если именно это и есть ответ?
– Значит, все-таки наведенка?
– Значит – тебе все-таки хочется, чтобы это была наведенка.
– Прекрати играть словами!
– Почему же? Ты играешь образами. Я играю словами. Каждому свое.
– Это
– В том смысле, как ты сейчас это понимаешь – да.
Туман все так же клубится внизу, скрывая от меня глубины пропасти.
– А в настоящем смысле?
– А что такое "настоящий смысл"?
М-да, кажется, в словесной игре мне и впрямь его не превзойти.
– Я должен туда прыгнуть?
– Ты никому ничего не должен, Макс.
– Ладно, не должен. Но ведь подразумевается, что я это сделаю?
– Подразумевается кем? Тобой!
– Черт! Ну, хорошо. Такая высота, пятьдесят метров – это же не случайность?
– А чем случайность отличается от закономерности?
– Ты достал меня, старикашка! Сейчас я скину с обрыва тебя!
– Ты имеешь на это право.
Макс, но ты же не собираешься прыгать? Ведь правда – нет?
Конечно, нет.
Ну и все. Вот и успокойся. Нефиг тратить нервы по пустякам.
Впрочем, что для тебя сейчас не пустяки?
– Так все-таки, что же там внизу, Хим? Что скрывает ящик Пандоры? Я попаду в рай? Или просто расшибусь о камни?
– Почему я должен это знать лучше тебя?
– Потому что именно ты встретил меня здесь. Это же случилось не просто так!
– Макс, так кто из нас на самом деле играет словами?
И вправду – кто? Ты говоришь, не просто так? А как же "просто сделай"? "Просто иди"? Стоит ли искать смысл там, где его на самом деле нет?
И разве не для того ты сюда шел, чтобы…
Или все-таки – "просто шел"? Какой из двух ответов правильный? Ведь выбор в конечном итоге делать тебе! Не Химу или кому-нибудь еще – тебе! Раз уж ты дошел, а не остался лежать в туннеле…
А тем временем снизу слышны звуки шагов, и я поворачиваю голову…
Еще один охотник за мечтой. Широкий и низенький; его некогда приглаженные волосы сейчас торчат маленькими рожками во все стороны, а в глазах горит нездоровый огонь.
Наш исследователь Дмитрий Углов. Значит, он не "упал и не встал", а тоже продолжал идти, пусть и отдельно от нас – но все-таки дошел.
Туда, куда и я.
– Макс, это ты?! Ты уже здесь? – говорит он, поднимаясь по лестнице.
– Да. А что? Я загораживаю проход?
– Нет, напротив… я очень рад! Это правда хорошо, что ты дошел…
– Не знаю… Может быть, и хорошо.
– Ты уже прыгаешь?
– Почему ты так решил?
– Ну как же… Ты ведь пришел сюда… и ты должен прыгнуть!
"Ты никому ничего не должен!"
– Дима, ты ошибаешься. Я не собираюсь прыгать.
– Не понимаю… Но ты же так стремился сюда, столько сил на это потратил, и все для того, чтобы в конце струсить и передумать?