Задание
Шрифт:
все зависит от него. А если Женьку схватили, что он тогда будет делать?
Может, лучше сразу идти на кордон к Сергею? Страшно возвращаться в деревню,
где их, наверно, уже ищут.
Холодно, ветрено, жутко... Вершины сосен беспокойно шумят, зловеще
гудит черный бор.
Убежать? Переждать до утра?
Но был приказ идти к Женьке. И он пошел.
В деревне было спокойно. В доме Шубина шла гульба. Пьяное пение
разносилось по улице. Может, Матвей и
Лешка пробрался в Женькин двор, бросил камешком в стену. Женька не
появлялся. Лешка привалился спиной к забору, засунув окоченевшие руки в
рукава.
Окна в доме были темны, только в одном тлел тусклый огонек. Скоро
скрипнула дверь, кто-то вышел на двор. Лешка подошел к крыльцу. Это была
Таня, младшая сестра Женьки. Она испуганно ойкнула, когда Лешка позвал ее.
– - Это я, Лешка. Женя дома?
– - Да нету его целый день. Бис его знает, где. А ты чего бродишь?
– - Ничего, так...
Таня ушла, а Лешка прошел в сарай, забрался на сеновал и лег у круглого
оконца, в котором не было рамы. Отсюда он услышит, когда Женька вернется.
Лежать стало холодно, он набросал на себя сена, согрелся и незаметно
заснул.
25
Женька пришел к развалинам скотного двора засветло. Долго лазил,
выбирая место, где спрятаться, но не нашел: голо, одни стены. Была бы хоть
какая-нибудь куча мусора, так и той нет. Осмотрел колодец. Рыли его,
постепенно выкладывая камнем, но не дорыли -- воды не было. Женька нашел
длинную толстую проволоку, загнул один конец, проволоку спустил в колодец, а
загнутый конец зацепил за каменный край. По проволоке спустился на дно.
Здание строили П-образно, колодец находился внутри этого П, и когда
Женька присел на сухом дне и прислушался, то явственно услышал чириканье
воробьев, летающих над развалинами. Видно, стены отражали звук, а колодец
этот звук улавливал. Правда, здесь как в ловушке -- не убежать. Хорошо хоть
тепло, ветер не достает.
Женька подумал, что не мешало бы взять сюда если и не автомат, то хотя
бы ТТ. И чем подслушивать и прятаться, дождаться фашистского майора и эту
сволочь -- предателя и расстрелять их именем советского народа.
Женька выполнял приказы Сергея все менее охотно. Занимались какой-то
игрой в жмурки, а Женька хотел действовать...
Было уже совсем темно, когда Женька услышал хрустящие на битом кирпиче
шаги. Человек остановился недалеко, хорошо слышно было, как он прикуривает,
и Женька понял, что услышит все. Вскоре послышались шаги с другой стороны.
– -
– - Голос был знаком Женьке, но это не
был голос кого-то из жителей деревни.
– - Здравствуйте, Сирень. Что нового?
– - Никто не приходил, сижу целыми днями, не отлучаюсь.
– - Подождем еще. Думаю, что придет связной от партизан. Войдите к нему
в доверие. Но не навязывайтесь.
– - Это ясно. Будьте покойны.
– - Если придут из деревни, например этот дурачок, задержите его,
предложите себя для связи с партизанами. И дайте знать мне. Как вы это
сделаете?
– - Как и договорились: на плетень...
Опять захрустели шаги, голоса стали удаляться.
– - ...повешу красную тряпку, в чердачном окне-- фонарь...
Говоривший закашлялся сухим, каким-то металлическим кашлем, и тут
Женька узнал его. Это был Егор Самохин, лесник с кордона!
Разговор еще слышался некоторое время, потом стало тихо. Женька
подождал минут двадцать и вылез из колодца.
В деревне он пробрался к дому ветеринара, но во времянке было пусто.
Такого еще не бывало! В хозяйском доме не было света, но Женька стал
стучать. Старуха, разбуженная им, отчитала его, а про ветеринара сказала,
что уехал, а куда -- ей не докладывают. Про Сергуню Женька спрашивать не
решился.
Ясно было одно -- что-то случилось.
Он добрался до блиндажа и вскрыл тайник. Хотелось взять автомат, но он
был слишком громоздок. Женька взял две "лимонки" и оба пистолета.
И сразу почувствовал себя уверенней. Можно пойти на кордон и прикончить
предателя Самохина, пока не поздно. Но куда все подевались? Это очень
тревожило, и он решил подождать. Может, Лешка появится или Пашка. Он пришел
к своему дому, пробрался к сараю, наверх, на сеновал, не полез, а устроился
внизу, за дровами, -- оттуда можно уйти незамеченным, одна доска в стене
вынимается.
26
Матвей Говорухин, после того как привел Сергея и Лешку к Сотникову
бору, пошел не в сторону партизанской базы, а в свою деревню. Решил
отсидеться. На мостах его наверняка схватили бы полицаи, да неизвестно,
выйдет ли отряд к базе. Винтовку и немецкий ремень он бросил в лесу, а
сапоги пожалел.
Возвращение его было таким счастьем для жены и детишек, а дома было так
покойно, что он решил отсидеться подольше.
Он прятался в хлеву, на сеновале неделю, но потом его все же углядел
местный полицай. Сутки его били смертным боем, потом сказали, что