Зачарованный город
Шрифт:
Он ушёл бесшумно, незаметно. Только что был – и вот уже нет. Лишь шевелятся занавески на окне да тянет осенним холодом.
Женя Щукин
Так мы стали учениками эльфов. Это оказалось несложно и одновременно удивительно. Скажите, вы можете подойти к двери любого дома, положить руку на неё? Представить – куда она должна вас вывести? И войти? И реально попасть в нужное место в любой точке города? Не вру, честно – после определённой тренировки срабатывает.
Если сил на такое чудо уходит слишком много, можно воспользоваться заранее зачарованными путями –
А умеете добывать информацию без компьютера? Необходимо добраться до любой спутниковой антенны-тарелки, прижаться к ней спиной, прикрыть глаза, прошептать волшебные слова и сформулировать поисковый запрос. Как в Яндексе спрашиваешь, мол, хочу узнать ответы по контрольной по физике на следующую неделю. И если эта информация есть хоть на одном из городских компьютеров, подключенных к Интернету, ты её узнаешь. Нужно только покрепче зажать в ладони пустую флешку. Слабо?
Эльфы учили нас невозможным вещам. Учили как родных, не переживая, что ценное тайное знание выйдет за пределы их владений. Ведь нам оставалось жить до 21 сентября. Как спастись – вариантов ноль. Задумаешься об этом – и не получается ни есть ни спать. Страшно, жутко выходить из квартиры. Если бы не храбрившаяся Элька, если бы не бесстрастный Валентин и тихая Анютка, я бы взвыл. А так – приходилось держаться. Мужчина всё-таки. Стыдно канючить и жаловаться.
Всю неделю мы напряжённо учились, выживая в обычной школе именно за счёт «антенной магии». Теперь понятно, отчего наш Лёшка – отличник. Не напрягается, бездельник! А я всё удивлялся – почему он не похож на замученную тяжёлой учёбой Язву. Светка днями и ночами книжки зубрит по-честному. У неё тени под покрасневшими глазами, сама – как муха по осени готова в спячку залечь. А он подержится за антенну – и всё.
Вот почему у Лёшки хватает времени и на баскетбольную секцию, и на бассейн, и на игру на арфе. Вы видели ещё одного парня-арфиста? Дрыь-брынь-трынь! Кельтская арфа, блин! Эльфийское воспитание!
Я не понимал одного – с чего Тихонова продолжает таскаться к ролевикам? На днях приволокла в школу настоящий лук, чем вызвала переполох учителей и бурную радость Кущиной.
– Робингудиха! – презрительно обронила Надька, озираясь по сторонам в поисках поддержки. Глухо. После того как нас поддержал Лёша, всегда пользовавшийся в классе непререкаемым авторитетом, народ притих. И даже дочка математички запоздало решила припомнить извечной сопернице былые обиды, отвернулась. Так Куще и надо!
Домой мы с Элькой ходили вдвоём, без Валентина. Теперь он сопровождал Аню, после того как на неё напали лесные и кто-то из городских их спугнул. Уж не знаю, что защитник чувствовал к моей сестре, но тётю Дашу, пару раз застукавшую невесту своего сына в компании «жгучего брюнета, на вид сильно нерусского», этот факт сильно бесил.
После этого рыбоглазый Родя зачастил было к нам, пока Аня (горжусь девчонкой) сама не заявила: «Ты мешаешь мне заниматься. Из-за твоих глупых выдумок я схлопотала по последнему семинару трояк!» Всё, Родю из нашей квартиры выдуло взбесившимся вентилятором.
Каждый вечер
Ровно за неделю до подписания, когда я был готов окончательно раскиснуть и снова засесть за зубрёжку географии с физикой, чтобы мысли не бродили где попало, наматываясь на шевелящиеся в мозгу шестерёнки тревоги, со мной возжелал пообщаться Славик. Только со мной, без Эльки. Прямо на урок алгебры пришёл и забрал с контрольной. Наталье Михайловне пришлось сдать недорешённые листики (а жаль, я почти списал тщательно перенесённое с флешки решение).
«Женька, – тут же одёрнул я себя, – тебя через неделю пришлёпнут, точно таракана рваным тапком, а ты об алгебре печёшься!»
Невесело посмотрел на математичку, затем встретился взглядом с портретом Рене Декарта (был такой французский математик, придумал что-то, чтобы изображения его в любом кабинете математики над доской пылились). Декарт с укором взирал на мои пиратски раздобытые листки с решением. Жуть как сильно захотелось показать ему язык, но я справился с собой и поплёлся вслед за Славиком.
Знать, что мой учитель – враг… Не просто учитель, а бывший жених сестры и мой друг. Дружбой со Славиком я искренне гордился до последних событий. Гаденькое чувство на дне души копошилось, шевелило небритыми паучьими лапами, почёсывало обрюзгшее брюшко. Имя тому чувство – разочарование.
Могу ли я доверять Славику как прежде? С одной стороны, он эльф, а следовательно, враг. С другой – он предупредил нас о коварстве соплеменников. Но слишком поздно. Валентин не верит в его бескорыстность и искренность. А сейчас я склонен довериться защитнику.
Глядя на тощую спину информатика, торчащие из-под красной рубашки лопатки, я гадал – о чём пойдёт беседа. Вопреки ожиданиям Славка повёл меня не в компьютерный класс, а в пустовавшую сейчас учительскую, закрыл дверь, молча указал на стул, сам сел напротив, положил ладони на стол и упёрся в меня острым взглядом.
– Женя, – начал он. И я видел – он подбирает слова и не находит нужных. – Женя, – продолжил он попытки установить контакт, но осёкся, отвёл глаза.
– Вы что-то хотели сказать, Вячеслав Игоревич? – не выдержал я. – Я завалил последнюю лабораторную?
– Ты знаешь, я не об этом, – ладони с шумом хлопнули по столу. – Я придумал, как вам спастись. Вам нужно разделиться. Едва четвёрка распадётся, город не сможет воспользоваться вашими услугами.
– Зато лес сможет. И всё повторится, – не выдержал я. – Не всё ли равно, под чьим знаменем умирать? И одно, и другое – нам чужое! (Я позаимствовал эту фразу у исторички, но сейчас она была как нельзя к месту.)
– Тихо, Женя. – Слава на этот раз не шелохнулся. – У нас мало времени. Ты, конечно, знаешь, что город вас по отдельности не выпустит. Сбегать – либо всем четверым в сопровождении эльфов, способных преодолеть заклинание призыва. Либо прятаться по отдельности здесь, в городе.