Зачарованная
Шрифт:
– Это просто возмутительно! Они сами заставят нас быть нарушителями закона.
– Послушай, я думаю, будет лучше, если мы им скажем, что живем вместе больше двух недель. Может, стоит сказать, что наши отношения длятся около года?
Николь посмотрела на Сашу, лицо которого казалось очень бледным при свете свечей, стоявших на столике. Она внезапно вспомнила, что ей сказала Мадди.
– Саша, ты действительно женился на мне по любви? Мадди сказала, что…
Он с такой болью посмотрел на нее, что Николь пожалела, что упомянула о своей сопернице.
–
– Да так, ничего, сожалею, что заговорила об этом.
– Как ты могла такое подумать? Ну вот, все меня подозревают, у всех, даже у моей собственной жены, которую я так люблю, есть сомнения.
– Прости меня, Саша. Я уверена, что Мадди просто ревновала. Ты только скажи мне, что говорить этим людям, и я скажу. Я не перенесу, если потеряю тебя.
Теперь Николь по-настоящему испугалась, настолько неподдельно искренними были возмущение и обида, прозвучавшие в голосе мужа.
Ночью Саша привез жену домой и, превозмогая себя, занялся с ней сексом.
Николь лежала под ним, закрыв глаза и вздыхая в экстазе от страсти, а он в это время отчаянно вызывал в воображении возбуждающие его образы, лишь бы подольше сохранить хоть какое-то подобие эрекции. Усилием воли Саша заставлял себя быть с ней нежным, но едва мог принудить себя коснуться ее тела. В конце концов, ему, кажется удалось довести ее до оргазма и удачно притвориться, что и сам он испытывает огромное наслаждение. Для него подобные ощущения в данной ситуации были абсолютно невозможны. Николь, к счастью, ничего не заметила. Он знал, что, когда дело касалось секса, его жена была сущим ребенком.
Когда, наконец, все кончилось, она посмотрела на него, ее глаза сияли любовью и счастьем.
– Милый, мне было так хорошо. И я еще сомневалась в тебе. – Она нежно погладила его грудь. – Не беспокойся, родной. Мы покажем этим дуракам, как сильно любим друг друга, правда?
Саша кивнул:
– Да, конечно, дорогая.
Он закрыл глаза, изо всех сил стараясь скрыть омерзение, охватившее его, когда обнаженное тело Николь прильнуло к нему. Когда она уснула, Саша отодвинул ее подальше, а сам улегся на край кровати.
– Ну, удачи, дорогой! Я уверена, что все будет прекрасно! – Николь сжала руку мужа и улыбнулась ему перед тем, как войти вслед за офицером иммиграционной службы в маленький кабинет. Саша провожал их взглядом до тех пор, пока за ними не закрылась дверь, а потом беззвучно вознес молитву к небесам, заметив, что другой офицер направляется к нему.
– Пожалуйста, пройдите за мной, мистер Лобов.
Саша кивнул и встал. Войдя в маленькую пустую комнату, он в который раз мысленно напомнил себе, что его будущее висит сейчас на волоске и зависит от того, что он скажет в ближайшие двадцать минут.
Офицер улыбнулся Николь.
– Ну, что же. Думаю, это все. Должен вам сказать, что в течение двенадцати месяцев ваш муж может обратиться с просьбой о выдаче ему вида на жительство. Когда он получит этот документ, он сможет написать
Николь очаровательно улыбнулась сидящему перед ней мужчине средних лет, отлично зная, насколько она обворожительна. Нет сомнений, этот тип ей верит, и нет смысла ломать комедию дальше. В завершение беседы она стыдливо опустила ресницы и добавила:
– Хочу вам признаться, что мы с Сашей в ближайшее время собираемся завести ребенка. Я вам очень благодарна за предупреждение, но надеюсь, что ничего такого я не замечу.
– Желаю вам огромного счастья, миссис Лобова! – офицер встал. – А теперь я должен посоветоваться со своим коллегой, который беседовал с вашим мужем. Если вы немного подождете, то через несколько минут я приведу сюда и его.
Николь кивнула, а когда офицер вышел из комнаты, облегченно вздохнула. Кажется, беседа прошла удачно. Ей удалось достойно ответить на все вопросы. Теперь оставалось надеяться, что Саша сделает то же самое.
Открылась дверь, и вошел Саша. Ее муж выглядел напряженным и усталым. Он сел рядом с Николь. Несколько секунд длилось молчание, затем Саша спросил:
– Ну, как прошел разговор?
– Отлично. А у тебя?
– Похоже, он мне не верил, но я так ответил на все вопросы, что, думаю, мы можем больше не волноваться.
Через некоторое время офицер, который расспрашивал Николь, вернулся. Саша сжал руку жены, а чиновник сел за свой стол и открыл папку.
– Итак, теперь все в порядке. Осталось последнее. Мистер Лобов, как вы знаете, женившись на мисс Делиз, вы получили право остаться в Британии на двенадцать месяцев. После беседы с вами я и мой коллега убедились, что ваши отношения абсолютно искренни. Поскольку перед этим вам отказывали в работе, то ваша внезапная женитьба все-таки кажется несколько подозрительной. Поэтому, по решению нашего руководства, вам придется ждать еще около года, и только потом вы получите право попросить вид на жительство. И если к тому времени вы с мадам Делиз будете по-прежнему вместе, мы с огромным удовольствием выдадим вам необходимые бумаги. Да и мы убедимся, что все, сказанное сегодня вами, – правда. Не так ли?
Офицер улыбнулся, а Саша спросил:
– Через сколько месяцев я получу эти документы?
Чиновник пожал плечами.
– Это будет зависеть от нашей загруженности, но, в целом, вы можете рассчитывать, что месяцев через восемнадцать вы их получите. Спасибо вам за помощь, до свидания.
Выйдя из здания министерства, Николь издала ликующий вопль и крепко обняла Сашу.
– Мы победили, дорогой! Все кончено!
Она страстно поцеловала мужа.
А он закрыл глаза и принудил себя ответить на ее поцелуй. В его голове мелькнула тревожная мысль, что ему не удастся притворяться полтора года.