Зачарованная
Шрифт:
– И я тебя поздравляю. Я заметил, что твои фото стали появляться в газетах с пугающей регулярностью. Похоже, я говорю с восходящей звездой балета?
– Да, – Мадди улыбнулась. – Наверно, мы с Сашей в новом сезоне получим первые главные роли. Поговаривают о «Лебедином озере».
– О, Господи! Ужас для любой балерины. Эти кошмарные тридцать два фуэте…
– Ну и что? Зато какая возможность проявить себя! Я всю жизнь мечтала танцевать Одетту-Одилию.
– Я помню. Мадди, нам нужно обязательно встретиться. Не будешь против, если я тебя
– Скорее всего, это было бы возможно после «Спящей красавицы».
– Ну, конечно. Я закажу столик в «Де Ами ду Вин» часов на одиннадцать и расскажу тебе свои новости. Нам о многом нужно поговорить.
– О'кей, Себастиан, это будет здорово! Встретимся у служебного входа…
В это время позвонили в дверь.
– … Мне надо открыть, Себастиан. Наверно, Саша пришел.
– Увидимся в среду.
– Пока!
Мадди повесила трубку и пошла открывать дверь.
Гнев охватил Николь, когда со своего наблюдательного пункта она увидела, что Саша подошел к дому, где на первом этаже была квартира Мадлен Винсент. На глазах у нее появились жгучие слезы ярости и ревности. Не было смысла идти за ним в дом. Она выпьет эту чашу до дна, но получит полную информацию о муже.
Дрожа от холода, Николь почти час стояла, глядя на дом напротив.
Наконец, когда от холода совсем онемели ноги, она решила уйти. Что и говорить, она давно подозревала, что у Саши роман на стороне, но правда оказалась слишком горькой.
Кроме того, Мадди и Саша получат главные роли в «Лебедином озере». Невозможно представить, но Саша получил роль Зигфрида, а Мадди будет танцевать Одетту – это мечта любой начинающей балерины.
В груди Николь разгорались месть и безумная ярость. Дальше так продолжаться не может!
Мадлен Винсент украла у нее и роль, и мужа, и партнера.
Глава 36
Розы появились у дверей на следующий день после того, как Кейт сказала Джулиану, что все кончено. Сначала это была красная роза с прикрепленной запиской: «Одна роза за один день разлуки. Я люблю тебя. Дж.».
Кейт выбросила цветок и записку в мусорное ведро, но на следующий день принесли две розы с запиской: «Две розы за два дня разлуки. Я люблю тебя. Дж.».
Вскоре она стала получать за неделю больше сотни цветов. Тогда Кейт стала передавать розы в местную больницу. Она была уверена, что Джулиан долго не выдержит.
И ошиблась.
Через три месяца эти роскошные цветы стали для нее причиной головной боли. Сладким нежным ароматом пропитался воздух в ее квартире и вся одежда. Однако Кейт держалась – без слов бросала телефонную трубку, когда звонил Джулиан, и старалась сосредоточиться на своей работе. Она с увлечением глотала книги, из которых могла почерпнуть что-то новое о тонкостях антикварного дела. Буквально запоем прочитала «Путеводитель по античности» Миллера и другие
А розы всё продолжали приносить.
К началу сентября Кейт поняла, что ее решимости хватит ненадолго. Конечно, Джулиан любит ее, если совершает все эти безумства. Ведь это обходится ему недешево.
Однажды в субботу она нежилась в ванной, наслаждаясь бездельем и покоем. В прихожей раздался звонок.
Кейт не обратила на него внимания, полагая, что это молочник пришел за деньгами. Но звонок раздался вновь.
Чертыхаясь и проклиная все на свете, она вышла из ванной и направилась в прихожую. Сняла трубку переговорного устройства и спросила:
– Да?
– Это я, Джулиан… Пожалуйста, Кейт, позволь мне войти.
– Нет.
Ее сердце забилось так, словно готово было выскочить из груди. А звонок раздавался снова и снова, буравя воздух, раздирая барабанные перепонки. В отчаянии Кейт бросилась в спальню, упала на кровать и накрыла голову подушкой, чтобы не слышать этого назойливого звона. Через некоторое время она отбросила подушку – звонки прекратились. Она облегченно вздохнула, и в это мгновение раздался стук в дверь. Она накинула халат и на негнущихся ногах пошла открывать. За дверью стоял он.
– Привет. Твои соседи снизу впустили меня. Господи, как ты хорошо выглядишь!
– Нет, не хорошо. Уходи, Джулиан! – Она попыталась захлопнуть дверь, но ей это не удалось.
– Пожалуйста, подожди, Кейт. По крайней мере, дай мне войти и выслушай.
– О'кей, входи, но только на пару минут. Я собираюсь уходить.
– Ну да? – улыбнулся Джулиан. – Ты всегда гуляешь в купальном халате?
Кейт, ничего не сказав в ответ, повернулась и пошла в гостиную. Джулиан последовал за ней.
– Ну, выкладывай, что ты хотел сказать, и уходи.
– Ты получала цветы?
– Да…
– Они тебе понравились?
– Местный госпиталь выражает тебе благодарность.
– Я люблю тебя, Кейт. Не могу тебя забыть, и если ты все еще не хочешь меня простить, мне придется прибегнуть к еще более решительным действиям.
– Можно поинтересоваться, к каким именно? – холодно осведомилась Кейт, чувствуя, что силы ее на исходе.
– Я буду присылать в два раза больше роз, найму бродячих музыкантов, и они каждую ночь будут петь серенады, а потом…
– Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое.
– Итак, ты хочешь сказать, что больше меня не любишь? Так это понимать?
Кейт устало опустилась на диван.
– Да, именно так.
– Я тебе не верю!
– Это твое право.
Джулиан без приглашения сел в кресло.
– О'кей, полагаю, что мне ничего не остается, как выложить козырную карту. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.
Кейт изумленно уставилась на него.
– Не будь смешным, Джулиан. Ты творил все эти сумасбродства и романтические глупости, но не лгал.