Зачарованная
Шрифт:
– Ой, мамочка, как замечательно! Правда, Мадди?
Мадди почувствовала, как у нее от восхищения и радости даже мурашки по спине пробежали. Черт с ним, что придется столько времени терпеть Николь, но за возможность повидать Нью-Йорк и позаниматься в одной из лучших балетных трупп мира стоило заплатить такую дорогую цену.
– Да! Это грандиозно! Спасибо, папочка! – Мадди обняла отца и повернулась к мачехе. – Спасибо.
– Разлетимся на лето в разные стороны. Мы с Иветтой сняли дом в Тоскане. У нас был
Иветта кивнула.
– По-моему, сейчас самое время переодеться к торжеству. А то с такими темпами мы не успеем, вскоре начнут собираться гости.
– Мадди, ты не против, если я первая пойду в душ? – спросила Николь.
– Пожалуйста. Платье я оставила у тебя в шкафу.
Иветта и Николь скрылись наверху, оставив Мадди и Кристофера одних.
– Как приятно, дорогая, видеть тебя более счастливой, чем раньше, – сказал отец.
– Да, папа. Мне очень жаль, что я недавно была такой… такой… Ну, в общем, мне требуется какое-то время, чтобы привыкнуть.
– Конечно, девочка. Но ты же знаешь, что для меня нет никого дороже, правда?
Слезы навернулись у Мадди на глаза, и она прошептала:
– Да, папа, знаю.
– Ну, обними же меня, – Кристофер протянул к ней руки. – С днем рождения, милая моя. Я горжусь тобой.
В эту минуту на террасе дома, где они только что сидели, появилась Николь, держа в руках платье, которое недавно гладила Мадди. Ее лицо было залито слезами.
– Ах, Мадди! – жалобно воскликнула она. – Почему ты мне сразу не сказала! Если бы я знала раньше, можно было бы с этим что-то сделать!
Услышав рыдания дочери, на террасу выбежала Иветта.
– Что случилось?
– О, мама! Взгляни!
Николь встряхнула платье. В центре на самом видном месте была большая дыра от утюга.
– Я больше не смогу его носить! Оно совсем испорчено, нет времени приготовить что-нибудь еще!
– О, дорогая моя. Не волнуйся. Уверена, мы что-нибудь подберем из моего гардероба. Как это могло случиться?
– Ну, помнишь, утром Глэдис была занята, и я…
Три пары глаз обратились к Мадди, а она, совершенно обескураженная тем, что произошло, замерла, онемев от растерянности.
– Мадлен, – голосом, не предвещавшим ничего хорошего, произнес Кристофер. – Почему, ради всех святых, ты не сказала раньше? Мы тогда смогли бы хоть что-то придумать. У Николь было бы время купить новое платье.
Кристофер говорил, и его лицо все больше мрачнело. Он уже не пытался скрыть своего гнева и разочарования.
– Потому, что… я… я этого не делала, – запинаясь, проговорила Мадди.
– А кто же это сделал? Не лги, Мадлен. Мы слышали, как Николь просила тебя погладить платье, а я, проходя мимо примерочной, видел тебя там, – тихо возразил Кристофер.
Николь с наигранной бодростью вытерла слезы
– Послушайте, не будем больше из-за этого беспокоиться. Я уверена, что это просто случайность…
– Так, Мадлен? – Кристофер пристально посмотрел на нее. – Я никогда не думал, что у тебя такой злобный, мстительный характер. Мне стыдно за тебя, очень стыдно. После всего, что мы с Иветтой сделали для вашего дня рождения, ты нам так отплатила! Ладно, время идет. Уйди с моих глаз! Мне бы хотелось вообще, леди, выгнать тебя с вечера, но, жаль, твои друзья все-таки будут ждать.
Губы Мадди побелели, руки задрожали, она в отчаянии взглянула на отца и воскликнула:
– Папа, ну послушай! Я знаю, что ты мне не веришь, но я не…
– Сейчас же иди к себе, Мадлен! И не спускайся вниз, пока не начнется торжество!
Сжавшись, словно от удара, Мадди пошла наверх. Никогда прежде она не слышала, чтобы отец повышал на нее голос, и вот теперь, оглушенная его гневом, убитая недоверием, Мадди на негнущихся ногах подошла к лестнице и оглянулась. В глазах Николь она увидела выражение триумфа.
Она взбежала наверх и бросилась на кровать. Зажала уши, чтобы ничего не чувствовать, не видеть. В этот момент ей хотелось умереть.
Глава 18
Кейт была в самом мрачном настроении, придя на вечер к Мадди. Прошлую ночь она провела с Джулианом, а днем он улетел на все лето в Грецию. Джулиан заверил ее, что на этот раз он обязательно скажет Верене о том, что у него с ней все кончено отныне и навсегда. Сколько бы раз он ни говорил ей о любви, какой бы страстной она ни была, тем не менее, именно Верена полетела с ним сегодня.
Кейт предупредила Джулиана, что больше не собирается с ним видеться, пока он не расскажет обо всем Верене.
У нее было подавленное настроение. Больше всего на свете Кейт хотелось остаться дома и провести вечер наедине со своей печалью, но ее самой лучшей подруге исполняется восемнадцать лет. Почему, черт побери, из-за Джулиана она не должна идти на торжество? Приняв такое решение, Кейт надела самое обольстительное черное платье, сделала макияж и, взяв такси, отправилась в Челси.
– Привет, Мадди, дорогая! С днем рождения!
Поприветствовав подругу, Кейт подала ей маленький сверток и вдруг заметила выражение лица Мадди.
– Эй, подруга, у тебя все в порядке? Ты жутко выглядишь.
Мадди пожала плечами и, проведя Кейт через весь дом, вышла с ней в сад.
– Спасибо, Кейт. Я тебе расскажу все как-нибудь в другой раз.
– Ладно. Приободрись, Мадди! Восемнадцать лет бывает только раз в жизни.
– Постараюсь, – пообещала Мадди и, сжав руку подруги, добавила. – Спасибо, что пришла, Кейт. Если бы ты только знала, как ты мне сегодня нужна.