Забытые богом
Шрифт:
Жара. Постоянная непрекращающаяся жажда. Тяжесть камня над головой, спертый воздух. Голод, от которого спасаешься мясом порождений тьмы, или, если повезет – глубинных охотников, мелкие такие ящерки. Хищные. И беспрерывный страх. За любым поворотом – враг. Или у тебя за спиной – враг. Или на потолке – враг. И враг это не тот, с кем у тебя политические разногласия – враг это еда. И ты для него – еда. Банка с пауками. Большая и темная. И ты – паук. Маленький такой паук.
С большими пауками мы тоже столкнулись – здоровенные твари размером с хорошего мабари. Быстрые как ветер. Со Скверной капающей
Трижды встречались с порождениями тьмы. Один раз на нас из бокового туннеля вывалился огр со свитой. Я уже попрощался с жизнью, но как ни странно мы победили. Что еще более странно – с тварью разобрался вурдалак, пока я крошил более мелких порождений – вскарабкался монстру на шею и затыкал редклиффским ножиком.
И вот, четыре перехода спустя, перед нами открылся заброшенный форпост. Пробитая стена, полуразрушенные дома, засыпанные камнем улицы. Не Боннамар. Но важная веха, мы дошли сюда и выжили. Я выжил, для Рука-то такая жизнь привычна.
Я непроизвольно уронил руку на голову вурдалака и потрепал его по волосам.
– Хороший Рук.
Вурдалак потерся о ладонь.
– Рук молодец?
– Молодец – кивнул я. Глотка, измученная жаждой, постоянной тошнотой, частенько переходившей в рвоту, и, начавшая уже отвыкать от регулярной речи, выдавливала слова с трудом. – Жижа. Искать.
Источник обнаружился прямо на центарльной площади поселения. Когда-то здесь был фонтан со статуями, сейчас даже нельзя было разобрать, что представляли собой фигуры – все разрушено до неузнаваемости и покрыто пульсирующими черными лепешками, которые меня давно не смущали. Сперва было мерзко, но повредить ни мне ни вурдалаку Скверна не могла, и я перестал обращать на нее внимание. Главное, что из разбитых камней еще сочилась вода.
Я напился, умылся и набрал фляжку.
– Спать? Здесь?
– Тихо. Рук-Рук! Спать.
Я кивнул и отправился к ближайшему зданию. Перешагнул через разбитую дверь и остановился. Вдоль стен стояли саркофаги. Меня угораздило завалиться в склеп. Я уже собирался выйти, и поискать другое место, как что-то привлекло мое внимание. Я настолько привык находиться на границе Тени, что мне уже почти не нужно было отдыхать, и проблем с ориентацией в пространстве у меня не было. Более того, я обнаружил, что смотреть через Завесу – куда удобнее, привык читать ее. И сейчас она была искажена. В самом дальнем конце зала. Словно там было… Что-то было.
Я прошел через зал и остановился у дальнего гроба. Он, как оказалось, сильно отличался от всех остальных – во-первых, гроб был моего размера. Я имею в виду длинный, совсем не такой как гномьи. А во-вторых, он был открыт. Внутри обнаружился скелет. То ли человеческий, то ли эльфийский. Несмотря на полнейшее отсутствие плоти скелет не развалился и сохранил ту самую позу в какую его уложили – на спине, руки сложены на груди. И эти руки держали за рукоять Дар’Мисан. У меня вырвался хриплый вздох удивления. Меч был потрясающе красив, но дело было даже не в этом – он придавливал собой стопку бумаги, которая почему-то не истлела.
Я пару секунд посомневался, но решил, что Тени виднее, и протянул
Вынул клинок и покрутил в руках. Никогда не видел ничего подобного.
Металл мне определить не удалось. Это был не веридий, не сильверит и даже не люстр, который я видел-то пару раз в жизни. Что-то совершенно незнакомое, куда лучше. Одна сторона клинка была черной, а другая – белой, причем, это явно была не краска, таков был сам материал. На черной была надпись «Умереть живым», а на белой – «Жить мертвым».
Я вздрогнул. Сколько ему лет? Тысяча? Больше? Язык человеческий, но…
Слухи не врали – на глубинных тропах можно было встретить настоящие сокровища. Кажется, я нашел пару для меча Алистера. Кривой, но привыкну. И рыжей не передам, это точно. Это меч эльфа, и только так. Даже такой отщепенец от Народа как я должен понимать такие вещи.
Я вытащил из саркофага бумаги, и сложил к остальным, все так же бывшим при мне. Вышел наружу.
– Рук-рук? – вопросительно взмахнул руками вурдалак.
– Дом – фу – пояснил я. – Спать в другом.
Рук подпрыгнул и поскакал на противоположную сторону площади. Я еще раз пробежался пальцами по рукояти и пошел следом.
====== XVII Дырки ======
Комментарий к
XVII
Дырки Новый претендент на звание самой рукожопой главы. На редактуре поправлю, хочется поскорее закончить с тропами, ибо самое для меня жесть сложное и мутное.
Общая суть не изменится.
Наверное, я сошел с ума. Или умер, и сейчас смотрю предсмертные галлюцинации. Уже много туннелей (тысячу? две тысячи? не знаю) я в компании безумного вурдалака путешествую по Глубинным Тропам. Все что было до этого постепенно покрывалось синеватым туманом Завесы, становилось нереальным. Там не было туннелей и фляжек, нечего было считать. Редклифф, Винн, взрыв башни, дракон. Было ли это? Моя служба в Волонтерах вообще казалась бредовым сном. Спасали только мысли о Лелиане. Ее я еще помнил.
– Рыжая-рыжая – приговаривал я Руку облизывая пересохшие губы.
– Рыж-рыж! Рук-рук! Как?
– Как? Солнце? – я на мгновение засомневался. Я вообще видел солнце? – Рыж. Рук. Стекляшка. Видел?
– Рыж-рыж! Рук! Огонь-жижа!
– Да. Огонь-жижа. – соглашался я, моментально забыв про солнце. – Лава. Рыж-рыж.
– Огонь-жижа – назидательно поправлял меня вурдалак, тыкая пальцем в бурлящее неподалеку озеро расплавленного камня, и мы шли дальше. Мимо огонь-жижи. Мне часто хотелось ее потрогать, но Рук говорил нельзя. Нельзя значит нельзя.
Первую фляжку я пел. Потом понял, что от этого становится только хуже – голос слишком гулко разносился по подземельям, еще четче заставляя понимать, что вокруг на много туннелей никогого живого. То есть разумного. Живого было хоть обожрись. К тому же это привлекало врагов, и Рук молотил меня по ноге, требуя чтобы я заткнулся.
Тогда я начал в голове рассказывать самому себе истории. Про себя самого, потом про ребят из Блэкстоуна, про каких-то других людей, которых я то ли знал, то ли просто выдумал, но истории быстро превращались в монотонное «рыж-рыж-рыж-рук-рук» и я прекратил.