Забавы Палача
Шрифт:
— Вход в тоннель со стороны пристани в наших руках, — сообщил Зигль, — но его охраняет всего лишь один человек. Еще один охраняет главный вход. Командиру “жертвенников” нужны как минимум три человека для охраны заложников. Он просит как можно быстрее прислать подмогу.
Кадар, испытывающий в этот момент волнение большее, чем генерал Макартур во время взятия Филиппин, отдал приказ о высадке. По сигналу Кадара террористы, нагруженные оружием и взрывными устройствами, погрузились в надувные лодки и направились к берегу.
Кадар высадился на берег в сопровождении Зигля и своего телохранителя. Прибыв к пристани, они получили
Итак, Фицдуэйн мертв. Кадар почувствовал облегчение при этом известии. У Фицдуэйна была отвратительная привычка всегда появляться в самый неподходящий момент. Слава Богу, что он наконец мертв — это хорошее предзнаменование.
Фицдуэйн с трудом сдерживался, чтобы не нажать на педаль акселератора. Если они будут ехать на большой скорости, то привлекут к себе внимание, да и дорога была не в лучшем состоянии.
Теперь он догадывался о замысле Палача. Ясно, что Палач приступил к делу, как только микроавтобус выехал с острова. Теперь они должны с минуты на минуту начать высадку. Оставалось только выяснить — участвовали ли в операции “жертвенники”? Хенсен лежал на спине, зажатый между
Марроу и левой стенкой фургона “вольво”. В руках он держал лук с натянутой тетивой, между его ног лежал автомат Калашникова, который они обнаружили в автомобиле. Глядя в заднее окошко, он сказал:
— Мы теперь не одни. Появился какой-то двухмоторный самолетик. Может, это хорошие ребята, — добавил он с надеждой.
— Вряд ли, — сказал Фицдуэйн. — Как бы нам не оказаться между молотом и наковальней, если не будем смотреть в оба. Он не собирается приземлиться?
— Черт, — заорал Хенсен. “Вольво” подбросило на ухабе, и автомат Калашникова заехал Хенсену по яйцам. Фицдуэйн обернулся узнать, что случилось.
— Нашел куда положить ружье.
— Ничего смешного, — огрызнулся Хенсен, свободной рукой потирая нежную часть своего тела. — Судя по всему, самолет делает круг над островом.
Фицдуэйн не отрывал глаз от дороги. Они приближались к колледжу. Он уже мог разглядеть фигуру у ворот.
— Я знаю в лицо всех охранников. Если у ворот стоит один из них, значит, мы успели вовремя. А если нет, — он оглянулся на де Гювэна, — дело за тобой. Сможешь это сделать с расстояния в восемьдесят метров?
— Скоро узнаем, — ответил де Гювэн.
Француз выглядел отрешенным и сосредоточенным. Руки его сжимали рукоятку тяжелого охотничьего лука.
Впереди показался человек в маске животного и приветственно взмахнул левой рукой, в правой у него был “узи”. Фицдуэйн резко нажал на ручной тормоз. Расстояние между задними колесами и “жертвенником” составляло семьдесят пять метров.
Они справились, они на самом деле справились, думал “жертвенник”, стоявший на страже у главных ворот. Отец его был испанским промышленником и сколотил значительное состояние за время правления Франко, но теперь он решил, что благоразумнее будет уйти в тень. Теперь он большую часть времени проводил в Южной Америке, туда его влекли деловые интересы и пылкие латиноамериканки. Он был недоволен своим младшим сыном Карлосом. По мнению отца, парню
Место в душе Карлоса, связывающее его с отцом, оказалось пустым. Дружба с “жертвенниками” заполнила эту пустоту. Общаясь с ними, Карлос почувствовал себя сильным и уверенным, чего ему так не хватало прежде. В данный момент он очень гордился собой. Всего несколько минут назад он отправил на тот свет два человеческих существа с помощью цианистого калия. Теперь он ожидал прибытия фантомовцев, которым было поручено взорвать мост. Он не знал их в лицо, но ему сообщили тип и номерной знак машины и ему было известно приблизительное время их прибытия. “Вольво” резко остановился. Карлосу показалось, что фургон налетел на камень либо какое-то иное препятствие. Наверное, спустила шина. Он поднял вверх руку с пальцами, сложенными буквой V в знак победы, чтобы они убедились, что первый этап операции прошел успешно.
Водитель и пассажир вылезли из кабины. Водитель недовольно пнул ногой левое заднее колесо. Другой открыл заднюю дверцу фургона и заглянул внутрь. Карлос не знал, как ему быть. Он разрывался между желанием помочь им и в то же время не мог покинуть пост. Он сложил руки рупором и крикнул, что очень хотел бы им помочь, но не может нарушить приказ.
Из— за автомобиля показался человек. В руках у него был предмет, который, казалось, был нацелен поверх головы Карлоса. Карлос, который ожидал увидеть запасное колесо или домкрат, не успел отреагировать вовремя. Пока он пытался сообразить, что же это за предмет, стрела вошла ему в грудь, прошла через ребра и разворотила легкие. За этой стрелой немедленно последовала следующая, она была направлена чуть ниже и вошла ему в желудок. Последнее, что почувствовал Карлос перед смертью, -это сковывающий холод. “К вечеру стало прохладно”, — успел подумать он.
Де Гювэн был потрясен делом рук своих. Мертвенно бледный, он стоял не двигаясь, лук дрожал в его руках. Фицдуэйн вырвал у него лук и забросил его в “вольво”, затем затолкал француза на переднее сиденье и захлопнул дверцу. Он нажал на акселератор, и на большой скорости они въехали в открытые ворота и затормозили перед главным входом.
Вокруг не было ни души. Капоты у стоявших на стоянке машин были подняты, двигатели были выведены из строя.
— Быстрее, — приказал Фицдуэйн.
Марроу, которому приходилось бывать в колледже и который знал, как расположены здания, подал знак Андреасу следовать за ним. Вместе они побежали туда, где был выход из тоннеля, ведущего с пристани. Марроу в руках держал SA-80, поставленный на автоматический предохранитель. За спиной его висела снайперская винтовка. Андреас запасся пневматическим “ремингтоном” Фицдуэйна и гранатометом “хок”, гигантским, полуавтоматическим оружием с вращающимся магазином, заряженным сорокамиллиметровыми гранатами. Интервал стрельбы составлял шесть секунд. “Хок” был тяжелым и требовал навыков в обращении с ним, но в ближнем бою он был незаменим.