Забавы Палача
Шрифт:
Когда власти восстановят мост — военным на это потребуется несколько часов — мы выедем с острова на автобусе и направимся в аэропорт Шеннон, где нас будет ждать ливийский самолет. Заложники полетят вместе с нами. Они прилетят в Ливию и будут освобождены по прибытии.
Кадар помолчал и загадочно усмехнулся:
— Если я, конечно, не придумаю что-нибудь поувлекательнее. — Он посмотрел на командиров подразделений: — Вопросы есть?
Последовала пауза. Хотя командиры и были опытными воинами, в присутствии Кадара им становилось не по себе. Он был умен, он был опасен и он был непредсказуем — но он добивался цели.
Первым заговорил командир подразделения “Фантом”:
— Основные события произойдут в ближайшие два часа. Не последует ли вмешательство со стороны военно-морского флота Ирландии или от рейнджеров? Я о них наслышан.
Кадар порозовел от удовольствия. Он осознавал, что выставляет себя напоказ, но ему очень хотелось похвалиться: в его плане было предусмотрено буквально все.
— Береговая линия Ирландии составляет три тысячи километров, и для охраны у них есть четыре корабля. Вероятность того, что военно-морской корабль появится в неподходящий момент практически равна нулю. Однако, — он сделал паузу, чтобы присутствующие осознали важность сказанного, — мы постарались, чтобы корабль, который несет вахту у Атлантического побережья, оказался в другом месте. Как известно, первоочередной задачей военно-морского флота является охрана территориальных вод. Поэтому у побережья Керри появились испанские лодки, ведущие незаконный лов рыбы, и корабль “Эймер” отправился туда, чтобы учинить там разборку.
— А рейнджеры? — спросил командир подразделения “Фантом”.
На этот раз Кадар расхохотался от души.
— Да, они могли бы представить серьезную угрозу, но они замечательно клюнули на приманку, которую мы подбросили им в Дублине.
Он посмотрел на своих подчиненных.
— Они решили, что мы собираемся напасть на американское посольство и теперь роют там окопы.
— Значит, нас ничто не остановит, — сказал командир подразделения Икар.
— Ничто, — подтвердил Кадар. Он почувствовал боль в руке. Заныл отсутствующий палец.
— Ничто, — повторил он.
Фицдуэйну не хотелось рассказывать о системе тоннелей; это была темная страница в семейной летописи. Но в данном случае он понимал, что у него нет другого выхода, как рассказать, что расположено под замком. Тем не менее он решил ограничиться только верхним уровнем. Попасть туда можно было из нижнего этажа башни.
Фицдуэйн щелкнул выключателем, когда они вошли внутрь через потайную дверь, Внизу коридора виднелась галерея со сводчатым потолком. Он дал знак остальным следовать за ним. Галерея вела прямо к башне у ворот через двор замка. По винтовой лестнице можно было подняться на второй этаж. Они вошли в комнату, в которой находилась лебедка, посредством которой приводились в действие порткулисы. Караульные глазки и апертуры для стрельбы давали возможность оборонявшимся вести наблюдение и за входом внизу и за дорогой, ведущей к воротам.
Он повел группу назад в тоннель:
— Теперь вы
Де Гювэн с любопытством оглядывался по сторонам:
— А как был сооружен этот тоннель? Со стороны кажется, что замок стоит на твердом гранитном блоке. А сейчас я думаю, что мы находимся ниже уровня моря.
Фицдуэйн улыбнулся:
— Да, во время прилива мы находимся ниже уровня моря, но не стоит волноваться. Именно геологические особенности этой территории и заставили моих предков обосноваться здесь. То, что со стороны выглядит как гранитный монолит, на самом деле представляет собой орешек — со всеми вытекающими отсюда последствиями. Вот с тех пор моя семья и взялась за лопаты.
— И ты тоже? — спросил Медведь.
— Я не люблю тоннелей.
Фицдуэйн подошел к тяжелой двери, обитой железом. Ключ медленно повернулся в ней.
— Здесь находится арсенал.
Он подал знак присутствующим войти в комнату. Когда все были внутри, он включил свет.
Раздались возгласы удивления. Мечи, ножи, алебарды, булавы, пики, луки и стрелы, мушкеты, щиты — ручное оружие всех типов заполняло комнату.
— Невероятно! — воскликнул де Гювэн. — Эта коллекция бесценна.
— Она была еще больше, — заметил Фицдуэйн, — но моему дедушке пришлось кое-что продать, чтобы облегчить старость.
— Откуда все взялось? И в таких количествах? — спросил Хенсен.
— Сам по себе замок является прежде всего оборонительным сооружением, — ответил Фицдуэйн, — и большая часть оружия принадлежала обитателям замка. Шло время, менялись типы и виды оружия, но ничего не выбрасывалось. Бережливый народ.
— Самый молодой из всего этого великолепия — мушкет “Браун Бесс”, — объяснил посланник Ноубл, — такие мушкеты пригодились в битве при Ватерлоо, но с этим мушкетом в руках нельзя становиться на пути современного террориста.
Фицдуэйн согласно кивнул. Он пересек комнату и покрутил ручку какого-то механизма. Один из стеллажей отъехал в сторону, и присутствующие увидели дверь. Он открыл ее и завел группу внутрь. Эта комната была хотя и меньше предыдущей, но тоже внушительных размеров. Стены и потолок были окрашены в белый цвет, и она была ярко освещена. Инструменты, силовое оборудование и верстаки расположились по одной стене, по другой — деревянные полки с оружием, которое применялось в конце девятнадцатого и в двадцатом веке. На полу стояло четыре ящика.
В центре комнаты находился стол, на котором лежали различные ружья.
— Это уже лучше, — де Гювэн поднял вверх М-16. — Где ты его взял?
— Во Вьетнаме.
— А эту? — спросил Ноубл, указывая на АК-47, автомат Калашникова.
— В Ливане.
— А этот? — Медведь держал в руке длинноствольный маузер с деревянным прикладом. Фицдуэйн рассмеялся:
— Это было задолго до меня. Это реликвия эпохи войны за независимость — за независимость Ирландии. Это довольно редкий образец девятимиллиметрового парабеллума.