За тебя, Родина!
Шрифт:
– Оберштурмфюрер, а у меня всего одна..
– показал ему "толкушку" один из его бойцов. Как его?.. Вертится на языке.. Хольм? Хильм? Ах, да..
– Где остальные, штурмман Хольт?
– строго спросил Гюнтер, кидая ему одну из своих.
– Из-за ремня вывалились когда бежал по полю..
– отвёл взгляд подчинённый, с трудом поймав "подарок" командира.
Двое фыркнули, один покачал головой, поражаясь такому ротозейству бойца. Шольке и сам был не прочь взгреть растеряху-штурммана но уж точно не сейчас!
– Болван..
– только и смог вздохнуть Гюнтер.
– Хорошо хоть
– Яйца-то целы?
– не удержался от подначки один из посторонних эсэсовцев.
– Хватит, шарфюрер!
– осадил его Шольке, не желая окончательно подрывать авторитет бойца.
– Лучше свои штаны проверь, вдруг там чего не хватает?
На этот раз все рассмеялись, в том числе и сам шарфюрер. Этого и добивался Гюнтер, чтобы бойцы немного расслабились и смогли удачно проделать последний рывок.
– Первый батальон?
– наугад спросил Шольке, глядя на него.
– Так точно, оберштурмфюрер, вторая рота!
– подтвердил шарфюрер, осторожно выглядывая из воронки.
По полю стелился чёрный дым от подбитой "тройки", иногда закрывая позиции противника, который продолжал огрызаться, хоть и не с такой силой как минут десять назад. Гюнтер присоединился к нему с биноклем, пытаясь оглядеть подступы к цели. Когда в дыму на несколько секунд появилось окно то он увидел то что подсознательно ожидал - перед позициями противника в траве виднелись несколько рядов колючей проволоки. В результате немецкой артподготовки часть снарядов разнесла колючку но всё равно она представляла собой серьёзную преграду для пехоты. А ведь наверняка там ещё и мины..
Рядом с ними земля внезапно взметнулась несколькими пыльными фонтанчиками и оба тут же сползли обратно в воронку. Несомненно, их заметили и теперь будут держать под наблюдением. Хреново, конечно, но и лежать здесь бесконечно тоже нельзя.
Время от времени снаряды вражеской артиллерии обрушивались на поле, вынуждая наступающих немцев то и дело падать на землю. Но, как показалось Гюнтеру, её огонь слабел..
Выплюнув землю, попавшую в рот, Шольке сдвинул свой шлем на затылок и начал излагать план:
– Слушайте внимательно! По моей команде вывинчиваем колпачки гранат, дёргаем за верёвку и бросаем метров на двадцать, там колючая проволока!
– сказал он, оглядывая свой импровизированный штурмовой отряд.
– Потом вслед за мной бросаемся вперёд. Осторожно, там могут быть мины! Конечно, часть из них уже сдетонировала от близких разрывов, но всё равно смотрите под ноги, ясно? Как только подбегаем к передовым окопам то бросаемся на землю и снова кидаем гранаты! И сразу после взрывов вваливаемся в гости к голландцам! Танки и бронетранспортёры нас поддержат огнём! Кого ранят - сразу ползите обратно.. Так, что ещё?
– задумался Шольке, пытаясь представить ситуацию.
– Да, и не забывайте, в первую очередь уничтожать офицеров или сержантов.. Если кончатся гранаты, берите у погибших, им они уже не понадобятся. Запомните, если впереди дот или поворот траншеи то сначала туда летит ваша граната, потом пуля и уже после них вы сами! Не перепутайте порядок!
– усмехнулся Гюнтер, получив в ответ такие же ухмылки.
Подождав пару минут он рискнул и снова выглянул, посмотрев вокруг. Танки
Тут один из эсэсовцев, случайно поглядев назад, весело крикнул:
– Глядите, наш Сосиска бежит! Эй, Сосиска, давай к нам!
Удивлённый Гюнтер тоже посмотрел в ту сторону но там и не смог понять к кому из бегущей массы солдат были обращены эти слова. Но вот один из них, далеко вырвавшийся вперёд, видимо, услышал возглас и, почти не пригибаясь, подбежал к их укрытию и тяжело свалился вниз.
Это был высокий и плотный парень в звании роттенфюрера СС, настоящий силач с мощными мускулами и простоватым лицом. Уши его, как у боксёра, были прижаты к голове, массивный нос часто вдыхал воздух. Маскировочная форма сидела на нём как влитая, шлем плотно сидел на голове. Да и вообще, на взгляд впечатлённого Шольке, такой бугай мотоцикл поднять может в одиночку. Но всего один взгляд, кинутый им на вооружение здоровяка, всё ему объяснил.
"Сосиска" крепко сжимал в своих лапищах раструб от "Flammenwerfer-35". За могучими плечами, на спине, виднелся баллон со смесью. Приземлившись среди них и едва не задавив Хольта, огнемётчик тяжело дышал, пытаясь восстановить дыхание. Из-под шлема, оставляя на грязном лице дорожки, стекали капли пота. Форма подмышками тоже потемнела.
– Фамилия, боец!
– приказал Гюнтер, внимательно рассматривая нового спутника. Насчёт него у Шольке появилась интересная мысль..
– Роттенфюрер Адальберт Раух, оберштурмфюрер!
– вскинулся было парень но Гюнтер тут же показал что вставать под огнём необязательно.
– Или просто Сосиска..
– не утерпел давешний эсэсовец но сразу замолчал под взглядом Шольке. Раух и бровью не повёл, видимо, уже привык к странному прозвищу.
– Первый батальон?
– снова, для порядка, поинтересовался Гюнтер.
– Так точно! Первая рота!
– подтвердил тот.
Отлично! Этот громила из роты его друга, пусть и другого взвода! Что ж, на время он реквизирует этого бойца, а может даже и на постоянно.. Огнемётчик в отряде ему не помешает, даже если он не положен разведчикам по штатному расписанию.
– Слушай приказ, Раух! До особого распоряжения переходишь под моё командование!
– озвучил Гюнтер своё решение.
– С твоим командиром взвода и роты я договорюсь. Кстати, где унтерштурмфюрер Хофбауэр, не видел?
Раух махнул куда-то назад или в бок, но там бежали сотни людей и различить Пауля было невозможно. Основная масса наступающих, крича и стреляя на ходу, уже почти достигла их укрытия и Шольке решил действовать.
– Всё, по моей команде, приготовили гранаты!
– сказал он, начиная откручивать колпачок.
– Ты, Раух, держись с нами и заливай огнём те места которые я скажу! А мы все станем прикрывать тебя!