За тебя, Родина!
Шрифт:
Другие два экипажа мотоциклов, стоявшие сзади машины Шпеера, к этому времени успели прийти в себя и начали действовать. Один выехал чуть в сторону, чтобы лимузин не перекрывал сектор стрельбы, и пулемётчик в коляске открыл огонь длинными очередями по укрывшемуся за широким капотом машины министра Петеру. Водитель этого мотоцикла тоже не сидел без дела, он сорвал со спины пистолет-пулемёт и открыл огонь. Одновременно второй экипаж начал объезжать лимузин с другой стороны, пытаясь добраться до Баума. Хайнц, оценив обстановку, обернулся к Карлу и заорал ему по-английски на всю улицу:
– Джонни, придурок, живо ко мне!!! Тут до хрена гуннов, мне нужен твой пулемёт!!!
– Да, сэр!! Уже бегу!!
– откликнулся тот, послал вдоль улицы ещё очередь, вскочил
Но Хайнц уже был занят другим делом. Быстро разобравшись с вооружением он развернул башню броневика назад и, зловеще ухмыляясь, открыл огонь в упор по тому мотоциклу который пытался подобраться к Петеру сбоку.
"МГ-34", на расстоянии примерно десяти метров, это страшно.. Пули буквально рвали форму на телах водителя и пулемётчика. Первый, поймав собой длинную очередь в грудь, живот и руки, опрокинулся на спину и слетел на землю, перед этим неосознанно вывернув руль вправо. Из-за чего мотоцикл врезался прямо в дверь водителя автомобиля с министром, заставив тот слегка вздрогнуть от столкновения. Пулемётчик повторил его судьбу парой секунд позже когда, оглушенный ударом, пытался прийти в себя. Следующая очередь Хайнца также вспорола ему грудь а через расколотый шлем на лицо парня хлынула кровь. Мертвый пулемётчик перестал дёргаться от попаданий, завалился на бок прямо в люльке и затих. Китель солдата на груди был весь в крови и клочьях ткани. Отлично! Осталось разобраться с последним экипажем мотоциклов охраны и можно будет добраться до цели, не отвлекаясь на перестрелку.
Гротте повернул башню влево и уже хотел нажать на спусковой крючок как вдруг лимузин, до этого стоявший неподвижно, взревел мотором и начал движение! Чёрт, именно этого они и боялись! Значит водитель, несмотря на огонь из пулемёта по стеклу в упор, всё-таки выжил или пришёл в себя и теперь пытается спасти своего начальника! Нельзя этого допустить, иначе полный провал операции! И он, вместо того чтобы добить остатки охраны, снова начал стрелять по кабине автомобиля.
В результате Петер, прячущийся за его капотом, оказался открыт и только в последний момент успел нырнуть за броневик, прежде чем пулемётчик в коляске смог воспользоваться неожиданным шансом. В это же мгновение Гюнтер услышал как хлопнул внизу люк и почувствовал лёгкий удар по ноге.
– Я на месте, командир!
– послышался голос Карла.
Сквозь грохот стрельбы слышался мат товарища, пытавшегося устроиться на месте рулевого. Хорошо, водитель ему крайне необходим. Если сейчас Хайнц не сможет остановить лимузин то придётся гнаться за ним на глазах всего города. Очень нежелательный вариант но другого выхода нет. В таком случае шансы выжить снизятся вообще почти до нуля а задание так и останется невыполненным.
Тем временем водитель Шпеера, не обращая внимания на огонь броневика, резко сдал назад и в бок, пытаясь развернуться. Покрышки визжали когда тяжёлая бронированная машина, похожая на ободранного охотниками кабана, не успев остановиться вовремя, выскочила на тротуар и с грохотом ударилась багажником о стену дома. От сотрясения автомобиль вздрогнул и застыл на пару секунд. Хайнц, видя что лимузин теперь находится к нему левым бортом, не упустил этот момент и его пулемёт разразился длиннейшей очередью патронов на пятьдесят. Пули били по пассажирскому салону, по боковому стеклу водителя, по капоту двигателя и в конце начали рвать левое переднее колесо. От него летели куски резины и машина слегка просела носом.
Но проклятый водитель министра не сдавался! Снова взревел двигатель и истерзанный пулями гражданский броневик начал выруливать вправо, постепенно набирая скорость. При этом лимузин задел левым крылом водителя мотоцикла, не успевшего отпрыгнуть в сторону, и отбросил его прочь. Тело солдата покатилось по асфальту и он закричал от боли, схватившись за неестественно выгнутую ногу с открытой костью в прорехе брюк. Да чтоб его, фашистского засранца!!! Когда же он сдохнет, наконец?!! Удирает, падаль!!! Врёшь, не уйдёшь!!!
Хайнц снова хотел всадить очередь в багажник легковушки но пулемёт внезапно замолчал.
– Райан, добей этих долбаных "джерри" и тоже сюда!!
– он снова проревел по-английски на всю улицу приказ Петеру и начал спешно ставить новый короб.
– Пару секунд, сэр!
– тут же откликнулся подчинённый и, высунувшись из-за крыла броневика, дал меткую очередь из своего "МГ-34" по сидевшему на открытом месте в коляске пулемётчику. Эсэсовец дёрнулся от нескольких попаданий и медленно поник, стукнувшись шлемом о приклад своего оружия. Ну да, трудно не попасть по неподвижной цели из пулемёта с расстояния десять-двенадцать метров..
Остался в живых лишь водитель последнего мотоцикла, лежащий на дороге и кричащий от боли в сломанной ноге. Но боец из него сейчас никакой, так что добивать незачем. Да и надо же будет кому-то докладывать что неизвестные диверсанты переговаривались на английском языке, верно?
Тем временем набравший скорость лимузин уже отдалился метров на пятьдесят. Разогнаться на полную мощь ему не давали собственная масса бронированного корпуса и пробитое колесо. Конечно, оно было из гусматика или какого-то другого материала и могло выдержать сильные повреждения но вот скорость из-за этого всё равно падала.
– Хайнц, я готов! Поехали?
– прокричал снизу Карл, сидя за управлением.
– Я тоже тут!
– доложил Петер, с трудом скрючившись рядом с ним.
Свой пулемёт, как и Карл, он не бросил и теперь в тесном боевом отделении броневика, помимо людей примостились два "МГ-34", упираясь своими металлическими частями куда попало. У Хайнца мелькнула мысль приказать выбросить хотя бы один, чтобы освободить пространство, но передумал. Вдруг придётся потом отрываться от преследования? В таком случае пулемёт явно не будет лишним.
И он скомандовал:
– Давай, Карл, врубай самую полную! Теперь назад пути нет! Только вперёд!
– Не боись, командир! Догоним и разделаем как колбасу!
– хищно усмехнулся тот и крутанул руль чуть в сторону, объезжая раненого пулемётчика смотревшего на них расширенными от боли и ужаса глазами.
И началась погоня..
Там же, в то же время.
Альберт Шпеер.
С самого утра, когда он уже хотел ехать на работу в министерство, ему позвонили из рейхсканцелярии и пригласили к фюреру на доклад. Пришлось нанести визит и подробно доложить о результатах инспекторской поездки в протекторат Богемию и Моравию. На то чтобы всё рассказать Гитлеру и ответить на его уточняющие вопросы понадобилось несколько часов, поскольку фюрера то и дело отрывали сообщения с фронта из Ставки. Поэтому на Викториаштрассе, 11 Шпеер направился только к обеду, мысленно сетуя о потерянном драгоценном времени. Вдобавок он сам захотел сделать небольшой крюк для того чтобы забрать из дома свою секретаршу Берту, жившую недалеко от их сегодняшнего маршрута. Женщина вчера допоздна работала с документами чтобы сегодня представить их ему на подпись, так что Альберт не видел ничего крамольного в её более позднем приезде на работу. Так и вышло, Берта уже ждала их на пороге своего дома под охраной двух неприметных мужчин в которых даже неопытный рейхсминистр узнал агентов гестапо. В виду абсолютного доверия его секретарше дозволялось в исключительных случаях брать на дом не самые важные бумаги, если та не успевала с ними закончить до конца рабочего дня.
С улыбкой его поприветствовав Берта залезла к нему на заднее сиденье и тут же открыла свой изящный портфель. Потом начала вытаскивать документы на ознакомление и подпись, чтобы сэкономить ему время в министерстве. Шпеер, сам себе удивившись, заметил как от неловкого движения её юбка умудрилась задраться почти до бедра, обнажив круглую коленку секретарши. Да и блузка, видимо из-за тёплой погоды, была расстёгнута на две верхние пуговицы. Впрочем, Берта быстро поправила юбку когда заметила беспорядок в одежде, и мысли Альберта снова вернулись к работе. Так они и ехали на Викториаштрассе..