За спиной
Шрифт:
– Я, наверное, нервничал.
– В этом и вправду есть смысл, – медленно произнесла Джемма. – Помнишь, как мы давным-давно обсуждали лучшие фильмы про месть?
Стив коротко хохотнул.
– Шутишь, да? Как я вообще могу помнить что-то подобное?
– А я вот помню. Любимым фильмом Аллана был «Кэрри», а твоим – «Убить Билла».
– А-а, ну да… И это совершенно объяснимо. Я остаюсь при своем мнении. «Убить Билла» намного лучше.
– И помнишь почему?
– Потому что Ума Турман ловко дерется.
– Нет, – многозначительно ответила Джемма. –
Стив закатил глаза.
– Ну да. Предположим.
– Размазывание собачьего дерьма по постели Виктории – это не то, что ты назвал бы хорошей местью. Это ведь совершенно тупой план, тут и спорить нечего, согласен?
Стив ничего не сказал.
Джемма отпила еще глоток чая. Тот и вправду был хорош.
– Так что мне интересно, не было ли у твоего плана и какой-нибудь дополнительной части. Той, которой ты с нами не поделился.
– Например?
– Почти сразу после того, как я вошла в дом, Виктория ответила на чей-то звонок и вышла из комнаты – я это сама видела. Похоже, она хотела поговорить без посторонних. Кто-то позвонил ей с одноразового телефона. Полиция предположила, что это мог быть какой-то наркоторговец, но это было не так. Она разговаривала с тобой, так ведь? Вот почему ты вылез из машины. Чтобы позвонить Виктории. А не мне. Это наверняка был какой-то весьма стрёмный разговор, раз уж ты не хотел, чтобы вас кто-то слышал. О чем у вас с ней шла речь?
– О чем ты вообще говоришь, Джемма? – Стив уставился на нее широко раскрытыми глазами.
– Когда я потом разговаривала с ней, она спросила, не явилась ли я к ней в комнату, чтобы найти что-нибудь еще для своего дружка. Что-нибудь вроде чего, Стив? Что у тебя на нее уже было?
– Я не понимаю, о чем ты говоришь.
– А я думаю, что прекрасно понимаешь. Я думаю, у тебя было что-то, о чем она не хотела, чтобы кто-то узнал. Что это было – ее фотки в голом виде? Так вот когда ты начал заниматься тем, в чем впоследствии стал настолько хорош… Шантаж… Вот почему ты позвонил ей. Чтобы сказать, что у тебя есть эти фотки. Вот в чем заключался твой план. Конечно, в него входило и немного собачьего дерьма в ее постели, но при помощи этих фотографий ты мог бы превратить ее жизнь в натуральный ад.
– Это просто смешно.
– Ты довольно долго разговаривал с ней. А когда позже Аллан зашел в дом, чтобы проверить, где я, тогда-то ты и позвонил мне.
Стив сидел совершенно неподвижно, почти как статуя.
– Я должна была догадаться, что это ты, – сказала Джемма. – Как только увидела, как быстро ты меня узнал. Даже моей маме потребовалось несколько секунд. Рик Питерс тоже узнал не сразу. Но только не ты. Ты узнал меня тогда в «Старбаксе», как только вошел. Потому что знал, как я сейчас выгляжу. В конце концов, ты уже довольно давно меня преследовал.
Стив поставил свою кружку и скрестил руки на груди. Он не казался разозленным или обиженным. Просто словно что-то прикидывал. Если
– Знаешь, что я думаю? – спросила Джемма. В голове у нее болезненно пульсировало. Она стиснула зубы, стараясь не обращать на это внимания. – Я думаю, ты позвонил Виктории в тот вечер, в тот момент, потому что это тебя возбуждало. Ты разговаривал с ней по телефону, представляя при этом, как я размазываю дерьмо по ее простыням. У тебя от этого хоть немного встал, Стив?
Он стиснул челюсти, еще крепче сжал кулаки.
– Это заставило тебя почувствовать себя мужчиной? – продолжала Джемма. – Когда ты сказал Виктории, что у тебя есть эти ее фотки? Хотя готова поспорить, это не сработало. Готова поспорить, она сказала тебе, что ты жалок. Что ты можешь засунуть эти фотографии себе в задницу. Разве не так?
– Заткнись! – взревел Стив, вскакивая на ноги. – Это вовсе не то, что она сказала! Она испугалась. И расплакалась.
– Так почему же ты решил все отменить? Потому что струсил, так ведь? Виктория чем-то тебе пригрозила?
– Нет. – Вдруг он вроде заколебался. Явно смутившись. И именно тогда последний кусочек головоломки встал на свое место.
– Господи… – Джемма покачала головой. – Она тебе что-то пообещала, так ведь? Виктория всегда знала, как включить свои чары. Она наверняка сказала, что если ты никому не покажешь эти фотки, то получишь… что? Шанс с ней? Она поцелует тебя? Подрочит тебе?
– Ничего подобного! – выпалил Стив. – Я ей нравился. Я всегда ей нравился.
– Она так и сказала? И ты ей поверил?
– Это и вправду было так! Мы планировали пойти на свидание на следующий день. Она сказала, что я особенный.
– О, Стив… Я думала, ты просто жалкий. Но не знала, что ты еще и такой наивный.
– Ты не слышала ее тогда! Я всегда могу понять, когда кто-то лжет. Она говорила мне правду. Я действительно ей нравился.
– И поэтому захотел все отменить. – Перед глазами у Джеммы уже плясали какие-то разноцветные пятна. – Так вот почему ты так разозлился, когда подумал, что это я ее убила… Ты подумал… Что? Что я убила любовь всей твоей жизни?
Лицо Стива побагровело от ярости. А потом гнев исчез с его лица, и осталась лишь насмешливая улыбка.
– Так это и был твой план? Разозлить меня, чтобы я раскрыл свои подлые замыслы, как какой-нибудь киношный злодей? И пока я буду их выкладывать, записывать меня на свой телефон? – Он подался к ней, и его горячее дыхание обдало ей лицо. – О, Джемма… И кто же из нас такой наивный?
Стив улыбнулся обмякшей на диване женщине, которая с явным замешательством на лице уставилась на него, приоткрыв рот.