За борт!
Шрифт:
— Попробуйте и получите дюжину яиц в физиономию, когда президент, стоя рядом с вами, как сейчас я, опровергнет ваши домыслы.
— Не получу, если сумею разузнать, что с ним было, пока двойники устраивали этот маскарад на ферме.
— Не стану желать вам удачи, потому что сама мысль нелепа.
— Будьте откровенны со мной, Дэн. Происходит что-то важное.
— Поверьте, Керт, ничего необычного не происходит. Через несколько дней президент покажется. Сможете сами спросить его.
— А как
— Без комментариев.
— Это правда, не так ли?
— Кто вам наговорил такого вздора?
— Тот, кто видел, как в подвал министерства финансов по ночам въезжает множество машин без номеров.
— Значит, министерство работает и по ночам.
— В здании никаких огней. Мое предположение: люди проходят по служебному туннелю в Белый дом и собираются в ситуационном кабинете.
— Думайте что хотите, но вы ошибаетесь. Вот все, что я могу сказать.
— Я не оставлю эту тему, — вызывающе сказал Майо.
— Как хотите, — равнодушно сказал Фосетт. — Дело хозяйское.
Майо отстал и смотрел, как Фосетт проходит через охраняемый вход. Советник президента играл хорошо, думал он, но все равно играл. Все сомнения, какие были у Майо насчет того, что в правительстве происходит что-то зловещее, развеялись.
И его решимость выяснить, что именно, окрепла.
Фосетт вставил кассету в видеомагнитофон и сел перед экраном. Он просмотрел запись трижды и увидел все, что увидел Майо.
Он устало поднял телефонную трубку и попросил закрытую линию связи с государственным департаментом. Через несколько мгновений в наушниках зазвучал голос Дага Оутса:
— Да, Дэн, в чем дело?
— У нас новый поворот.
— Новости о президенте?
— Нет, сэр. Я только что говорил с Кертисом Майо из „Си-Эн-Эн-Ньюс“. Он нас раскрыл.
Наступила напряженная пауза.
— Что можно сделать?
— Ничего, — ответил Фосетт. — Абсолютно ничего.
Сэм Эммет вышел из здания ФБР в центре Вашингтона и поехал в Виргинию, в Лэнгли, в штаб-квартиру ЦРУ. Прошел летний дождь, оросив лесистые окрестности разведкомплекса и оставив душистый запах влажной зелени.
Когда Эммет вошел в приемную, Мартин Броган стоял у дверей своего кабинета. Рослый бывший преподаватель колледжа протянул руку.
— Спасибо, что нашли время приехать. Я знаю, как вы заняты.
Эммет улыбнулся, пожимая протянутую руку. Броган был одним из немногих людей в окружении президента, кем он искренне восхищался.
— Вовсе нет. Я не кабинетный работник. Хватаюсь за каждую возможность оторвать зад от стула и размяться.
Они вошли в кабинет Брогана и сели.
— Кофе или выпить? — спросил Броган.
—
Броган протянул ему такой же переплетенный отчет.
— То же от ЦРУ. Печально, но с нашей последней встречи почти ничего нового.
— Вы не одиноки. Мы тоже в милях от прорыва.
Броган помолчал, раскуривая похожую на веревку тосканскую сигару. Сигара казалась неуместной рядом с костюмом фирмы „Братья Брукс“ [21] и жилетом. Мужчины вместе стали читать. Через десять минут полной тишины сосредоточенность на лице Брогана сменил искренний интерес, и он постучал по странице отчета Фосетта.
21
„Братья Брукс“ — старейшая и очень распространенная марка мужской одежды в США.
— Вот тут про исчезнувшего советского психолога.
— Я так и думал, что это вас заинтересует.
— Он вместе со всем своим штатом исчез в ночь похищения „Орла“?
— Да, и до сих пор ни один человек не найден. Возможно, это просто совпадение, но мне кажется, им нельзя пренебречь.
— Мне прежде всего приходит в голову, что этого человека, — Броган снова взглянул на страницу, — Лугового, доктора Алексея Лугового, может использовать КГБ, чтобы с помощью его психологических познаний выведать у похищенных государственные секреты.
— Отвергать такую возможность нельзя.
— Эта фамилия, — задумчиво сказал Броган, — кажется мне знакомой.
— Слышали раньше?
Неожиданно Броган приподнял брови, глаза его чуть округлились, он потянулся к интеркому.
— Пошлите мне последние данные из французского Агентства международной безопасности.
— Думаете, что-то нашли?
— Запись разговора между советским президентом Антоновым и главой КГБ Владимиром Полевым. Кажется, там упоминается Луговой.
— От французской разведки? — переспросил Эммет.
— Антонов был там с официальным визитом. Наши друзья-соперники в Париже негласно обмениваются с нами информацией, которую не считают затрагивающей интересы их государства.
Меньше чем через минуту личный секретарь Брогана постучал в дверь и передал расшифровку секретной записи. Броган быстро просмотрел текст.
— Чрезвычайно интересно, — сказал он. — Если читать между строк, можно вообразить множество макиавеллиевых схем. По словам Полевого, психолог, работавший в ООН, исчез на пароме, шедшем от Стейтен-Айленда в Нью-Йорк, и всякие контакты с ним прекратились.