Йошико

Каутц Хельге Т.

— Ты меня тоже! — огрызнулась Йошико.

— В любое время! — неприятно ухмыльнулся землянин. — В самом деле!

— Но если мы не можем этого делать, — задумалась Йошико, — откуда оно взялось? От хааков?

— До прохождения ворот осталось четыре мизуры, — прервал их Тебатиманскатт.

— Сколько еще хааков нас преследует? — поинтересовалась Йошико.

Зер Альман проверил показатели.

— Два или три. «Аргон Один» только что прекратил огонь, мы находимся вне зоны их досягаемости.

— Или мы исчезли с экранов их гравидара, — пробормотал Мартен Винтерс, — или и то и другое.

* * *

Спустя короткое время отказали последние бортовые системы.

Тьма и тишина воцарились в кокпите. Затаив дыхание, экипаж «АП Весельчака» следил за тем, как звездные ворота приближаются к паранидскому сектору Кольцо Священника. Вскоре маленький экспериментальный шаттл упал на пространственные оттяжки ворот, которые протянулись ему навстречу как две спешащие на помощь руки. Стартовые ворота активировались. Бело-голубые энергетические вихри подхватили «АП Весельчак», втянули его в не связанный ни с каким временем туннель между измерениями — и вышвырнули с другой стороны в пустое пространство.

Стартовые ворота быстро исчезали в космосе, оставив в нем поврежденный корабль. Экипаж «АП Весельчака» зачарованно наблюдал за их исчезновением на мониторе камеры наружного слежения. Когда через несколько мизур на событийном горизонте так и не появилось ни одной вспышки, всем стало ясно, что хааки отказались от преследования «АП Весельчака» в зоне другого сектора. Охваченные счастьем, люди поздравляли друг друга, в кокпите наступило ликование.

Но все это ни в коей мере не затрагивало Тебатиманскатта. Сохраняя абсолютное спокойствие, он выпрямился, насколько позволяла высота кокпита. Как всегда, его голова и плечи касались потолка.

— С этого момента управление космическим кораблем берет на себя Зер Альман Джонферсон. Рукояти управления не созданы для Наших хватательных устройств.

Пока он и Зер Альман с трудом протискивались мимо друг друга, чтобы поменяться местами, заработали генераторы в хвостовом отсеке корабля. За ними последовали компенсаторы и, наконец, агрегаты Подклетнова. Снова появилась сила тяжести.

Йошико отстегнула ремни и пошла к креслу пилота, куда только что сел Зер Альман. Она перепроверила показания гравидара и кивнула. Движение в этом секторе было значительно оживленнее, чем обычно, но сражение здесь еще, кажется, не началось. Издали к ним приближалось крупное соединение космических кораблей. И хотя отдельные модели кораблей еще трудно было распознать, конфигурация их строя говорила о многом. Выстроившись в длинную цепочку, корабли летели к тем самым стартовым воротам, откуда только что появился «АП Весельчак». Каждая бусинка в этой цепочке состояла из трех отдельных блипов, которые вместе образовывали равнобедренный треугольник.

Параниды!

— Тебатиманскатт, нам стоит вступать с ними в контакт?

— Нет, совсем не обязательно, Йошико Нехла. Мы ни в коем случае не должны задерживать святой флот Божественной Империи Паранидов.

— Мудрое решение, — кивнула Йошико. — Взгляну-ка я, как у нас обстоят дела.

К счастью, она все еще была в космическом костюме, так как на средней палубе царил глубокий вакуум.

За пределами кокпита все выглядело просто удручающе. Один из обломков пробил борт внешней обшивки, после чего отрикошетил от другого и исчез в космосе. Обычно для герметизации дыр применяли быстро затвердевающую пену, которую просто наносили изнутри на поврежденное место. Но, если учитывать размер отверстия, в данном случае такой вариант исключался. Йошико понадобилось две стазуры на то, чтобы она смогла залатать дыру прямоугольным куском полидиамандоида, который когда-то был дверцей шкафа.

— Мне нужно попасть в мою каюту, — сказала она извиняющимся тоном, когда, вернувшись в кокпит, запихивала костюм в резервное отделение. —

Мне не выдержать здесь десять тазур, потому что вы все невероятно воняете.

Зер Альман покачал головой и усмехнулся. Может быть, он и не всегда понимал мотивы Йошико, но ее поведение всегда подчинялось определенному шаблону, и некоторые поступки через некоторое время повторялись.

Тебатиманскатт, в отличие от него, устремил на Йошико все три свои глаза, лишенные зрачков. Любой другой человек, делая такое заявление, наверняка исключил бы из этого числа паранида и извинился, но не такова была Йошико. Она выдерживала пристальный взгляд Тебатиманскатта несколько сезур, потом сморгнула, хрипло усмехнулась и отвернулась. Он никогда ничего ей не сделает, потому что он в такой же степени в ответе за смерть Кваньи Нехла, как и она. Ранить дочь Кваньи или даже убить — это привело бы к потере престижа и чести, а этими понятиями Тебатиманскатт не стал бы рисковать ни в коем случае. Это знал он, это знала она. И не стоило об этом даже говорить.

На протяжении следующих девяти стазур три человека старались по возможности избегать друг друга. Паранид безвылазно сидел в кабине пилота. Один раз Зер Альман попытался приблизиться к Йошико, но она грубо выгнала его из комнаты. Он не обиделся, но попытку больше не повторял.

Глава 31

Встреча

Не существует вообще ничего; а если и существует, то это неподвластно человеку; а если бы и было подвластно, то все равно это нельзя было бы ни объяснить, ни сообщить никому другому.

Джорджиа фон Леонтиноа, О Не-Бытии

Убежище Один, Дарехиторимо

562 год по теладинскому летоисчислению

На десятую тазуру «АП Весельчак» достиг боронского рубежного поста Рай Менелаи и спустя несколько стазур прошел через очередные стартовые ворота, попав в сектор Убежище Один. Йошико расположилась в кресле пилота. Зер Альман, не говоря ни слова, сидел рядом с ней в кресле второго пилота. Несколько мизур назад в кокпит пришел Мартен Винтерс, так как не хотел упустить момент, когда они впишутся в орбиту Дарехиторимо. Тебатиманскатт стоял, сгорбившись, возле переборки, ведущей на среднюю палубу, неподвижный, как огромная восковая фигура богомола.

— Дарехиторимо уже не выглядит абсолютно необжитой планетой, — спокойно заметил Зер Альман.

Комплексный анализ обнаружил больше двухсот слабых, но четко различимых радиосигналов, и все они, казалось, подавали одно и то же сообщение.

— Меня только удивляет, что еще так многие из них функционируют, — возразила Йошико.

Дневная сторона Дарехиторимо полностью закрыла окно кокпита. Йошико внутренне давно подготовилась к этому зрелищу. Она не допустит ни одного горестного воспоминания и не поддастся ни депрессии, ни чувству вины. Там внизу ее ждала Ильяна. Только это имело значение. В этом она не хотела и не позволяла себе сомневаться. Таггерт тогда просто блефовал. Это был просто блеф! Она не хотела думать о том, что с ней будет, если он сказал правду.

Зер Альман с запозданием осознал ее слова:

— Многие из чего?

— Кванья и Ситму запустили семьсот шестьдесят восемь микроспутников, разве ты забыл?

Ну конечно! Теперь он вспомнил. Кванья Нехла и Ситму Джонферсон отправили в свое время — это была пятьсот сорок шестая мизура — на орбиту целый рой микроспутников, чтобы лучше исследовать планету. Как правило, такие крошки размером с большой палец руки человека сгорали в атмосфере уже через несколько возур. Только на орбитах миров с особенно стабильной атмосферой — или вообще без атмосферы — они держались дольше.