Йошико
Шрифт:
К сожалению, к этому времени находка уже не имела такого важного значения. Не было особого смысла в том, чтобы отключать ячейку искусственного интеллекта. Но чтобы в будущем не оказаться в похожей ситуации, Йошико соорудила прерыватель, который можно было активировать с помощью радиосигнала. В шкафу был толстый кабельный узел, где в основном и была сосредоточена подача данных всех информационных систем. Йошико обмотала этот узел толстым слоем легковоспламеняющегося соединения магния и снабдила его примитивным запальным устройством. По ее расчетам, для того чтобы кабель был основательно
Пока Йошико критическим взором осматривала дело своих рук, в шумовом фоне корабля что-то изменилось. Обычно на борту #deff было очень тихо. Конечно, в тех местах, где работали машины, было более или менее шумно, но этим все и ограничивалось. Глухой гул, исходящий сейчас из недр корабля, был совсем иным. В первый момент Йошико решила, что шум как-то связан с ее пиротехнической конструкцией, но тут же поняла, что это не так. Поддавшись панике, женщина активировала свой инфобраслет и вызвала Зера Альмана.
— Да, этот шум меня разбудил, — ответил он на вопрос, слышал ли он необычный шум. — По звуку похоже на землетрясение. Встречаемся на центральном посту.
— Мисс Нехла! — Мартен Винтерс находился в веселом расположении духа. — Деф только что включил свои двигатели, как вы, вероятно, слышали.
Перед центральным постом раздался тяжелый топот, и в помещение влетел Тебатиманскатт. Через сезуру появился и Зер Альман.
— Вправе ли Мы предположить, что мыслящий корабль активировал свои космический двигатель?
— Он увеличивает скорость, — ответила Йошико на вопрос паранида.
Но Мартен Винтерс покачал головой:
— Нет, это просто-напросто двигатели контроля положения. Деф выправляет свой курс. Вот, смотрите!
На большом видеополе появилось расплывчатое световое пятно, которое медленно двигалось по направлению к центру пересечения координат находящейся над ним сети гравидара. Увеличение было таким, что разглядеть детали не представлялось возможным. И все же Йошико быстро догадалась, о чем идет речь:
— Галактика?
— Да, спутниковая галактика, сферическое звездное скопление, на расстоянии двадцати миллионов световых лет отсюда. Оба ОЭС-терраформера держат курс прямо в центр скопления, насколько я смог понять из их программы полета.
Спустя десять мизур гул из глубин корабля прекратился. Расплывчатое пятно, бывшее бесконечно далеким звездным островом, по-прежнему находилось в центре гравидара и оптического телескопа. Тебатиманскатт продемонстрировал один из своих великолепных жестов и предсказал, что вскоре они столкнутся с еще одними стартовыми воротами. И, как оказалось, он был прав.
Как и в прошлый раз, это были гигантские стартовые ворота — около тысячи километров диаметром. На протяжении нескольких сезур еще до их прохождения можно было наблюдать, как сквозь гигантское кольцо проступает далекое сферическое звездное скопление. И снова прохождение через ворота вызвало знакомые физиологические явления. И снова, сразу же после
Но он не смог вычислить что-то другое. Снова и снова он просматривал числа, которые выдавал гравидар, и никак не мог найти ошибку.
— На таком расстоянии гравидар просто не может видеть это сферическое звездное скопление. И все же…
Винтерс уменьшил резкость изображения на телескопе, так что можно было видеть только изображение гравидара. Там, где до того было звездное скопление, осталось большое, расплывчатое пятно.
— Ошибка гравидара? — недоверчиво спросил Зер Альман.
— Сейчас будет еще лучше, — пообещал Мартен Винтерс.
Показания гравидара исчезли, но появилось искаженное цветное изображение, поступившее с радиотелескопа. Весь космос, окружавший корабль, окрасился в темно-голубой цвет, и только в центре, переливаясь красным, желтым и белым, сверкал диск.
— С такого расстояния прибором, находящимся на борту корабля, нельзя измерить показатели. Это исключено!
Тебатиманскатт выступил перед проекцией, но тут же повернулся к ней спиной:
— Это цель мыслящих кораблей. Здесь Мы встретим Древний Народ и разгадаем тайну Святой Трехмерности!
Никто не возразил, а Мартен Винтерс восстановил изначальное изображение, полученное из напластования показателей оптики, радиотелескопа и гравидара. Спустя некоторое время Йошико взяла Зера Альмана под руку и они вместе покинули центральный пост.
Прошло несколько стазур, и тревога, сигнализирующая о приближении какого-то объекта, снова призвала всех четверых на центральный пост. На гравидаре появилось еще одно изображение предмета с четкими очертаниями и совсем близко. Если верить показаниям приборов, это был цилиндр примерно два километра длиной и около шестисот метров диаметром. Йошико побледнела, когда оптическим приборам удалось показать длинный, слабо светящийся объект, который летел рядом с кораблем с ЦП, сначала на расстоянии нескольких тысяч километров, затем все ближе и ближе.
— Зоны, — прошептала она.
Когда бледный цилиндр приблизился до расстояния тысяча метров, на корабле с ЦП погасло сначала поле приборной доски, затем освещение. Исчезла и сила тяжести, и только слабое свечение нескольких лампочек на консолях говорило о том, что корабль не парализован полностью.
— Что, ради Земли, происходит?
Услышала Йошико испуганный голос Зера Альмана, но ни она, ни Мартен Винтерс, ни даже Тебатиманскатт не могли ответить на его вопрос. Какой-то иррациональный внутренний голос настаивал на том, что зоны пришли, чтобы предъявить ей и параниду счет за их непослушание много язур назад. Трезвая часть рассудка исступленно отбивалась от этой абсурдной мысли.