Язычник
Шрифт:
Илья решил устроить несколько дней отдыха. Они ели, спали, ходили по городу. Все же надо знать город, где им предстоит прожить несколько месяцев. В том же Ростове, если бы Илья не знал других выходов, кроме городских ворот, были бы неприятности. И на новом месте – где торг, где мастерские.
А торг – не только место торговли, но и центр любого древнего города. Здесь обмениваются новостями, ибо других источников информации нет. Причем новости были не только городские. Торговые люди приезжают из разных мест – из Крыма, Византии, из хазарских
До Ладоги конные «соседи» не добирались, но беспокоили западные и северные. То литовские разрозненные, но воинственные племена нападают, то немецкие ордена, коих много развелось – крестоносцы, тевтоны, меченосцы, а еще даны и шведы. Одним словом, норманны добычу алчут. Вот и получалось – ни года спокойного. Для того и крепость мощную Рюрик поставил.
Крепость имела неправильную форму и пять башен – Клементовскую, Воротную, Стрелочную, Тайницкую и Раскатную. Располагалась она на стрелке Волхова и Ладожки. В тылу ее находились посады. Внутри крепости располагались две деревянные церкви – Святого Георгия и Святого Димитрия Солунского, терем князя, в котором ныне проживал посадник, воинская изба и другие здания.
По обеим сторонам крепости были пристани для кораблей – и по Волхову, для морских судов, и по Ладожке – для речных ушкуев, лодей и стругов с небольшой осадкой.
Илья не просто бродил по городу и глазел, он присматривался, куда пристроиться можно. Деньги на житье были, но если калиту не пополнять, монеты закончатся. Да и скучно жить без дела.
Работа сама нашла его.
В один из дней Илья с Марьей ужинали. Трапезная была полна: купцы и команды с кораблей, местный люд. Торговые люди с ремесленниками зачастую обсуждали сделки за кувшином вина. Все было тихо-мирно.
Они уже собрались уходить к себе в комнату, когда вдруг раздался шум и крики от одного из столиков.
Илья поморщился – опять кто-то не рассчитал свои возможности и перебрал с крепким олуем.
Но ссорой дело не ограничилось, следом за шумом раздались звуки ударов, и из-за стола вскочили, судя по одежде, два купца. Они сопели, выкрикивали обидные слова и награждали друг друга тумаками. Лица у купцов были красные – оба были в изрядном подпитии. И ладно бы они не мешали другим, а то ведь столы начали толкать, посуда на пол полетела, несколько кувшинов с вином и пивом опрокинулись, а один и вовсе разбился.
Хозяин заведения метался за стойкой.
– Ах, беда какая! Одни убытки и разорение!
Илья вначале не думал вмешиваться. Пусть выпустят пар, обменяются тумаками, остынут.
Окружающие сначала смотрели на потасовку с интересом, но драчуны разошлись не на шутку. Кто-то принялся увещевать их и получил кулаком по лицу. Обиженный решил не спускать оскорбления и сам кинулся в
Через пару минут в трапезной был бедлам. Посетители дрались, бросались посудой, били друг друга лавками.
Илья понял – надо вмешаться, иначе они разгромят постоялый двор. Он схватил одного из дерущихся и выбросил его за дверь, во двор. Через несколько секунд туда же отправился другой. Третьего он свалил ударом под дых. Четвертого схватил за руку, крутанул на месте и кинул в группу дерущихся, свалив этим всех на пол. Пока они барахтались, пытаясь встать, он хватал их поодиночке и выбрасывал во двор.
Хозяин, прятавшийся за стойкой, кричал:
– Обогоди маленько! За ужин-то кто платить будет? Они вино заказывали, пиво, еду недешевую.
Илья остановился:
– Ты помнишь, кто сколько должен?
– А как же, у меня записано.
Илья выхватил из группы драчунов одного и заломил ему руку:
– Этот сколько проел-пропил?
– Десять ногат.
– Отсчитывай из его калиты.
Трясущимися от страха руками хозяин развязал калиту купца и отсчитал деньги.
– За разбитую утварь еще бери – кувшины побили, миски.
– Верно. – Хозяин вытащил еще две ногаты.
Илья проследил, чтобы хозяин лишнего не взял, иначе могут обвинить в разбое или краже.
Так и пошло. Илья хватал дерущихся, заламывал им руки и держал, а хозяин по счету забирал деньги. Тех, кто сидел за столом смирно – а были и такие, – Илья не трогал. Пришел человек покушать, поговорить, пива выпить, никого не трогает – да пусть себе сидит.
Когда все драчуны были выдворены, вошла прислуга и стала наводить порядок: ставить на место столы и стулья, убирать черепки и остатки еды с пола. Несколько драчунов продолжали сражаться во дворе, а парочка самых разгоряченных и ретивых попыталась вернуться. Илья без труда спустил их с крыльца.
– Ай, нехорошо! Солидные люди, а ведете себя как босяки! Облик человеческий потеряли, стыдно!
Полчаса ушло на уговоры, но в итоге драчуны двор покинули. Уже за воротами грозились завтра вернуться и проучить Илью. Но он полагал, что драчуны за ночь могли бы протрезветь и даже не вспомнить о драке, кабы не их синяки и разбитые носы.
Илья взбежал по крыльцу в трапезную, и к нему тут же подошел хозяин:
– Не знаю, как и благодарить тебя, городскую стражу ведь не дозовешься. А что я один могу? Сегодня еще хорошо обошлось, а как иноземцы бывают, до ножей доходит. Мне же – одни убытки.
– Сочувствую.
Хозяин оглядел Илью с головы до ног:
– Вышибалой ко мне не пойдешь ли?
– Сколько платить будешь?
– Две ногаты в день.
– Мало! – Илья развернулся, намереваясь уйти.
– Харч и комната бесплатно, – тут же добавил хозяин.
Илья прикинул: служба в тепле, далеко ходить не надо. Две ногаты в день – это, конечно, скромно, но если за жилье и питание платить не надо, то можно согласиться. Он повернулся к хозяину:
– По рукам, согласен.