ЯССТ 6
Шрифт:
— Только что в новостях сказали, что ракеты были выпущены с борта их корабля. Он, кстати, уже потоплен. Слава Франции.
— Слава. Как бы не началась полноценная война.
— Я слыхала, что не начнется, потому что у нас есть такое оружие, которое хуже ядерного. Видели, как сгорел их Вестминстерский дворец? А Белый дом? Они даже не поняли, как мы смогли это сделать.
— М-да, мы, земляне, никак не истребим в себе желание быть сильнее через уничтожение других.
— Всегда так было и так будет. Нет ничего нового в этом мире. — Бабуля пожала плечами и направилась дальше. — Хорошего дня.
— И вам.
Ее убежденность
Едва я так подумал, как метрах в двухстах за домами, раздались выстрелы. Стреляли из двух стволов. Я направился узнать в чем дело, подумав, что в перестрелке замешан двойник аквалангиста Жака. Выйдя на широкую улицу, стал свидетелем страшной сцены. Двойники Жака и Бернара атаковали отстреливающихся полицейских, игнорируя ведущийся по ним огонь. Я думаю, пули вязли в поле, аналогичном силовому барьеру, расположенному вокруг виллы, в которой мы жили ранее. Добравшись до блюстителей порядка, роботы, ударами рук, раскрошили им черепа.
Я побежал в их сторону, и стал кричать, чтобы привлечь внимание. «Благодетелей» землян совсем не интересовали жизни облагодетельствуемого ими народа.
— Я здесь, придурки! — Замер перед машиной полицейских.
— Ты нарушил наши инструкции. — Произнес Жак. — Ты покинул здание.
— А ничего, что по нему прилетела ракета и меня контузило? Я потерял сознание, а когда пришел в себя, ничего не понимал и просто пошел, куда глаза глядят. Зачем вы убили людей, которые не могли навредить вам? — Я нечаянно посмотрел на мертвого жандарма с окровавленным лицом.
— Помехи нужно устранять эффективно. — Ответил Бернар.
— Это же люди. — Произнес я с выражением, но мою интонацию не оценили.
— Нам надо скорее убираться отсюда, пока не появились новые помехи. Ты обучен управлять этим транспортом? — Спросил Жак.
Я посмотрел в салон. Ключи торчали из замка.
— Обучен.
— Нам надо добраться к новому порталу. Садись за управление. — Приказал псевдо Жак.
Я сел за руль. Любопытствующая толпа начала собираться вокруг машины. Меня узнали и стали показывать руками. Какой вопрос после увиденного могли задать себе люди о моей личности, оказавшейся в компании убийц полицейских.
— Куда едем? — Спросил я у роботов, после того, как они сели в машину.
Подвеска продавилась под их весом.
— Езжай прямо и слушай мои указания. — Посоветовал Жак.
Я поехал. Робот работал навигатором, называя повороты и расстояние до них. Наверное, он спокойно пользовался всеми технологиями, которые имелись на нашей планете, интернетом, геопозиционированием и картами. Вскоре мы покинули городок и отправились в горы по живописным серпантинам.
— А что стало с порталом в разрушенном здании? — Спросил я.
— Он стал слишком заметен в условиях задымленности, пришлось его отключить. — Сообщил Бернар.
— А вы вообще собираетесь когда-нибудь сообщить людям о себе? О великой расе Ценерис, благодаря которой они превратились из миллиардов дикарей в миллионы, а может быть, тысячи высокоразвитых землян.
Жак, сидящий на переднем сиденье, уставился на меня буравящим искусственным взглядом.
—
До меня дошло, что я дал маху, поставив в известность о том, что знаю об их цивилизации больше, чем должен.
— Кто знает о нас и насколько они опасны? — Требовательно спросил Жак.
— Мне, кажется, вы сами называли своих создателей. Или я что-то путаю.
— Мы сами себя так никогда не называли. Это имя нам дали враги.
Кажется, я приговорил Землю сам того не желая. Надо было что-то предпринимать, чтобы не выдать Высших и их музейно-исторических планов. Я резко выкрутил руль влево, машина засвистела покрышками об асфальт, пробила ограждение дороги и отправилась в свободный полет со скалы.
Глава 16
Полет был недолгим. Машина зацепила передком выступающий камень, сделала сальто и шарахнулась днищем о склон горы. Стекла брызнули во все стороны, выстрелили подушки. В отличие от моих «друзей» я был пристегнут. Компрессионный удар мой позвоночник выдержал, хоть и получил электрический разряд боли от скоротечного сжатия. Сиденье с Жаком прогнулось в пол от удара под его весом, а потом он ударился головой в крышу, оставив на ней анатомическую выпуклость головы. Что было с Бернаром, я не видел, но не думаю, что ему было легче.
Машина и не думала останавливаться. Немного прокатившись на свистящих разбитыми ступицами колесах, она снова сорвалась с обрыва. Я едва успел увидеть корявые деревца, как они влетели в машину и ударили ветвями в лицо. От удара сломалась спинка сиденья, и я почти лег. Машину закрутило по склону. Кувыркаясь, она понеслась вниз, а я метался как биологическая субстанция в проруби, в отведенной ремнем безопасности амплитуде.
Массивное тело Жака выбросило из машины как снаряд из пращи. То же самое случилось и с Бернаром. Я пожелал, чтобы с ними было все плохо. Машина в последний раз ударилась и остановилась. У меня было ощущение, что я стал отбивной котлетой и меня уже можно отправлять на сковороду. По голове прямо на правый глаз стекала горячая струйка крови. Браслет на руке не посчитал этот удар смертельным. Я вытер кровь рукой. Подвигал другой рукой, ногами, конечности работали исправно. Осмотрелся. В одно окно я видел камни, в другое небо и ветви дерева.
Оказаться второй раз за день в ситуации, когда смерть пощупала твой пульс, это перебор. Проверил карманы брюк. Осколок и капсула не потерялись. Кое-как, из-за примятой крыши, мне удалось найти положение, в котором я смог упереться и выбить дверь со своей стороны. Выглянул наружу и обомлел. Машина стояла на боку, упершись днищем в хлипкое деревце, растущее на склоне, а под ним зияла пропасть метров в триста, на дне которой виднелись маленькие машинки, двигающиеся по серпантину.
Я осторожно, не дыша, выбрался из машины и отпрыгнул в сторону. Баланс нарушился и она, скрипнув металлом о камни, сорвалась вниз. Как ни странно, я был цел, если не считать рассеченной головы. Но рана меня совсем не беспокоила. Ни головокружения, ни тошноты я не чувствовал. Осмотрел склон, чтобы узнать, что случилось с моими «напарниками». Реально разглядеть из моего положения ничего не получилось. Я видел только вздымающую надо мной стену из камней и деревьев и очень высоко бело-красную полосу ограждения.