Ящер 3

Гарсия Эрик

– Пойми, Рубио, мне надо семью содержать. Если Эдди пытается меня заменить…

– Да брось ты, забудь, – говорю я Шерму. – Я туда по своей инициативе зашел. Девушек проверял.

– Правда? – спрашивает Шерман, широко распахивая глаза. Сейчас он совсем как пятилетний ребенок, которому до смерти хочется поверить, что те утопленные щеночки будут веселиться вместе с другими дворняжками в собачьем раю.

– Правда. А ты зачем сюда прибыл?

– Девочек сбросить. Эдди не хочет, чтобы они по отелю шастали.

– По какому отелю?

–

Эдди заколотил дом досками. Сказал, хочет, чтобы мы перебрались дальше на материк, в какой-нибудь отель в центре города. – Шерман смотрит на часы. – И нам лучше поторопиться, если мы еще хотим одно задание выполнить.

Мне это не слишком понравилось.

– Какое задание?

– По дороге скажу. Прыгай в машину.

Несмотря на необходимость строить из себя скромнягу перед Шерманом, я никак не могу оставить «мерседес» Джека в центре Опа-Локи на время урагана. Норин вряд ли обрадуется, если я верну ей машину без колес, мотора, транзистора и стереосистемы.

– У меня тут машина, – говорю я, кивая в сторону дороги.

Шерман бросает всего один взгляд на «мерс», и глаза его удивленно распахиваются.

– Черт, – говорит он, – классная тачка, Рубио. И чем-то она мне знакома.

– В самом деле?

– Угу. – Мы проходим четверть квартала до автомобиля, и Шерман щелкает языком. А потом…

– Погоди-ка погоди, – говорит он. – А это, часом, не Джека Дугана машина?

Я хохочу.

– Уговорил ту шлюху позволить мне этот «мерс» поводить. Давалка еще та.

– Приятель, я черт знает сколько лет эту машину не видел. С тех самых пор, как… – Тут ностальгическое выражение у Шермана физиономии сменяется мрачным. – Только не говори мне, что ты на ней сюда приехал.

– Ну да, конечно, приехал, – говорю я ему. – А что такое?

Без единого слова Шерман сперва падает на колени, потом грохается на спину, корчась точно червь, которому отчаянно требуется навестить хиропрактика. Его жирное брюхо выпирает из-под машины, и когда я присаживаюсь на корточки рядом с его толстыми ногами, то слышу негромкое кряхтение, пока Шерман с чем-то там возится.

Вскоре он таким же червем выползает из-под авто. Руки у Шермана теперь сплошь покрыты дорожной грязью, да вдобавок еще и сальные от машинного масла. В правом кулаке он сжимает пучок проводов, с которых свисает металлическая коробочка дюймов восемь в длину.

– Ты сам заводил машину? – спрашивает меня Шерман, и я киваю. Тогда он качает головой, ржет и швыряет металлическую коробочку к ближайшим кустам. Крышка коробочки отлетает, и на землю выкатываются два пластиковых шарика, тут же исчезая в водостоке. – Ну тебе, сукин сын, и везет, – говорит Шерм и с хихиканьем направляется к своей машине. – Какое счастье, что семья Талларико вечно с автомобильными бомбами портачит.

Мы бросаем «мерседес» у отеля «Омни», где клан Талларико собирается зарыться на протяжении всего праведного гнева Алисы. Как только

я оказываюсь в измочаленном «лексус»-седане, Шерман сообщает мне, что Эдди поручил ему особо важное задание, к которому ему не терпится приступить.

– И я так прикидываю, ты просто идеальный парень, чтобы мне с ним помочь.

– А это почему? – интересуюсь я.

Тут Шерман ненадолго замолкает, и из его правого глаза выкатывается капелька прозрачной влаги. Это вполне может быть слеза.

– Они Чеса взяли, – хнычет он.

Я напрягаюсь на сиденье, затем велю своим мышцам расслабиться. Шерман, похоже, понятия не имеет о том, кто был главным действующим лицом в упомянутом «взятии» Чеса.

– Кто?

– Эти, блин, гадрозавры долбаные! – плюется Шерм. – Грязные твари!

Тут я припоминаю, что ББ и Хагстрем проделали с головой и телом Чеса.

– Откуда ты знаешь?

– Вонючие ублюдки нам его ароматические железы прислали. По почте.

– По почте?

– «Федеральным экспрессом», если точнее. Две малюсенькие железки, только и всего, но я сразу понял… Запах Чеса я не хуже своего собственного знал. Шерман опять оказывается на грани нервного срыва, и я вдруг неожиданно понимаю, что хлопаю его по спине и стараюсь успокоить.

– Вот, значит, как? – предполагаю я. – Теперь и делу конец? Мы взяли Джека, они взяли Чеса – все хоккей.

– Ну уж нет. Даже близко никакого хоккея. Эдди говорит, теперь самая пора славное кровопускание устроить.

Не знаю, является ли слово «кровопускание» официальным мафиозным термином, но его звучание мне категорически не по вкусу. И я прикидываю, что мне срочно требуется добраться до телефона и сказать Норин, что происходит.

– Слушай, приятель, мне тут надо Г-зажим поправить. Ты бы бензоколонку с туалетом нашел…

– Нет времени. Нам передали, что один из больших парней Дуганов совсем один, и Эдди хочет, чтобы мы его взяли. – Шерман выводит машину на трассу И-95, направляясь на север. К территории Дуганов. – Твоя задача, – продолжает он, – выманить его оттуда. Он тебя знает, и он тебе доверяет. Тогда мы сможем как следует за работу взяться.

Опять я в качестве приманки. И опять бессилен сказать «нет».

– А кто это? – спрашиваю я.

– Хагстрем, – кудахчет Шерман. – Мелкий засранец. – Тут он подается ко мне, собираясь изложить план захвата. – Готовься, Винсент, на первые полосы попасть. Рассказы об этом дельце могут аж до самого Таллахасси дойти.

Это ощущение ужаса где-то в яме моего желудка, темный комок боли еще ниже, в кишечнике, должно быть, последствия того бутерброда с несвежей ветчиной, который я съел в пентхаусе у Дуганов. От всей души надеюсь, что это именно так, потому что, тогда как моя пищеварительная система не всегда пашет как следует, моя интуиция обычно на ходу, и прямо сейчас она подсказывает мне уйму вещей, которые я решительно не хочу слышать.