Ярый Рай
Шрифт:
Что — это? Какой такой — первый раз? Что он имел в виду?!
Она несколько раз успела пожалеть, что согласилась пойти. Ей очень хотелось стряхнуть с себя руку Ярого — шершавую, грубую; развернуться и убежать домой, закрыться в комнате и спрятаться под одеялом. Но он цепко держал ее и уверенно тянул вперед, и девушке ничего не оставалось, кроме как перебирать ногами и прищуриваться во тьме.
— Не тяните так, мне страшно… — робко всхлипнула она, в очередной раз запутавшись в корнях.
— Не бойся. Девочка, — за все время пути
— А что там? Куда вы меня ведете? — осмелела она.
— Здесь трудно. Говорить. Там, внутри, легче.
— Внутри чего?
— Увидишь.
Ярый замолчал и больше не отвечал на вопросы. Но то, что он хоть и ненадолго, но все-таки вышел на контакт, успокоило девушку. Сиюминутно сбежать ей расхотелось, былое любопытство разожглось. Она ждала этого разговора несколько дней, и явно не для того, чтобы так просто бросить все и убежать.
Снаружи смеркалось, солнце скрылось за горизонтом, на небе выплыла холодная луна. Лес в ее свете казался зачарованным и таинственным. Вокруг стояла непривычная тишина, только под ногами шуршали листья да ветки потрескивали на ветру. Девушка еще ни разу не забиралась в лес настолько глубоко, и ей казалось, что она попала в совершенно новый и неизведанный мир.
Судя по всему, Ярый превосходно видел в полутьме. Он точно и уверенно двигался вперед, уклонялся от тонких ветвей и тянул девушку за руку вниз, когда ее могло задеть препятствие сверху; выставлял перед ней ладонь, когда на тропе попадался большой камень или поваленное дерево, которые она могла не заметить. Такие незначительные, но о многом говорящие мелочи вызывали доверие.
Идти пришлось недолго. Прямая тропинка быстро вывела их к небольшому домику, совсем новому, прочно сколоченному из светлых досок, с очень высоким дверным проемом. Ярый прошел вовнутрь, увлекая Лизу за собой. Несмело она перешагнула порог и осмотрелась.
Внутри было мрачно, ни единого окна, и только через приоткрытую дверь пробивался слабый лунный свет. В темноте девушка разглядела плед, лежащий на полу, и несколько полок вдоль стен, заставленных всякой всячиной, а в углу стоял чемоданчик, такой же, как у Грэгора. Самая обычная комната, не примечательная ничем.
Ярый подхватил с полки пузырек и протянул Лизе.
— Выпей. До дна.
— Что это?
— Успокоит.
Девушка не стала упорствовать и послушно выпила отвратительную на вкус жидкость. Пока Лиза глотала, ей стало не по себе. Ведь она находится посреди леса, в темноте, наедине с не очень человеком, который возвышается над ней, как гора, и смотрит сверху вниз. Он непонятен, он силён, он поит ее какой-то дрянью. Здесь его стихия. Здесь она полностью в его власти. И должна делать то, что он говорит, и не бояться. Должна довериться ему. Совсем.
Но как, если сомнения одолевают?
— Садись, — он забрал опустевший пузырек и вернул на полку.
От снадобья у Лизы пошла кругом голова, а веки тяжелели с каждым вдохом.
— Что вы мне дали выпить? — чувствуя, что засыпает, спросила Лиза.
— Так надо. Не спи. Держись, — Ярый зажег свечу, и комната озарилась прыгающим, неровным светом. — Не бойся. Ничего, — приземлился он напротив и расставил перед собой несколько предметов. — Все будет, как во сне.
Сонная девушка кивнула и краем глаза заметила, что совсем рядом пролетела тень. Она резко повернула голову в ту сторону. Теперь тень быстро пробежала у другой стены. И рядом с лицом, задев щеку. Лиза отмахнулась от нее рукой, и заметила, что тени повсюду — кружат сверху, по бокам, сливаются друг с другом, распадаются на фрагменты. И это не могла быть игра бликов прыгающего пламени, то было нечто другое, неправильное…
— Они тебя не видят. Не бойся.
— Что это?
— Тени, — коротко ответил он и взял с пола обычную чашку с водой. Точно такая же посуда стояла в доме, на полочке на кухне. Следом Ярый извлек из-под пледа нож с длинным кривым лезвием. Холодная сталь блеснула в свете свечи. — Кровь, твоя, — поднял глаза на Лизу.
Девушка молча протянула ему руку — он обхватил ее ладонью, склонил над чашкой и кончиком ножа проткнул тонкую кожу. Алая капля упала в воду и облаком растворилась в ней. Ярый выпустил руку Лизы, и девушка размяла проколотое запястье. Ни боли, ни страха, ничего она не чувствовала. Ей казалось, что она пьяна.
Он поднес чашку к губам и выпил содержимое до дна. Поставил ее на пол, взял Лизу за руки. Ладони сцепились в замок.
— Войди в меня, — сказал, смотря в глаза.
И Лиза поняла, что пропадает. Все закружилось-завертелось, в ушах поднялся звон; после возникло ощущение головокружительного падения вниз по спирали и… резко все оборвалось.
Девушка поднялась на ноги и осмотрелась. Она попала в ослепительно белое пространство без ограничений, и сверху, и снизу, и по бокам — везде белая бесконечность. Лиза с изумлением взглянула под ноги — они ни на чем не стояли, точно парили в воздухе, но при этом она пребывала в полной уверенности, что стоит на чем-то твердом. Но — никакого страха в душе не было, абсолютно, словно она всего лишь уснула и видит необычный сон.
— Где я? — голос прозвучал гулко.
— Ты у меня, — ответил кто-то сзади.
Девушка резко обернулась. За спиной стоял Ярый — она узнала его, но…
Здесь он был молодой. В обычной светлой одежде. Без уродливых отметин на коже; живой и невредимый. Красивый. Волосы лежали волнами и опускались до поясницы, а в глазах искрился задорный блеск. Он как будто бы стал ниже, и поравнялся с Лизой.
— Это… ты? Но как?! — ахнула она.
— Думаешь, я был всегда таким, как там, снаружи? — чуть наклонил голову на бок и поморщился. И видеть на его обычно каменном лице мимику было крайне непривычно.