Ярость
Шрифт:
Лео был, конечно, идиотом, но не глупцом.
— Я работаю, — сказал Трент, — в специальном подразделении Бюро расследований штата Джорджия, основанном для помощи местным органам правопорядка на территории штата в раскрытии насильственных преступлений. И моя роль здесь чисто консультативная.
Он говорил так, будто читал по учебнику, четко выговаривая каждое слово. С такой речью, да еще учитывая костюм-тройку, этого парня вполне можно было бы принять за профессора из колледжа.
— Майкл Ормевуд. — Майкл немного смягчился и протянул руку. Трент ответил
— Детектив… — Трент несколько пренебрежительно кивнул в сторону Лео. Затем он взглянул на свои часы и обратился к Майклу: — Результаты вскрытия будут готовы не раньше чем через час. Я бы хотел сверить наши записи, если у вас найдется минутка.
Майкл взглянул на Грира, пытаясь сообразить, как перестроилась их служебная пищевая цепочка за последнюю пару минут. Складывалось впечатление, что он попал в самый ее конец, и ему это не нравилось. Грир повернулся к ним спиной и вразвалочку отправился в свой кабинет, бросив через плечо:
— Держите меня в курсе. — После чего прикрыл за собой дверь.
Какое-то мгновение Майкл рассматривал Трента. Этот парень из Бюро расследований штата не был похож на копа. Несмотря на свой рост, он не доминировал в комнате, занимая все пространство. Стоял себе, сунув руку в карман и немного согнув левое колено, совершенно непринужденно. Если бы он расправил спину, плечи его оказались бы очень широкими, но он, похоже, не собирался извлекать каких-либо преимуществ из своих физических данных. Он не был похож на человека при исполнении, не чувствовалось в нем отношения типа «да пошли вы все», которое вырабатывается, когда приходится постоянно арестовывать всяких подонков и мерзавцев.
Майкл смотрел на него и прикидывал, что произойдет, если он прямо скажет этому умнику, чтобы он отвалил. После стычки с Джиной и своей выходки с Синтией Майкл решил, что нужно хоть с кем-то сегодня быть помягче. Он махнул рукой в сторону двери.
— Конференц-зал у нас там.
Трент пошел по коридору. Майкл шел следом и, глядя на его широкие плечи, думал, как тот оказался в БРД — Бюро расследований Джорджии. Обычно эти парни сплошь адреналиновые наркоманы, а их тела так накачаны тестостероном, что лбы постоянно блестят от пота.
— Как давно вы на службе? — спросил Майкл.
— Двенадцать лет.
Майкл прикинул, что Трент минимум лет на десять младше него, но это все равно не дало ему того, что он хотел узнать.
— После армии? — снова спросил он.
— Нет, — ответил Трент, открывая дверь в конференц-зал.
В этой комнате окна были практически чистыми, и в свете дня Майкл рассмотрел еще один шрам на лице Трента. Цвет его менялся от розового в районе уха до почти белого, когда рубец шел по шее, проходил через яремную вену и скрывался под воротником рубашки.
Кто-то здорово его порезал.
— А я воевал в Заливе, — сказал Майкл, стукнув себя в грудь и рассчитывая, что, возможно, это
— Точно, — сказал тот, усаживаясь за стол. Он открыл свой портфель и вытащил оттуда пачку разноцветных папок для файлов.
Глядя на него сбоку, Майкл заметил, что нос у Трента сломан по меньшей мере в двух местах, и подумал, уж не боксер ли он. Впрочем, он был слишком худым, с поджарым телом и угловатым лицом. Но какое бы ни было у этого парня прошлое, было в нем что-то, что заставляло Майкла оставаться в напряжении.
Трент разбирался в своих папках, раскладывая их в каком-то только ему известном порядке, когда вдруг заметил, что Майкл продолжает стоять.
— Детектив Ормевуд, — сказал он, — это я у вас в команде.
— Это на самом деле так?
— Мне не нужны лавры, — сказал Трент, хотя, по опыту Майкла, именно к этому только и стремились ребята из БРД. О них сложилось такое мнение: налетели, довели дело до середины, а потом сняли все сливки.
Трент продолжал:
— Я не хочу стоять под вспышками фотокамер или давать интервью в новостях, когда мы поймаем этого плохого парня. Я просто хочу помочь вам в работе, а потом уйду.
— А с чего вы взяли, что мне нужна помощь?
Трент оторвался от своих папок и несколько секунд внимательно смотрел на него. Затем открыл папку флуоресцентного розового цвета и подвинул ее к Майклу.
— Джулия Купер из Такера, — сказал он, назвав городок, находившийся милях в двадцати от Атланты. — Пятнадцать лет. Изнасилована и избита до полусмерти четыре месяца назад.
Майкл кивнул, пролистывая папку и не вчитываясь в детали. Он дошел до фотографии жертвы и остановился. Длинные светлые волосы, сильно подведенные глаза, слишком много помады на губах для девочки ее возраста.
Трент открыл следующую папку, неоново-зеленую.
— Анна Линдер из Снелвилла, четырнадцать лет.
Это к северу от Такера.
— Третьего декабря прошлого года Линдер была похищена, когда шла по улице от своего дома к дому тети. — Трент протянул папку Майклу. — Изнасилована, избита. Тот же почерк.
Майкл пробежал папку, задержавшись на фото. Волосы у Линдер были темные, но еще темнее оказались синяки под глазами. Он взял снимок девушки, чтобы рассмотреть его поближе. Рот разбит очень сильно, губа рассечена, на подбородке струйка крови. На лице у нее были какие-то блестки, в которых отразилась вспышка фотокамеры.
— Ее нашли на следующий день в Национальном парке Стоун-Маунтин, прячущейся в канаве.
— Понятно, — сказал Майкл, ожидая продолжения.
— Обе девушки сообщили, что на них напал мужчина в черной лыжной маске. — Трент положил сверху оранжевую папку, к первой странице которой скрепкой была приколота фотография. — Дон Симмонс из Буффорда.
Майкл взглянул на нее с удивлением, решив, что этой девочке вообще не больше десяти лет.
— Она младше всех остальных, — сказал он, ужаснувшись при мысли, что какой-то больной выродок мог покуситься на ребенка. Она была не намного старше Тима.