Ярость

Слотер Карин

Майкл почувствовал, что нужны объяснения.

— Просто не в настроении.

— Если бы мне пришлось каждый день наряжаться таким образом на работу, думаю, я бы тоже не слишком радовался.

Майкл смотрел, как работают челюсти Трента, когда он жует. Теперь шрам на щеке был еще более заметным.

— Откуда у вас этот шрам?

Трент взглянул на свою руку.

— Строительный пистолет, которым забивают гвозди, — сказал он, и Майкл увидел еще один шрам, прорезавший кожу между большим и указательным пальцем.

Майкл имел в виду не этот шрам, но

продолжил игру:

— Поранились, когда затеяли дома ремонт, или как?

— «Жилье во имя гуманизма». — Трент сунул остатки «Кит Кат» в рот и выбросил смятую обертку в корзину для мусора. — Один из соратников-добровольцев прострелил мне руку оцинкованным гвоздем.

Майкл почувствовал, как еще один фрагмент этого пазла с непонятным появлением Трента становится на свое место. «Жилье во имя гуманизма» — это группа добровольцев, строящих дома для малообеспеченных семей.

Многие копы в конечном счете начинают работать волонтерами в каких-нибудь организациях. Патрулируя улицы, стараешься забыть, что вокруг, как это ни удивительно, существуют хорошие люди. И ты пытаешься залечить эту рану в собственной психике, помогая людям, которые на самом деле нуждаются в помощи. Перед тем как родился Тим, Майкл и сам работал в детском приюте. Даже Лео трудился волонтером в команде Малой бейсбольной лиги, пока ему не сказали, что нельзя курить на спортивной площадке.

— Я бы хотел осмотреть место преступления, — сказал Трент.

— Мы вчера перерыли всю ее квартиру, — ответил Майкл. — Думаете, мы что-то пропустили?

— Не в этом дело, — возразил Трент. Майкл пытался уловить какой-то подвох в его тоне, но голос звучал совершенно безучастно. — Просто я люблю лично прочувствовать это место.

— Вы и в других делах так поступаете?

— Да, — ответил Трент, — раньше именно так и делал.

Энджи, стуча каблучками шпилек по выложенному плиткой полу, вернулась с желтой папкой.

— Вот все, что у меня есть по Монро.

Трент не попытался взять ее, так что это сделал Майкл. Он открыл ее и увидел на первой странице увеличенную фотографию Алиши Монро. Для своей профессии она была довольно привлекательна. В твердом взгляде глаз, смотревших прямо в объектив, читался вызов. Она выглядела скорее раздраженной, как будто вычисляла в уме, сколько денег потеряет, прежде чем ее выпустят под залог.

— Ее сутенер — Бэби Джи, — сказала Энджи. — Редкий ублюдок. Привлекался за нападение, изнасилование, покушение на убийство — вероятно, заказал двух других парней, но навесить это на него было невозможно. — Она указала на свои передние зубы. — У него тут декоративные золотые коронки с вырезанными на них крестами, как будто он сам Иисус.

— Где он обретается? — спросил Майкл.

— В Хоумс, — ответила она. — Его бабушка живет в том же доме, что и Алиша.

Трент снова сунул руки в карманы и стоял, рассматривая Поласки, словно пришельца из космоса. Его молчание раздражало, от него исходил какой-то дух превосходства, как будто он знал больше, чем говорил, и при этом считал, что они просто разыгрывают его, делая вид, что ничего

не понимают.

— Хотите к этому что-то добавить? — сказал Майкл.

— Это же ваше дело, детектив, — ответил Трент и повернулся к Энджи. — Спасибо за содействие, мэм, — сказал он, и на его лице мелькнуло выражение, которое можно было бы принять за улыбку, будь оно не столь высокомерным.

Энджи посмотрела на Майкла, потом на Трента, потом снова на Майкла и приподняла бровь, как бы задавая немой вопрос, ответить на который Майкл не мог.

— Ну ладно, — пробормотала она, безнадежно махнув рукой, и повернулась к ним спиной.

Но Майкл был слишком зол, чтобы спокойно любоваться видом сзади.

— У вас проблемы, черт побери?! — вспыхнул он.

Трент, казалось, был удивлен его тоном.

— Простите, не понял?

— Вы собираетесь торчать тут весь день или все-таки готовы немного запачкать руки?

— Я же сказал вам, что нахожусь здесь только для консультации.

— Что ж, тогда у меня есть для вас один совет или консультация, если хотите, мистер Только Для Консультации, — сказал Майкл, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладонь. — Не играйте со мной в эти игры!

Похоже, Трента не испугало предупреждение, но, учитывая, что Майклу пришлось задирать голову, чтобы выложить все, нельзя сказать, что это не оказалось для него сюрпризом.

— Хорошо, — сказал Трент. И, видимо, считая вопрос исчерпанным, добавил: — Не возражаете, если мы снова съездим в Хоумс? Я действительно хотел бы увидеть место преступления.

Глава 5

Буквально все, что говорил или делал Трент, действовало Майклу на нервы, начиная с брошенного им «разумеется», когда Майкл сказал, что машину поведет сам, и заканчивая отсутствующим видом, с которым он смотрел в окно, пока они ехали по Северной авеню в сторону Хоумс. Агент БРД напоминал ему тех чокнутых старшеклассников, которые таскали в нагрудных карманах логарифмические линейки и цитировали разные непонятные фразы из сериала «Монти Пайтон». Сколько бы Майкл ни смотрел это шоу, до него юмор «Монти Пайтон» не доходил, и он абсолютно точно не понимал парней вроде Трента. Именно поэтому из таких ребятам и выколачивали в школе все это дерьмо. Именно поэтому Майкл относился как раз к тем, кто занимался таким выколачиванием.

Он сделал глубокий вдох и закашлялся: легкие продолжали выдыхать последствия выкуренной сигареты. Он подумал о Тиме, о том, что его сын не является нормальным ребенком и это тянет за собой массу обид от других детей. В их школе была группа хулиганов, которые постоянно приставали к нему: прятали его шапку, размазывали бутерброд по обеденному столу во время ленча. Учителя пытались пресекать это, но они не могли быть все время рядом с Тимом, да к тому же далеко не все были рады тому, что в их классе учится ребенок, отстающий в развитии. Возможно, Уилл Трент был для Майкла его кармой. Как будто испытывал его. В смысле, будешь вести себя нормально с этим придурком — может быть, и с Тимом обращаться будут таким же образом.