Ярость Дракона
Шрифт:
— Что ты здесь делаешь? — Холодный тон мужа заставил её съежиться.
И всё же она решилась поднять на него глаза.
— Мы должны поговорить.
— Разве? По-моему между нами всё предельно ясно и понятно.
— Нет. Покачала головой Ками. — Я хочу знать, зачем ты обвинил меня в убийстве своих родителей? Клянусь, я никогда не желала им зла. Напротив, я очень любила тетю Рами и дядю Варда.
Арман почувствовал её сразу, как только она переступила порог его комнаты. Дракон завозился, желая вдохнуть запах истинной пары. Наскоро закончил вечернее омовение и вышел в комнату. Ками сидела
Ее вопрос застал Армана врасплох. Он знал, что Камилла рано или поздно обязательно потребует от него объяснений, вот только давать их ей он был не готов. Да и зачем? В последнее время он стал сильно сомневаться в необходимости своей правоты. Месть вымотала его, оставляя в душе чувство пустоты. Скоро итак все проясниться. Объяснения сейчас не входили в его планы.
Арман пересёк комнату, приблизился к Ками почти вплотную. Девушка испуганно вздохнула, попятилась назад. Споткнувшись о подол своего платья, она чуть не упала. Арман подхватил её за талию, прижал к себе. Наклонившись к ее волосам, блаженно вдыхал запах сирени. У Камиллы перехватило дыхание, она мелко задрожала.
— Прошу вас, Арман, пустите меня. Не надо.
— Чего не надо? — Наклоняясь к её уху, спросил мужчина.
— Ничего не надо! — Ее глаза быстро наполнялись слезами, дыхание стало тяжелым сбивчивым, но не от страсти, как можно было бы подумать. От безотчетного страха охватившего её разум и тело. Она уперлась ладошками в грудь мужчины, пытаясь оттолкнуть его от себя.
Он провел рукой по ее волосам, захватил локон волос, пропустил сквозь пальцы. Затем провел рукой по ее щеке, шее. Камиллу уже не шуточно трясло.
Арман оттолкнул её, Камилла плюхнулась на банкетку. Закрыв руками лицо, она пыталась прийти в себя отдышаться. Арман терпеливо ждал, когда она успокоиться.
— Я не звал тебя. — Холодно заговорил он, некоторое время спустя. — Какое право ты имела заходить в мою комнату? Мне нужно напомнить твое место в этом замке? Или то, что я дал тебе некоторое послабление, вскружило твою голову? Тогда я хочу, чтобы ты знала, это только на время, пока твои родные гостят у нас.
Ками слушала мужа и с каждым его словом чувствовала так, словно ее облили ведром помоев. Стыд жег ее щеки, шею, заставляя все ниже и ниже склонять голову. А еще страх, что он просто так не выпустит ее из своей спальни.
— Простите. Больше я не совершу такую ошибку. Можно я уйду? — Тихо произнесла она.
— Иди.
Арман отошел от нее, открывая дорогу. Девушка метнулась к двери. Мужчина с грустью смотрел, как за его женой закрывается дверь. Дракон ревел от обиды за пару.
— Нельзя. Не сейчас. — Пытался он успокоить зверя.
Камилла забежала в свою комнату, закрыла дверь на ключ. Ее сердце бешено колотилось, лицо горело. Приложила ладони к щекам,
— Это была плохая идея приходить к нему в комнату. Очень плохая. Только еще больше унизила себя, пала в его глазах.
От воспоминания, как муж держал ее за талию, касался волос, лица стало физически плохо, затошнило. Она снова сглупила. От переживания, нахлынувшего на нее, девушка напрочь забыла, зачем приходила к мужу.
Последующие дни мало чем отличались от предыдущих. Разве, что Камилла больше не поднимала глаз на Армана. Мужчина доходчиво объяснил ей ее место и статус в этом доме. Присутствие сестер теперь больше не радовало ее. Камилла боялась, что они заметят его отношение к ней, унизительно, стыдно. Пусть лучше поскорее уедут. Пусть думают, что между ними все хорошо. Она изо всех сил делала довольный вид, улыбалась, смеялась.
Спустя два дня после памятной для Камиллы ночи госпожа Ядвига, наконец, заговорила об отъезде.
— Господин Арман мне очень было хорошо в вашем доме. Ваше гостеприимство выше всяких похвал. И как имела возможность заметить, дочь вы мою уважаете, любите. Я рада, что все недоразумения между вами выяснены. Поэтому послезавтра мы уедем.
Они сидели в малой гостиной. Девушки расположились на тахте, рассматривая свежий номер журнала мод, который доставили утром. Грег и Фамио сидели в креслах возле камина, дегустировали привезенное с юга вино. Ядвига и Арман играли в настольную игру под названием «камни». Последнее время сложилась подобная традиция проводить так время после ужина.
Услышав слова матери, сестры оторвались от журнала, с беспокойством посмотрели на женщину. Супруг Ядвиги оторвался от бокала лишь на короткий миг, а затем снова вернулся к дегустации.
— Как жаль, что вы так рано нас покидаете. — Произнес Арман. — Через три дня у нас назначен «чайный» ритуал. Я думал вы останетесь на него.
Лицо Армана выражало крайнюю степень огорчения. Ками в удивлении смотрела на мужа. О каком ритуале идет речь?
— Дорогая, неужели ты забыла сообщить об этом своим родным. — Мужчина осуждающе посмотрел на Ками. — Хотя в твоем положении забывчивость простительна.
— Неужели! — Воскликнула крайне довольная Ядвига. — Вас можно поздравить! Ах, неужели я увижу внуков!
Глаза Камиллы делались все шире. О каком положении он говорит? Зачем он обманывает? Для чего ему нужен этот спектакль? Девушка хотела было возразить, но наткнулась на предостерегающий взгляд мужа. Молча опустила глаза в пол.
— Ками, сестренка, я так рада за тебя! — Лизи обняла ее за плечи. Кристи тут же присоединилась к сестре.
Господин Фамио поднялся со своего места, подошел к дочери, неловко обнял ее, поцеловал в щеку.
— Поздравляю, дочь. Будь счастлива.
— Надеюсь, ты родишь крепкого и сильного дракона. — Грег погладил Камиллу по голове.
— Ну, раз такое событие мы обязательно останемся. Я помогу Камилле подготовиться к ритуалу. — Госпожа Ядвига не удержалась, потерла руки от предвкушения.
— О нет. Она сама должна его провести. — Арман подошел к жене, за руку притянул ее к себе. — Надеюсь, в этот раз твои булочки не сгорят.
Камилла вспыхнула, припомнив едкие слова Армана о ее выпечки двадцать лет назад.