Ярмарка чудес
Шрифт:
Рейчэл Таннер пришла за Сэмом. Когда она услышала, что Анжелика должна была позвонить Кирку, чтобы он приехал за ней, она настояла на том, чтобы отвезти ее домой.
— Мам, я хорошо сыграл. И все хлопали мне! — восторженно кричал Сэм, подскакивая в возбуждении.
— Он изумительно сыграл. Нам всем понравилось, — добавила Анжелика, сидя в машине.
— Уэбб Френсис сказал, что у мальчика есть способности к этому. Спасибо, что позволяете ему практиковаться, даже несмотря на то, что Уэбб уехал, — произнесла Рейчэл Таннер. — Мы действительно
— Он многого добьется, если захочет, — сказала Анжелика.
Интересно, так же чувствовали себя ее профессора, когда она достигла славы?
— Мисс Кэннон выбрала «Особый оранжевый цветок» и сыграла его действительно быстро, — произнес мальчик.
— Я люблю эту песню. Это твоя часть на фестивале? — спросила Рейчэл.
— Да, одна из двух. И одна из классической подборки.
— Ты будешь пользоваться исключительным успехом с этой одной песней. Мне хочется послушать одну из песен, которые ты играешь в Нью-Йорке, — сказала она.
Анжелика была довольна тем, как провела день. Все здесь очень отличалось от репетиций для оркестра.
Вскоре Анжелика была дома. Она положила инструмент Уэбба на место и выглянула в окно. Она была слишком взволнована и хотела поделиться своей радостью с Кирком. Она направилась к его студии и осторожно заглянула внутрь. Кирк работал над скульптурой, и она немного подождала, пока он обратит на нее внимание.
Она молча наблюдала за его движениями, тщательно изучая каждую черточку сосредоточенного лица. Он положил нож, взял наждачную бумагу и принялся натирать древесину. Его руки были твердые и умелые. Анжелика часами могла наблюдать за ним. Но кипящее возбуждение этого дня не давало покоя.
— Кирк, — сказала она, заходя внутрь.
Он поднял глаза:
— Уже вернулась? Как прошло? Как ты добралась?
— Мама Сэма подвезла меня. Это было удивительно. Мне понравилось слушать музыку, наблюдать за игрой каждого. Это было великолепно.
Она подошла к столу и посмотрела на скульптуру. Это была одинокая женщина. На ее лице застыло выражение печали, словно она предчувствовала несчастье. Как у Кирка получилось создать подобный шедевр? Он сделал это?
— Это удивительно. Я действительно вижу фигуру, — сказала Анжелика, коснувшись древесины.
— Это приходит со временем. Расскажи мне еще о репетиции.
Она лучезарно улыбнулась ему:
— В целом она не похожа ни на одну из моих прошлых репетиций. Это было так весело! Песни очень сильно отличаются от тех, к каким я привыкла. Это было так волшебно. Я не могла представить ничего подобного. Сейчас мне интересно, смогу ли я вернуться к филармонии. Мы сидели на траве, и каждый поддерживал другого. Это было дико, но весело.
— Музыка есть музыка, различные вкусы для различных народов, — сказал он. — Подумай о радости, которую ты даришь тем, кто посещает филармонию.
— Я догадываюсь. Но это очень сложно — часами репетировать каждый день. Это больше работа, чем удовольствие. Сегодня было приятно поделиться музыкой.
— Ты
— Не знаю. Это просто… по-другому.
Анжелика взяла нож и принялась сосредоточенно его рассматривать.
— Здесь просто весело. Разучивая новые песни, осваивая сложные мелодии, я словно постигаю какую-то тайну. Я играла «Особый оранжевый цветок», и все улыбались, смеялись, хлопали. Я чувствовала, будто кто-то посылал энергию, чтобы воодушевить меня. В Нью-Йорке я играю совсем иначе.
Кирк пожал плечами, глядя на нее с той напряженностью, которую она сейчас ожидала.
— Сэм был великолепен, — продолжала она. — Он начал немного смущенно и взволнованно, но скоро полностью погрузился в музыку, и люди отнеслись к нему очень доброжелательно. Не важно, что ему только восемь и что это его первая попытка. — Она быстро размахивала руками. — Это был самый лучший день! Благодаря тебе! — закончила она, широко улыбаясь Кирку.
— Я ничего не сделал, — сказал он.
— Ты поверил в меня и в мое право принимать собственные решения. Это важно. Ты собираешься прийти на фестиваль, верно? — спросила она в очередной раз, чтобы убедиться.
Он задумался на мгновение, и Анжелика вспомнила о его потере слуха. Возможно, это не так уж и весело, если не слышать музыку во всей полноте ее красок. Но она действительно хотела, чтобы он услышал ее игру. Если Кирк сядет прямо перед сценой, она сыграет для него в полную силу.
— Конечно, я буду там.
Кирк смотрел на Анжелику, которая продолжала болтать об удивительном дне. Его сердце страдало от желания притянуть ее в свои объятия, поцеловать ее, порадоваться с ней. Он жаждал услышать каждую деталь. Анжелика была такой счастливой. Он хотел навсегда запомнить ее такой.
Она внезапно замолчала и склонила голову, вопросительно посмотрев на Кирка:
— Ты меня слушаешь?
Он кивнул, желая, чтобы она осталась навсегда, зная, что она не сможет. Ее будущее не было связано со Смоки-Холлоу.
Глава 10
Когда через некоторое время Анжелика ушла, Кирк прислонился к столу, чувствуя себя уставшим и опустошенным. Он приложил много усилий, чтобы удержаться и не коснуться ее. Но Кирк не мог позволить еще больше увлечься ею. Он ясно помнил тот момент, когда Элис вернула ему кольцо. Он понял: она хотела большего от жизни, чем он.
Если бы он последовал за ней, это что-нибудь изменило бы?
Но он не последовал. И все это уже не важно.
Он не знал Анжелику так близко, как Элис. Огонь, сжигающий его сердце, возможно, погаснет. Он не хотел думать о том злополучном дне, не хотел вновь проходить через подобное. Элис бросила его, так поступит и Анжелика.
У нее было мало опыта общения с мужчинами. Кирку нравилось разговаривать с ней, ужинать, просто смотреть на нее.
Кирк позвонил Хираму, и старик сразу же взял трубку.