Яд бессмертия
Шрифт:
— Значит, вы и есть лейтенант Рорка? А я-то думала, что он выберет себе чистокровную принцессу с длинной шеей и пудовыми грудями… — Оглядев Еву с ног до головы, она пожевала губами. — Рада, что этого не случилось. Чистая порода требует постоянного ухода. Лично я предпочитаю гибриды.
Доктор Энгрейв обтерла грязные руки о не менее грязный комбинезон и выпрямилась. В ней оказалось всего пять футов росту.
— Копаться в земле и ворошить червей — превосходная терапия. Тем, кто на это решается, ни к чему лекарства.
— Кстати,
— Идите за мной. — Сначала она припустилась едва ли не бегом, потом замедлила шаг, словно забыв о посетителях. — Вот здесь надо еще подрезать, здесь добавить азотных удобрений, здесь не хватает водички… — бормотала она, любовно поглаживая широкие листья, вьющиеся побеги, огромные бутоны. — До чего дошло! Мне платят за мое любимое дело — садоводство. Отличная работа! Не каждому удается заполучить такую. Знаете, что это?
Ева посмотрела на большой цветок трубчатой формы. Название вертелось на языке, но она боялась ошибиться, поэтому пожала плечами.
— Петуния! Люди забыли, что это за прелесть — традиционная простота. — Доктор Энгрейв подошла к раковине и вымыла руки, старательно удалив грязь из-под коротко подстриженных ногтей. — Сегодня всем подавай экзотику. Побольше, получше, пооригинальней! А ведь хорошая клумба с петуниями — это масса удовольствия и совсем немного хлопот. Сажайте — и наслаждайтесь. Только не ждите чудес. Конечно, это простенькие цветы, зато не норовят чуть что завянуть. Ну, к делу.
Она присела на табурет. На ее рабочем столе громоздились садовые инструменты, горшки, какие-то бумаги и сверхсовременная компьютерная система.
— Любопытный мешочек прислал мне ваш ирландец! Между прочим, полицейский, который его принес, знает толк в петуниях.
— Фини — обладатель множества талантов.
— Я подарила ему ящик с анютиными глазками — пусть порадует жену. — Доктор Энгрейв включила компьютер. — Я уже провела кое-какие анализы. Рорк уговорил меня поторопиться. Ох уж эти ирландцы! Но господь к ним неравнодушен.
— Значит, у вас уже готовы результаты?
— Не торопите меня, юная мэм. То, что позволено смазливым ирландцам, не позволено остальным. К тому же я терпеть не могу помогать полицейским. — Заметив изумление Евы, Энгрейв широко улыбнулась. — Все полицейские недолюбливают науку. Держу пари, что вы ни черта не смыслите в периодической таблице, не говоря уже о…
— Знаете что, доктор… — От ссоры их спасло только появление на экране пресловутой формулы. — Ваша система закодирована?
— Не бойтесь, без меня сюда никто не влезет. Рорк предупредил, что это чрезвычайно секретно, а я имела дело с секретностью еще до того, как вы появились на свет. — Она нажала клавишу, и изображения формул замелькали перед Евиными глазами. — Не будем задерживаться на элементарном. Тут и младенец разобрался бы, не то что взрослый сыщик.
— Меня интересует
— Знаю, знаю, лейтенант. Вот она, ваша головная боль. — Энгрейв выделила на экране цепочку обозначений. — Формула поставила вас в тупик, потому что она зашифрована. Если не знать этого, получается настоящая галиматья. Представляю себе, как в вашей лаборатории ломали головы. Выглядит так, пахнет иначе… А при смешивании происходит реакция, создающая еще больше путаницы. Вы разбираетесь в химии?
— По-вашему, это необходимо?
— Если бы люди лучше понимали…
— Доктор Энгрейв, я разбираюсь в убийствах! Скажите мне, что это такое, а дальше я справлюсь сама.
— Нетерпение — вот еще один бич сегодняшнего человека. — Доктор Энгрейв достала из ящика стола склянку под крышкой, внутри которой виднелись капельки белесой жидкости. — Все равно бесполезно вам рассказывать, как я этого достигла. Скажу лишь, что в результате серии химических манипуляций я выделила ваше неведомое вещество.
— Это оно и есть?!
— Да, в жидком виде. Уверена, что в вашей лаборатории решили, будто это особая разновидность валерианы, произрастающей на юго-западе США.
— А на самом деле?
— Близко, но не совсем то. Да, ваше вещество растительного происхождения, да, не обошлось без валерианы — она фигурирует в составе порошка. Но то, что вы ищете, не имеет отношения к валериане. Это нектар! Причем особый. Его не может выделить ни одно местное растение.
— Вы имеете в виду американскую флору?
— Я имею в виду всю флору как таковую. Это искусственно выведенный гибрид. — Она достала откуда-то горшочек с растеньицем и со стуком поставила на стол. — Вот ваша драгоценность!
— Симпатично, — заметила Пибоди, подойдя к растению с лохматыми цветками всех оттенков, от кремово-белого до ярко-багрового. Принюхавшись, она зажмурилась и понюхала еще раз. — Боже, что за чудо! Похоже на… — Она внезапно покачнулась. — Сильная штука!
— Сильная — это мягко сказано. Хватит, а то будете битый час приходить в себя. — Энгрейв отодвинула горшок.
— Эй, Пибоди! — Ева схватила ее за руку и тряхнула. — Прекратите немедленно!
— Все равно что выпить залпом большой бокал шампанского. — Пибоди потерла себе виски. — Волшебное ощущение!
— Да сядьте вы, Пибоди! Так нектар этого цветка — то самое, что мы ищем?
— Совершенно верно. Это экспериментальный гибрид, кодовое название — «Цветок вечности». Данному экземпляру уже четырнадцать месяцев, а он цветет и цветет как ненормальный.
Ваша лаборатория не сумела опознать вещество, потому что экспорт этого гибрида запрещен, он входит в юрисдикцию таможни Гаити. Конечно, в научных кругах о нем знают, но поскольку формула была зашифрована…
— Значит, «Цветок вечности» принадлежит к особо регулируемым видам?