Яд бессмертия
Шрифт:
— Конечно.
Пибоди и раньше знала, что кое-кто утопает в роскоши. Она об этом слышала, читала, видела по телевизору. Собственно, покои лейтенанта не поражали особенной пышностью. Всего лишь простор, хорошая мебель, отличное оборудование.
Но сам дом… Боже, что за дом! Его даже нельзя было назвать особняком — скорее крепостью, а то и замком. Зеленые лужайки, деревья в цвету, фонтаны, переливающиеся на солнце башенки. Внезапно появляется дворецкий и вводит вас в хрустально-мраморные чертоги… Но главное — простор. От этого и впрямь может
— Пибоди!
— Да, простите.
— Ничего. Я тоже испугалась, когда попала сюда впервые.
— Невероятно! — Пибоди перевела взгляд на Еву. — И сама вы выглядите здесь по-другому… — Она прищурилась. — Нет, правда! Кажется, постриглись, и брови… — Она подалась вперед. — А кожа!
— Просто косметическая маска, — поморщилась" Ева. — Ну, что, займемся делом или сперва сказать вам, как зовут мою косметичку?
— Мне это все равно не по карману, — жизнерадостно заявила Пибоди. — Зато у вас отменный вид. Понятно, почему вы взялись за свою внешность: ведь через две недели у вас свадьба.
— Не через две недели, а только в следующем месяце.
— Должна вас разочаровать: следующий месяц уже начался. Что это вы нервничаете? — полюбопытствовала Пибоди. — Раньше этого за вами не отмечалось.
— Перестаньте, Пибоди. В конце концов, мы расследуем убийство.
— Так точно. — Пристыженная, Пибоди спрятала усмешку. — А я, признаться, думала, мы просто убиваем время в ожидании капитана Фини.
— В десять я допрашиваю Редфорда и не могу себе позволить просто так убивать время. Лучше отчитайтесь о том, что вы разузнали в клубе.
— Я принесла рапорт. — Пибоди достала из сумки дискету. — Я прибыла туда в пять тридцать пять вечера и обратилась к субъекту по кличке Крек, назвавшись вашей ассистенткой.
— Какое у вас сложилось впечатление о нем?
— Экзотическая личность, — усмехнулась Пибоди. — Сказал, что из меня вышла бы хорошая настольная танцовщица — у меня, мол, крепкие ноги. Я ответила, что занята.
— Умница.
— Он проявил желание сотрудничать. По-моему, его расстроило известие о гибели Хетты и о способе убийства. Она работала в этом клубе недолго, но он считал ее добродушной, способной и удачливой девушкой.
— Прямо так и сказал?
— На своем диалекте, разумеется. В моем рапорте дословно воспроизведены его выражения. К сожалению, ОН не указал, с кем она говорила после случая с Бумером. Объяснил, что в тот вечер был очень занят.
— Разбиванием голов.
— Вот именно. Тем не менее он назвал нескольких работников клуба и регулярных клиентов, которые могли видеть ее в чьем-нибудь обществе. Я зафиксировала их имена и показания. Правда, никто не заметил ничего странного или любопытного. Один из посетителей как будто видел, как она удалялась с кем-то в отдельный кабинет, но не запомнил время и не смог дать вразумительного описания ее спутника. Единственное, чего я от него добилась, что тот был «такой высокий».
— Очень выразительно.
— Известно, что Хетта
— Тело нашли спустя три дня. — Ева отъехала в кресле от стола. — Если бы дело попало ко мне раньше, если бы Кармайкл так не ковырялся… Что ж, ничего не поделаешь.
— Говорят, она пользовалась успехом. На нее часто клевали.
— У нее был постоянный партнер?
— Серьезного и долговременного, кажется, не было. В клубах такого рода не поощряют встречи с клиентами на стороне, а Хетта была, судя по всему, настоящей профессионалкой. Она, конечно, меняла клубы, но пока что я ничего не нащупала. Может, она и работала где-то еще в ночь своей гибели, но об этом ничего не известно.
— Она употребляла наркотики?
— Понемножку. По словам тех, с кем я беседовала, ничего серьезного. Я проверила все, что имеется на нее в полицейских досье: ничего, кроме пары старых приводов за те же наркотики.
— Насколько старых?
— Пять лет назад.
— Копайте дальше. Хетту я передаю вам. — Ева подняла глаза на вошедшего Фини. — Спасибо, что приехал.
— Извини, что опоздал: немыслимые пробки. Ура, пирожки! Привет, Пибоди.
— Доброе утро, господин капитан.
— Что-нибудь раскопала? У тебя новая блузка, Даллас?
— Нет.
— Тогда что же? Ты выглядишь как-то по-новому. — Он налил себе кофе, а Ева закатила глаза. — Я нашел того танцора с татуировкой в виде змеи. Мевис явилась в «Граунд Зеро» примерно в два ночи, заказала коктейль «Скример» и настольного танцора. Вчера я сам с ним поговорил. Он ее запомнил. Говорит, что напилась до чертиков. Он предложил ей список услуг, но она отказалась и уползла прочь.
Фини вздохнул и сел.
— Может, она навестила и другие бары, но там уже не пользовалась кредитной карточкой. Нам неизвестно, чем она занималась после того, как убралась в два сорок пять из «Граунд Зеро».
— Где оно, это «Зеро»?
— Кварталах в шести от места преступления. Уйдя от Пандоры, она двигалась поперек Манхэттена, смещаясь к даунтауну, и наконец оказалась в «Зигзаге». По пути наведалась еще в пять ночных клубов и всюду брала тройной «Скример». Непонятно, как она вообще устояла на ногах.
— Шесть кварталов, — пробормотала Ева. — Тридцать минут до убийства.
— Мне очень жаль, детка, но ее положение пока ни капельки не улучшилось. Теперь поговорим о записях охранных камер. Камера Леонардо была разбита примерно в десять вечера. В их квартале полно жалоб на детей, которые портят камеры, так что и эта могла отказать благодаря их шалостям. А вот камера у Пандоры была отключена с помощью кода. Никакой кустарщины и вандализма. Тот, кто это сделал, знал, что к чему.
— То есть и ее, и охранную систему?