Я выбираю тебя

Шерон Рона

– И ты не прочь оставить все как есть, да? – осуждающе произнесла Изабель. – Ты прячешься со мной в темноте, чтобы никто нас не увидел и не узнал, что...

– Что мы сходим с ума от страсти?

– Испытываем друг к другу привязанность.

– Плевать на всех. Я хочу, чтобы ты была только моей. – Эшби наклонил голову и захватил губами сосок Изабель. Острое желание пронзило все ее существо и растаяло внизу живота. Изабель схватила Эшби за голову, не в силах усидеть на месте, в тот самый момент, когда его язык начал описывать чувственные круги вокруг

ее соска. Взяв ее груди в ладони, Эшби принялся нежно массировать их. Изабель выгнулась, чувствуя, что погружается в горячий туман наслаждения. – Твоя грудь такая мягкая... само совершенство.

Эшби осторожно прикусил сосок зубами и потянул, в то время как его рука скользнула вверх по ее бедру в нежной ласке. Пальцы его миновали подвязку и коснулись обнаженной кожи. Ощущение оказалось восхитительным. Изабель еще не успела оправиться от потрясения, а пальцы графа уже продолжали свой путь. Эшби нащупал прорезь в панталонах и коснулся разгоряченной плоти.

– Святые небеса! – выдохнула Изабель, когда ее окатила волна мучительного наслаждения. Вскоре волна схлынула, но Изабель желала большего, желала вновь оказаться между раем и адом от одного лишь прикосновения Эшби.

– Это лишь малая толика того, что ты сможешь испытать, если придешь сегодня ночью ко мне. – Эшби нащупал пальцем средоточие желаний Изабель, и она соскользнула со стола. Прильнув к Эшби всем телом, она приоткрыла губы, чтобы слиться с ним в горячем, неистовом поцелуе. Пальцы его ласкали плоть Изабель уверенно и умело до тех пор, пока она не стала влажной и нестерпимо горячей. Другая его рука не переставала терзать грудь Изабель, а глубокий, всепоглощающий поцелуй все продолжался.

Охая и постанывая в такт движениям его руки, Изабель погружалась все глубже в хаос ощущений и эмоций, и чем быстрее двигался палец графа, тем слабее становилась ее решимость отклонить его приглашение, Изабель уже знала, что Эшби именно тот мужчина, которого она хочет. Рядом же с Парисом слова «добродетель» и «благопристойность» теряли для нее всякий смысл.

– Я... я...

– Хочешь меня, – глухо прорычал Эшби, погружая палец в лоно Изабель. Вожделение обожгло ее напряженное, страждущее тело, и она закричала, умоляя положить конец сладкой пытке. – Ты хочешь, чтобы я оказался внутри тебя... Скажи это, Изабель. Скажи это, мой ангел, моя львица...

– Я... я хочу, чтобы ты оказался во мне, – тихо простонали Изабель, покачивая бедрами навстречу руке Эшби.

Он совершенно точно знал, чего она хочет. Утолив одно желание, он столкнулся с другим, более настойчивым и требовательным. Изабель больше не была хозяйкой своего тела.

– Помнишь, каким твердым я был в беседке? – вымучен но выдохнул Эшби. – Так вот это ничто по сравнению с тем, как я хочу тебя сейчас. Я хочу погрузиться в тебя и доставлять тебе удовольствие медленно и продуманно, чтобы к тому моменту, как я закончу с тобой, из твоих стонов и криков получилась целая оперетта.

– К тому моменту, когда мы закончим с тобой, Парис Ланкастер, в тебе появится кое-что от Гектора.

–

Что? – не то застонал, не то засмеялся Эшби. – Я высуну язык? Или начну вилять хвостом? Поверь мне, дорогая, я уже на полпути к этому.

– Ты забываешь, дорогой, – шепнула Изабель на ухо Эшби Она пребывала в полузабытьи от разливающегося по телу жар кого желания. – Я знаю, чего ты хочешь больше всего. Мне известно твое заветное желание.

– Откуда ты можешь это знать? – Голос Эшби звучал хрипло и приглушенно. Он почти стонал, словно страдая от невыносимой боли.

Губы Изабель изогнулись в невероятно женственной улыбке.

– Тебе нужна ласка.

Эшби отстранился. Изабель попыталась разглядеть в темноте его черты, но увидела лишь два сверкающих брильянта – его глаза.

– Куда ты? – обеспокоено спросила она, пытаясь притянуть Эшби к себе.

– Исполнить, твое сокровенное желание.

Изабель понятия не имела, что он собирается сделать, и готова была умереть от разочарования. В кромешной тьме комнаты она могла лишь ощущать. Эшби развел ее колени в стороны и уложил на стол.

– Парис, что... что ты?..

Он раздвинул влажные складки и коснулся лона Изабель языком.

– Парис!

Голос Изабель прозвучал в тишине невероятно звонко. А бархатный язык Эшби продолжал творить чудеса, погружая Изабель в пучину такого греховного, но такого неземного блаженства.

Предметы, полетели со стола на ковер, когда Изабель принялась биться в конвульсиях и хныкать, моля об освобождении. Но Эшби не так-то просто было сбить с толку. Он продолжал ласкать Изабель, доводя до исступления. Биение сердца гулким эхом отдавалось в ушах Изабель, руки и ноги дрожали помимо ее воли, а бедра раскачивались навстречу терзающим ее плоть губам Эшби.

– О Господи... Господи... Парис!

Внезапно плотина прорвалась, излившись медовой влагой.

Изабель показалось, что она тает!

Сильные руки подхватили ее безвольно обмякшее тело и прижали к мускулистой груди. Изабель обняла Эшби за талию и уткнулась лицом в его шею, ощущая, как блаженство оседает подобно звездной пыли в ее удовлетворенном сознании. Изабель чувствовала себя невероятно подавленной – она не ожидала от себя подобного распутства. Какое счастье, что комната погружена во мрак! В пятнадцать лет она налетела на Эшби с поцелуями, а сегодня едва не растворилась в ласках, даримых его губами, – шокирующее, скандальное поведение!

– Ты была восхитительна в своей страсти, – произнес Эшби. – Сладкая, словно нектар.

– У тебя так быстро бьется сердце.

– Ты сводишь меня с ума, любимая. Если ты не сжалишься надо мной, меня ждет сердечный приступ или потеря рассудка – я еще не понял, что именно. Но в любом случае вина будет лежать на тебе, поэтому я надеюсь, ты будешь часто навещать меня.

– Бедный. – Изабель засмеялась. Она провела пальцами по густым, шелковистым волосам Эшби и притянула его голову к себе для поцелуя. – Ты мое заветное желание, Парис, – призналась она, когда ее губы коснулись губ графа.