Я Скелет? Да вы издеваетесь!

Сказ Алексей

Эта битва будет легендарной… И быстрой.

Глава 10

Воздух наполнился треском горящей древесины и едким дымом. Моя импровизированная армия, охваченная пламенем, с грохотом и криками ворвалась в узкий проход пещеры. Это было зрелище, достойное пера какого-нибудь безумного художника из тех самых, что, как мне казалось, существовали в мире моих позабытых воспоминаний. Скелеты с горящими ветками, торчащими из их костей, несли перед собой пылающее дерево, словно древний таран, выкованный из кошмаров.

Гоблины, засевшие в проходе, были застигнуты врасплох.

Их гортанные крики сменились визгом ужаса и замешательством. Они едва успевали отпрыгивать в стороны, избегая прямого контакта с горящим деревом, которое мои скелеты, ведомые моей волей, толкали вперед с неумолимой силой. Некоторые из зеленых тварей, слишком медлительные или оцепеневшие от шока, были просто сметены в стороны, их хрупкие тела с хрустом ударялись о стены пещеры. Дым, густой и едкий, мгновенно заполнил узкий проход, превращая его в огненную трубу.

Мы протолкнулись внутрь почти без сопротивления. Гоблины, дезориентированные и испуганные, рассыпались в стороны, их строй был полностью нарушен. Как только мы оказались внутри, я отдал следующую команду:

«Отряд „Пауки“, вырвать палки из своих тел!»

Скелеты остановились. Их огненные силуэты мерцали в полумраке пещеры. С синхронным, механическим движением они начали выдергивать горящие ветки из своих костяных грудных клеток, из пустот таза, из-под ребер. Пламя лизало кости, но они не чувствовали боли, не обращали внимания на обугливающуюся древесину. Вырванные ветки, всё ещё горящие, превратились в импровизированное оружие.

Гоблины, которые всё ещё были поблизости, застыли. Шок на их сморщенных лицах был почти комичен. Некоторые из них, вдохнув слишком много едкого дыма, закашлялись, их тела затряслись, и они свалились на землю, без движения. Другие, получившие ожоги от проносившихся мимо горящих скелетов, хватались за кожу, на которой быстро вздувались отвратительные зеленовато-красные пузыри. Это было жестоко, но эффективно. Моё бесстрастное наблюдение отметило: огонь действует на них очень эффективно.

Большинство гоблинов, придя в себя от первого шока, ринулись прочь, углубляясь в пещеру. Но не у всех из них была такая возможность. Часть гоблинов разделили мои скелеты, не оставив шансов кроме как бежать наружу, в подземный лес. А там, под открытым (ну, насколько это возможно в пещерах) потолком, им просто негде было спрятаться. Так как догонять первых уже не было смысла, я отправил моих скелетов за ними.

Битва на выходе была короткой и жестокой. Гоблины, лишенные укрытий и численного превосходства, были легкой мишенью. Их юркость не спасала их от размашистых ударов мечей и колющих выпадов копий. Горящие палки добавляли хаоса и страха. Зеленые тела падали одно за другим. Уйти удалось только тем, кто смог убежать еще глубже в запутанные тоннели пещер, где мои скелеты не могли их преследовать столь же эффективно. Остальные были зарублены.

Победа. Еще одно сражение с гоблинами завершилось полным разгромом. В этот раз, признаюсь, даже успешнее, чем на арене. Идея с огнём оказалась даже слишком эффективной.

Мне тоже удалось урвать на свой счёт несколько гоблинов. Всего пятеро, за двоих по три единицы опыта и за троих ещё по две единицы опыта. Уровень я не поднял, он всё ещё остался четвёртым, но до путь до пятого всё сокращается.

[Текущий уровень: 4 (15/21 ОС)]

Среди последствий боя, я вдруг

вспомнил про своего пленника. Гоблин на моей спине. Он уже какое-то время, кажется, совсем не шевелился. И не кричал. А ведь как до этого вопил-то! Как будто его самого поджигают и рубят.

Я осторожно отвязал его. Маленькое зеленое тельце обмякло в моих руках. Он снова был бледен и выглядел совсем плохо. Видимо, надышался дымом или просто пережил слишком сильный шок. Я достал бутылек с лечебным зельем. Оставалось его ещё очень много, но для такого мелкого и живучего создания, уверен, хватит лишь нескольких капель. Я снова стал удобрять его макушку. Хотя, может быть, эффективнее было бы использовать его рот… Но это сделать немного сложнее, тем более что всё равно работает.

Его кожа стала понемногу зеленеть, тело перестало быть таким вялым. Он слабо пошевелился. Я капнул еще немного. Он открыл свои маленькие черные глазки. Они были испуганными и растерянными. Он слабо застонал.

В этот момент его взгляд упал на лежащие вокруг тела его соплеменников. Сгоревшие, изрубленные, растоптанные. Его глаза расширились в ужасе, он издал слабый писклявый звук, и… почему-то снова отключился. Он просто заснул. Или потерял сознание от увиденного.

Что ж, по крайней мере, он очнулся. Значит, жив. Думаю, этого на данный момент достаточно. Я снова привязал его к своей спине. Он всё ещё может пригодиться. Его знание пещер, например.

Пока мои скелеты добивали последних раненых гоблинов и собирали скудный лут, я занялся следующим этапом. Последствия боя. План действий.

Мы не убили всех гоблинов. Часть из них сбежала, углубившись в пещеры. Я прекрасно понимал, что они могут вернуться. Пока мой отряд будет искать пауков где-то там, в глубине, гоблины могут легко устроить новую засаду в этом же месте, у входа. И тогда, без горящих веток и эффекта неожиданности, отбиться так же легко вряд ли получится. Это опасно.

Оставить пару-тройку скелетов на стрёме не имело смысла. Гоблинов всегда больше. Они хитрые. Они просто обойдут или задавят числом небольшой отряд. Нужен был другой подход. Что-то, что отбило бы у них желание вообще возвращаться сюда.

Я огляделся. Стены пещеры, покрытые сыростью и мхом. И тела гоблинов. Кровь.

В голове возникла идея. Послание. Я не знал, как объяснить всё словами, даже если бы гоблины могли меня понять. Но я мог попробовать… нарисовать. И чтобы всё выглядело серьезнее, я использую их собственную кровь.

Я выбрал плоский участок стены недалеко от входа. Скелеты, закончив другие мои дела, стояли рядом, ожидая новых команд. Я подошел к одному из убитых гоблинов. Присев на корточки (или как это называется, когда у тебя нет коленных чашечек?), я обмакнул костлявый палец в лужу ярко-алой, ещё не успевшей свернуться крови.

И начал рисовать.

Это было неуклюже. Мои костяные пальцы не привыкли к такому тонкому делу. Кровь стекала, размазывалась. Но я старался. Большие, яркие алые силуэты. Это мы. Скелеты. Я нарисовал их насколько смог грозными, со злыми мордами (ну, пустые глазницы и оскал). А рядом, маленькие, тусклые фигурки. Это гоблины. Я рисовал их бледными, почти бесцветными, чтобы подчеркнуть их ничтожность по сравнению с нами. И рубил их. Большие алые скелеты рубили маленьких тусклых человечков на части. Отрубленные конечности, головы, летящие в стороны.