Я не Поттер!

Броницкая Марина

Оглянувшись на трибуны, я нашел взглядом отца и дядю Люциуса, чинно похлопывающих в ладоши — они были довольны и явно догадывались, что к чему. Пока я думал, не «поймать» ли Слизерину еще и снитч, с моей метлой что-то произошло. Еще минуту назад послушная мне и моим желаниям, она просто взбесилась! Её покачивание из стороны в сторону могло дорого мне обойтись — расстояние до земли было огромным. Люди отсюда казались игрушечными и походили на маленьких куколок. Еще секунда и Нимбус сам принялся лететь, не слушаясь хозяина, но лететь красиво и плавно, будто с достоинством! Я взмывал все выше и выше, а перелетев сквозь скопление

облаков, увидел снитч, замерший в воздухе. Меня словно кто-то тянул к нему, лишив возможности даже увернуться! Лови или погибни, одним словом. Врезаться на такой скорости пусть и в неподвижный мяч — смертельно опасно. Я заскрежетал зубами от злости.

— Гарри, лови его, лови! — за мной поднялся Фред и кричал что есть силы.

Мне ничего не оставалось, как заорать в ответ, перекрикивая завывание ветра:

— Я стараюсь!

Но от моих стараний ничего не зависело — я летел к снитчу! В тот момент, когда должно было произойти неизбежное столкновение, то есть захват крылатого мяча хоть туловищем, хоть ртом, хоть еще какой частью тела, мою метлу кто-то потянул в другую сторону. Я почувствовал чью-то руку, клянусь Мерлином, настоящую руку! Снитч зашевелился и шарахнулся от меня, а метла прошла всего в нескольких дюймах от него, и хоть я мог дотянуться, делать этого не стал. Только позже, снизившись с виноватой физиономией к остальным, осознал, какую совершил ошибку. Вот теперь кто-то точно поймет, что даже одиннадцатилетние мальчики могут мыслить и выбирать чью-то сторону…

Жадно вглядываясь в лица на стадионе, я силился понять, кто заколдовал снитч и метлу, а кто их расколдовал. И если второе узнать просто, скорее всего, так необдуманно поступил отец, то узнать первое будет намного сложнее, но что важно — нужнее.

Вскоре снитч поймал ловец Слизерина и рефери — мадам Трюк — махнула рукой, останавливая игру. Стадион загудел, и одновременно с нарастанием этого гула я терял жалкие остатки доверия своих однокурсников. Оливер шел к выходу, волоча за собой метлу, за ним не более радостно ковыляли остальные игроки, а Кэтти плакала. Выбежавшие на поле девчонки показывали мне языки и отворачивались, Лаванда и Парвати так вообще сделали вид, что меня нет.

— Он не поймал снитч! — сказала Браун, стоя в полуметре от меня.

— Кто?

— Да жердь эта со шрамом! Дружок змеиный!

— Ааа… — понимающе протянула её подружка и они, взявшись за руки, ушли с поля.

Я только ухмыльнулся им в след — стоит мне немного подрасти, и вы по–другому заговорите! Еще ко мне хотел подойти здоровяк Дерек и «поблагодарить» за такую отвратительную игру всю команду в моем лице, но Пьюси дружелюбно стукнул его открытой ладонью по лбу, торжествующе засмеялся и что-то прошептал на ухо. Вратарь подходить передумал и отвернулся. Отвернулись от меня почти все, исключая отца, слизеринцев и Гермиону, тщательно соблюдавшую неписанный кодекс «спасенных и спасителей».

Уже в коридоре меня нагнал дядя Люциус. Решительное постукивание трости, довольный вид её обладателя, такие знакомые белые волосы и легкая полуулыбка на тонких изогнутых губах — все это вселило в меня уверенность в завтрашнем дне. Ну возненавидят грифиндорцы Гарри Снейпа, ну и что? У них вообще границы между любовью и ненавистью какие-то ненадежные! Чего только мамина смерть стоит!

— Твой отец разрешает тебе провести остаток дня у нас… — он смахнул с черного, расшитого

золотом рукава несуществующую пыль, точно смущался своего приглашения. — Разумеется, если исчезновение ловца сразу после игры не разозлит твоих так малоуважаемых мною однокурсников! — и саркастически хмыкнул.

Меня приглашали в Малфой–мэнор безо всякой причины, и это грело мое промерзшее до костей тело.

— Пусть злит!

— Молодец! — подтвердил мои мысли мистер Малфой и мы пошли с ним вместе, рука об руку. Две темные фигуры в длинном коридоре. Одна высокая, красивая, грозная, а другая еще маленькая, некрасивая, но, Мерлин меня побери, тоже сильная!

И в ту же секунду сердце знакомо ёкнуло, я резко остановился и обернулся. Мне в спину, как уже однажды было, пристально смотрела Минерва МакГонагалл. Оглянулся и лорд Малфой, недовольно цокнув языком.

— Она опасна… — сказал он, обращаясь не ко мне, а в пространство.

Я с тревогой заглянул ему в лицо.

— Очень?

— Да нет, ты что! — дядя Люциус встрепенулся, отряхиваясь от наваждения. — Не опаснее нас! — и мы продолжили путь.

Сегодня Гриффиндор проиграл, а я победил. Вкус такой победы напомнил мне спелую ягоду земляники — не сладкую, а с горчинкой, но такую приятную, что хотелось пробовать её вновь и вновь…

Глава 8

Замок и всю округу занесло толстым слоем снега, он приятно скрипел под ногами учащихся — белый и пушистый. Я согрел себе место на ступеньке и присел, уткнувшись в книгу по чарам, лишь украдкой кидая взгляды на разошедшегося Рона. Тот пытался забить снежками неповоротливого Гойла, увернуться от ответных, посылаемых в него хохочущем Крэббом, и показать Малфою, степенно стоящему возле меня, что он то здесь самый ловкий, только он…

— Ап–чх–и! — в десятый раз чихнул Драко и поплотнее закутался в черную соболевую накидку, из которой и так выглядывал лишь его бледный нос. Ему явно надоело изображать из себя чопорную английскую статую королевской крови, но лепить снежки — недостойное его персоны занятие, и приятель продолжал составлять мне компанию, с грустью завидуя остальным.

— Тебе же скучно со мной, иди к ним… — посоветовал я Драко от всего сердца. Мне не хотелось возиться в снегу, я и так хорошо проводил время, а вот он разрывался на части между радостью и неуместной гордостью.

— Ага… — неосторожно согласился он и немного ссутулился. — То есть нет, не скучно! — взвизгнул приятель несколько громче, чему позволяли приличия. — Малфои не скучают! — и вздернул подбородок, доказывая мне несостоятельность такой догадки.

Позади кто-то возмущенно фыркнул и я обернулся. Ну а Драко отреагировал намного эмоциональнее — замахал обеими руками так, словно черта прочь гнал.

— Иди отсюда, грязнокровка, тебе здесь места нет! Давай, иди–иди. Один шаг, потом другой! Может, и научишься ходить там, где тебе можно ходить… а тут приличные люди собрались!

Грейнджер что есть силы старалась не обращать внимания на оскорбления и даже сжала кулачки.

— Я не к тебе, грубиян! Мы с Гарри должны выучить парное заклинание на завтрашний урок!

— Он со мной выучит, ты отдохни лучше, заучка! Завтра всего один урок! — не унимался Драко, морща нос в присутствии Грейнджер точно так же, как и дядя Люциус в присутствии кого-то, кто гораздо ниже его по социальному статусу.