Я — Легион
Шрифт:
Ради того, чтобы докопаться до правды, Тугай даже лично приехал в Москву, где бросился нанимать лучших филёров и тратить десятки тысяч долларов только для того чтобы найти хотя бы следы, ведущие к заказчикам этого похищения.
Однако Арслану рвение отца совсем не нравилось… ведь в том лесу, прям на его глазах, похититель застрелил себя просто в качестве предупреждения! Ну что можно такому противопоставить? Все Сафаровы давно привыкли мыслить своими категориями, и мало кто из семьи соглашался признавать, что не деньги являются мерилом всего, а человеческая
Минуя широкую галерею с панорамными окнами, что сейчас демонстрировали вид угрюмой московской сырой зимы, которую немудрено было и перепутать со слякотной поздней осенью, Арслан вошел в большую комнату с камином, где его ожидал отец и какой-то незнакомый мужчина. Было подозрение, что парень уже с ним говорил раньше, но не был в этом до конца уверен. За последний месяц ему приходилось слишком часто пересказывать свою историю разным нанятым отцом незнакомцам, так что запомнить всех Сафаров-младший попросту не мог, да и не пытался.
— Проходи, Арслан. — Отец приглашающе указал на свободное кресло, говоря своим неизменным сухим тоном, который всегда использовал в присутствии посторонних. — Это Илья, он задаст тебе несколько вопросов, а ты постарайся наиболее полно на них ответить.
Сын послушно присел на указанное место и просто кивнул мужчине в знак приветствия.
— Ты точно помнишь лица своих похитителей? — Голос незнакомца был слегка грубоватый, и звучал как-то рублено, словно привык больше общаться короткими командами, а не словами.
— Да.
— Покажи, кого из них ты узнаешь.
На кофейный столик перед Сафаровыми начали ложиться различные фотографии, на которых, судя по застывшим гримасам и обескровленным бледным губам, были запечатлены лица покойников. Изображений было много, и они заняли почти все пространство на стеклянной столешнице.
— Вот этот, — парень уверенно ткнул пальцем в одно из фото, — застрелил себя в лесу. А вот этот и этот, — его рука переместилась на другую сторону стола, — были с ним рядом.
— Ты в этом точно уверен?
Сафаров-младший поднял глаза на незнакомца и твердо ответил, чеканя каждый слог:
— Я уверен!
То что произошло дальше удивило одновременно и отца, и сына. Мужчина вдруг одним движением сгреб со столика все фотографии и куда-то заторопился.
— В таком случае, прошу прощения. Я бессилен вам помочь.
Тугай первые несколько секунд тоже пребывал в недоумении, но потом все же окликнул гостя настолько властным голосом, что тот против своей воли замер, перестав пытаться распихать фотографии по карманам.
— Остановись, Илья, присядь. — Ищейка
— Нужны. — Односложно ответил тот, не делая никаких попыток объясниться, так что после каждой его фразы приходилось задавать новые наводящие вопросы. Какой-то он совсем неразговорчивый…
— Тогда к чему этот поспешный уход? Ты таким образом хочешь повысить цену своих услуг? Разве я не предложил тебе достаточно высокий гонорар?
Когда дело касалось денег, отец всегда говорил максимально прямолинейно и открыто, и по какой-то причине Арслан всегда в такие моменты ощущал себя не в своей тарелке, словно стал свидетелем чего-то постыдного.
— Нет, — ответил филёр, совершенно не изменившись в лице, — я таким образом хочу уйти.
— Но почему? — Тугай нахмурился и сложил руки на груди, действительно не понимая причин и мотивов, которыми руководствовался его собеседник.
— Не хочу в это ввязываться. — Ответ был такой же короткий и лаконичный, как и все остальные реплики незнакомца. Слова из него приходилось тащить чуть ли не клещами, однако Сафаров-старший не достиг бы своего нынешнего положения, если б не был хорошим дипломатом, так что его вовсе не раздражала эта черта в собеседнике. Ну или он это просто мог превосходно скрывать, сохраняя свою невозмутимость.
— Объясни, Илья, я не совсем тебя понимаю.
— Как вы думаете, сколько я времени в частном сыске?
Это был странный вопрос. Тугаю, в принципе, было плевать, сколько парень этим занимается, главным было то, что он единственный, кто сумел выдать точный результат, отыскав всех троих похитителей, хоть и уже мертвых.
Пожав плечами, азербайджанец показал, что не имеет ни малейшего понятия, ровно как и желания угадывать.
— Месяц. Я занимаюсь этим всего месяц.
— В таком случае, вы достаточно неплохо начали, Илья.
— Спасибо. — Парень скривился от похвалы, будто у него заныли зубы. — Но я бы предпочел, чтобы этого не случалось вообще.
В ответ на вежливый вопрос во взгляде здешнего хозяина, незнакомец пояснил:
— Мой бизнес рухнул из-за того человека, который как-то связан со всеми этими людьми. И я боюсь с ним пересекаться вновь.
— Что ж, Илья, это весьма честный ответ. Нелегко мужчине признаться в том, что он чего-то или кого-то боится. Но скажи мне, этот человек настолько страшен?
— Я… я не знаю. И не хочу узнавать.
— Понятно… — Тугай ненадолго задумался, водя пальцем по подлокотнику кресла, а потом сделал ход конем: — скажи, а если я у тебя просто куплю те сведения, что у тебя есть? Цена останется та же, но работы для тебя будет существенно меньше. Все остальные обязательства на себя возьмут другие люди. Что скажешь?
— Это… приемлемо.
— Прекрасно. Тогда я тебя слушаю.
Сафаров уставился на парня, давая всем своим видом понять, что он не выложит ни единого цента, пока не получит всю информацию целиком. И незнакомец этот взгляд понял правильно.