Я – джедай!
Шрифт:
Только не для пилотов истребителей.
Для начала я вонзил два выстрела из бластера в горло первой твари. Ее плоть вскипела и чешуйки начали плавиться и капать на землю. Затем я вспорол ей туловище у основания хвоста и нацелил бластер на то немногое, что от твари осталось. Грянул залп. Летающий двухголовый ужас удивленно изогнул голову, глядя на дыру у себя на груди, и сложил крылья. Тварь камнем понеслась к земле, словно дроид, сброшенный с истребителя. Ее полет длился недолго, и вскоре она напоролась на ветки массивного дерева массасси.
Со второй тварью я разобрался намного быстрее, чем
Для оставшихся двух монстров я решил использовать ионное орудие. Первый же выстрел попал в крестец третьей твари. Голубой ионный заряд взорвался тысячами тонких ярких лучиков. Этот удар прожег все нервы твари, вызвав спазм задней части. Ее хвост загнулся назад так сильно, что шип вонзился ей в спину. Обе головы твари обернулись и стали откусывать хвост, вырывая из него зубами огромные куски, но было поздно. Крылья сложились, и тварь врезалась в северную стену пирамиды.
Последняя тварь оказалась куда проворнее своих сестричек. Освободившись от сдерживавшего ее влияния Куна, она носилась по небу зигзагами, затем устремилась на «охотник за головами». Я поднял нос вверх и включил экран. Как раз вовремя, чтобы отразить атаку. Передний щит остановил тварь, не дав ей долететь до корабля, но она успела зацепиться когтистой лапой за нос корабля. Искры озарили кокпит, и передний экран сдох. От короткого замыкания отказала ионная пушка. Тем временем тварь вцепилась в нос «охотника за головами» второй лапой. Дюрастил жалобно пискнул, когда в него вонзились когти монстра. Зверь прижался к фюзеляжу, заключая «охотник за головами» в смертельные объятия своих крыльев, и нацелил взор обеих голов на кокпит, точнее на меня, сидящего под прозрачным фонарем.
Бластерами тварь достать было невозможно, а ионное орудие не работало. Я мог бы поставить истребитель на автопилот, открыть фонарь кабины и порубить тварь на куски своим лазерным мечом, если только я не оставил бы его у себя в комнате. Когда одна зубастая голова отскочила от траспаристали, из которой был сделан фонарь кабины, я понял, что тварь своего добьется и вскроет колпак, вопрос был лишь во времени.
– Отлично, – усмехнулся я. – Хочешь поиграть? Давай поиграем.
Я задрал нос истребителя, я дал полный вперед. На предельной скорости понадобились считанные секунды, чтобы достичь верхних слоев атмосферы. Давлением тварь была прижата к корпусу истребителя и распласталась на нем, словно простыня. От трения дюрастиловый корпус раскалился, поджарив некоторые участки крыльев монстра. Когда тот попытался убрать крылья с горячей поверхности и свернуть их, у него ничего не вышло – напором воздушного потока их снова прижало к горячему металлу.
Вне атмосферы у твари появилась еще одна проблема. Космический вакуум мгновенно охладил корпус, высосав из него все тепло. То же самое он сделал и с тварью, оставив злобное напуганное выражение на обеих его мордах навечно. Когда тварь остыла, я сбросил скорость, и «охотник за головами» лег в дрейф, а его носовое украшение быстро превратилось в
Наконец, когда мне показалось, что я достаточно заморозил тварь, я круто повернул вправо. В то время как меня и «охотника за головами» от последствий такого головокружительного маневра защитил инерционный компенсатор, твари повезло меньше: ее тело сломалось у лодыжек и, вращаясь, полетело к газовому гиганту. Я развернул истребитель и стал возвращаться к Храму.
Когда я поставил «охотника за головами» в ангар, меня уже ждал там Кам. Я открыл фонарь кабины и спрыгнул на пол. Кам следил за мной холодным взглядом.
– На магистра Скайуокера было совершено нападение, – сказал он, когда я склонился над носом истребителя. – Где вы были?
Я улыбнулся, затем протянул руку и выдернул из корпуса «охотника за головами» оставшийся там коготь.
– Тренировался в стрельбе по мишеням, – я швырнул ему коготь.
– Вам не следует делать это по собственной инициативе.
Я нахмурился:
– Это было единственное, что я мог сделать, Кам. Я все равно, не успел бы подняться достаточно быстро, чтобы помочь внутри, поэтому я разгромил подкрепление Куна.
– Ты не знаешь, что это Кун.
– Я знаю.
Кам покачал головой и указал большим пальцем в сторону зала собраний.
– Но мы только что это узнали от Люка.
– Люк проснулся?
– Нет, но его племянник с племянницей способны слышать его. Он сказал, что Экзар Кун стоял за всем этим, – лицо Кама помрачнело. – И если мы хотим вернуть Люка, нам необходимо победить Куна. Мы намерены немедленно собрать военный совет, чтобы обсудить наши дальнейшие планы.
– Военный совет – хорошо. Прямо сейчас – ничего хорошего, – я вздохнул. – Этим вечером Кун был повержен. И в ближайшее время он наверняка не вернется.
– Откуда ты это знаешь? – в голосе Кама слышались нотки подозрения на измену и удивления.
– Просто поверь мне, Кам. Я знаю это, – я протянул руку и положил ее ему на плечо, но он стряхнул ее. – Послушай, если бы я был на стороне Куна, я бы не стал жарить четырех его пташек, правда? У меня есть лазерный меч, значит, я мог бы изрубить мастера Скайуокера на тысячу кусков в любое из моих дежурств. Ты можешь доверять мне.
– Но у тебя есть секреты, – глаза Кама превратились в две узких щелочки. – И вы с мастером Скайуокером не спешите их открывать.
– Верно, но на это были свои причины. Сам мастер Скайуокер попросил меня молчать. Его сестра, несмотря на всю серьезность сложившихся обстоятельств, просила меня не нарушать конфиденциальность, – я взглянул прямо в глаза Каму, – У тебя свои причины быть здесь: ты хочешь укрепить свою личность, чтобы больше никогда не поддаться соблазну перехода на темную сторону. Я здесь по иной причине, но поверь мне, она не менее важна. Я хочу попасть под влияние Куна не больше твоего. Вместе мы можем с ним покончить, только каждому нужно играть свою роль в этом. Моя будет несколько отличаться от твоей.