Я – джедай!

Стэкпол Майкл А.

Пилотом «бритвы» оказался мон каламари по имени Терпфен, который, рыдая, сознался, что был агентом Империи, выдав имперским местоположение планеты Анот, куда были отправлены от беды подальше Зима и младший сын Органы Соло, Анакин. Каламари настоял на том, чтобы Лейя немедленно отправилась на Анот, но та ответила, что она не знает координат. Их знали только Зима, мастер Скайуокер и адмирал Акбар. Лейя Органа решила сейчас лететь на Мон Каламари, чтобы найти адмирала Акбара, а затем уже отправиться спасать своего младшего

сына.

В то время как остальные ученики присматривали за двойняшками и заботились о том, чтобы Терпфен отдохнул после долгого пути, я нагнал Лейю в Великом Храме.

– Сенатор Лейя Органа Соло, мне необходимо поговорить в вами.

– Давай, только быстро. Я улечу отсюда, как только соберу свои вещи.

Я нажал на кнопку вызова турболифта.

– Вам нельзя лететь с Терпфеном. Он – известный предатель.

Двери открылись, и Лейя первой зашла в лифт.

– Спасибо, думаю, я смогу с этим разобраться сама.

– Несмотря на те заверения посла Килгал в том, что мы сможем защитить ваших двойняшек, вам не стоит оставлять их здесь.

В ее карих глазах блеснула опасная искорка:

– Так что, прикажешь взять их с собой в истребитель с известным предателем и везти их с собой на планету, где имперские наемные убийцы наверняка будут пытаться добраться до них?

– Нет, но оставлять их здесь, где Повелитель Тьмы, которому уже четыре тысячи лет, превращает учеников в бездумных марионеток, тоже не лучший выбор, – я покачал головой. – Вы не знаете никого из нас. Как вы собираетесь доверить нам своих детей?

– Я не могу доверять вам всем, – она ткнула меня пальцем в грудь. – Я доверяю тебе.

– Что?

Выражение ее лица стало резче, когда двери лифта открылись и она направилась по коридору к себе в комнату.

– Когда мой муж улетал отсюда, он сказал, что я могу доверять тебе. Не так-то уж легко добиться доверия такого человека, как мой муж. Это заставило меня призадуматься, и тебе даже не представить, что может узнать Президент Новой Республики, когда ее распирает любопытство и есть доступ к галактической Сети. То, что мой брат пригласил тебя сюда, говорит о многом в твою пользу, но и остальные данные не порочат тебя. Мне кажется, что мои дети с Корраном Хорном будут в безопасности.

– Послушайте, раз уж вам известно, кто я такой, позвольте мне лететь с вами на Мон Каламари. Как я умею летать на истребителе, вы тоже знаете. Я пригожусь вам и на Аноте.

Она покачала головой.

– Ничего не выйдет. Именно потому, что я знаю, кто ты такой. И знаю, что если бы ты захотел стать моим личным шофером, то не стал бы искать со мной встречи наедине. Ты хочешь чего-то другого, и я готова спорить на что угодно, это «другое» требует, чтобы ты остался здесь. Итак, выкладывай, – и она начала сбрасывать вещи в свой ранец.

Я кивнул.

– Во-первых, я думаю, что все ученики, которые попали

под влияние Экзара Куна, так или иначе были связаны с темной стороной в прошлом. Стриен как-то задал мне вопрос, который я счел тогда незначительным, но это может быть ниточка, которая выведет меня на Экзара Куна. Не могу подтвердить этого в отношении Кипа или Ганториса, но мне кажется весьма логичным, что того, кто оступился раз, гораздо легче заставить свернуть на прежний путь.

Лейя на секунду замерла, задумавшись.

– Тогда Кам – следующая вероятная мишень Куна.

– И достаточно сложная, но вероятность этого остается, – я опустил взгляд. – Стриен остается источником опасности. Не могу пока говорить об остальных, но у Бракисса имперские корни, что делает его легкой добычей ситха.

– Верно. Что еще?

– У нас есть одна большая проблема с Экзаром Куном. Если мы изолируем всех, кто находится под подозрением, он может понять, что мы что-то затеваем.

– И он может использовать эту возрастающую паранойю как способ проникнуть в сознание тех, кто еще не испорчен, – Лейя закрыла ранец. – Так есть ли у нас решение проблемы, или начнем эвакуацию Йавина?

– Пока где-то рядом на непобедимом корабле летает Кип? Нет, спасибо. Мы – единственные, кто может стать у него на пути в случае его возвращения, а также последняя надежда на изгнание Экзара Куна с этого шарика.

– Эвакуация не годится. Проблема все еще остается, – она задержала взгляд на моем лице, по которому расползлась улыбка. – Я ненавижу, когда коррелиане так улыбаются. У Хэна такая ухмылка обычно означает, что он собирается проиграть «Сокол» в сабакк, вернув его Ландо.

– Нет, на этот раз должен проиграть Экзар Кун. В этой партии он сам себя переиграл, – моя улыбка стала еще шире. – Твой брат обнаружил у меня замечательную способность внушать свои мысли остальным. От того, насколько хорошо я знаю их, той степени близости, которую я чувствую с ними, зависит то, насколько глубоко мне удастся проникнуть в их сознание. Прошлой ночью, после того как мне удалось нейтрализовать Стриена, внушив ему мысль о том, что ему удалось все, что он планировал, ко мне заявился Экзар Кун. Он старался переманить меня на свою сторону, но я сопротивлялся. Он много знает обо мне и старался манипулировать мной.

Лейя слегка улыбнулась, и мне стало понятно, почему тысячи сердец бойцов Альянса были разбиты, когда она вышла замуж за Хэна Соло.

– И пока он манипулировал тобой, ты многое узнал о нем. Ты можешь выследить его, когда он активен?

– Думаю, да. Мне также кажется, что эти «проявления» отнимают у него много сил. Я думаю, он ляжет на дно, возможно, будет пытаться внедриться в сознание Стриена, чтобы узнать, что мы делаем.

Она кивнула:

– И ты можешь вклиниться в этот «сеанс связи», чтобы обмануть его?