Я – джедай!
Шрифт:
– Но он все равно по всем углам разбрасывает грязную одежду, а?
Я выразительно кашлянул.
– Может, продолжим этот увлекательный разговор попозже?
– Есть шансы, что мы отсюда пробьемся в космопорт? – спросила Миракс.
Элегос покачал головой:
– Вряд ли.
Миракс схватила карабин, который я положил на ее одр:
– Тогда давайте пробиваться к вершине башни. У них там посадочная площадка – меня привезли туда после того, как забрали со «Ската-пульсара». Угоним какой-нибудь флаер или челнок и помчимся в космопорт.
– Неплохой план, – согласился
– Тогда пошли, – кивнула на дверь Миракс.
– Ты заметил, что у них с Марой есть что-то общее? – тихо сказал мой учитель.
Я вздрогнул.
– Да, и коль скоро это так нам, пожалуй, проще будет, если они подольше не встретятся, договорились?
– Не спорю.
В дальнем конце коридора Оурил без устали поливал лестницу из лазера, украшая стены и пол затейливой графикой. Два штурмовика валялись на лестничной площадке, а остальные осторожно высовывались из-за угла, но тут же прятались, когда Оурил вновь открывал огонь. Я расширил зону контроля и «увидел», что в коридоре над нами стоит еще один отряд. И довольно большой.
Я усмехнулся.
– У меня тоже есть план. Миракс, дай-ка бластер, – я ткнул пальцем в потолок. – Элегос, подсадишь меня?
Люк протянул руку вперед:
– Позволь мне, – он сделал легкий жест, и я вознесся к потолку, словно на платформе.
Я активировал свой меч и вырезал круг в потолке. Люк забросил меня в дыру, и я обрушил голубые лучи на тесно сгрудившихся в конце коридора штурмовиков. Даже отраженные от доспехов выстрелы все равно достигали цели. Боевой отряд превратился в стадо обалдевших нерфов.
Следующим из дыры в полу выскочил Элегос и не медля стал расстреливать штурмовиков из своего бластера. Они не успевали прийти в себя – просто валились на пол и корчились, а каамаси всаживал в них все новые парализующие лучи. Это чем-то напоминало тир с неподвижными мишенями – штурмовики никак не могли очухаться от шока, а мы выкашивали их целыми рядами.
Оурил поднялся по ступеням, а Люк закинул Миракс и влетел сам уже проторенным путем. Она тут же, чмокнув меня в щеку, забрала у меня бластер, и принялась перезаряжать его, поймав брошенный Оурилом новый энергетический блок. Затем показала на лестницу в другом конце коридора:
– Там наверху еще один коридор. Он ведет в главное здание, и там наверху – посадочная площадка.
– Нам нужно быть осторожными. Со штурмовиками мы еще можем справиться при помощи Силы, а вот с дженсаарайи сражаться будет немного сложнее, — произнес Люк и шагнул вперед.
– Сложнее – это еще мягко сказано, – Миракс отбросила старый энергетический элемент. – Их лидер, эта женщина, которую они называют саараи-каар, почему-то решила, что пока она удерживает меня, ее народ в безопасности. Когда она кормила меня (кстати, я понимала, что спала очень долго между этими обедами), она разговаривала со мной. Она говорила о прошлом, настоящем и будущем. Она говорила, что Халкионы – ее рок и судьба, но в детали не вдавалась. Мне она казалась довольно странной, хотя не думаю, что она сумасшедшая.
– Она и сама понимает это не лучше тебя. Или Кейран-Коррана, когда у него весь мир в голове перевернулся, стоило ему потерять
– Я и до сих пор не уверен, что во всем разобрался.
– Вот видишь. То же самое и с дженсаарайи, – нахмурился Люк. – Они проходят подготовку, как джедаи, но вся система извращена, добавились новые детали. Это не та особая культура обращения с Силой, что у датомирских ведьм, а нечто на мой взгляд вообще не имеющее аналогов, – он пожал плечами.
– Ты! – донесся раздраженный и кипящий от злости голос из громкоговорителей коммуникатора в углу коридора, но динамики были неспособны донести весь диапазон чувств, прозвучавший в одном-единственном слове. Я посмотрел налево и увидел голограмму Тавиры. Голографический адмирал был еще меньше, чем, жизни. – Это ты был джедаем на Коуркрусе!
Я поклонился:
– К вашим услугам. Разрешите представить Люка Скайуокера, мастера-джедая, и Миракс Террик, а также… – перебросив меч в левую руку, я правой указал на Люка и Миракс, – постой, мы же все равно к тебе летим. Скоро встретимся, я вас всех лично познакомлю.
– Как ты посмел!
– Так и посмел. С минуты на минуту здесь будет экспедиционный корпус Новой Республики, – я ткнул пальцем в небо. – Дни «Возмутительного» сочтены.
– Никогда!
Я расхохотался:
– Кстати, месяц еще не закончился, но ответ «нет».
– Арррффххх!!! Погоди, вот доберусь я до тебя…
– Во сне, дорогуша, – Миракс выстрелила по коммуникатору. – Сколько лет нет Империи, а она все пытается всех запугать этими дурацкими угрозами. «Когда я до тебя доберусь!» Девушка, пора подстраиваться под новые времена…
– Корран, я просто балдею от твоей Миракс, – признался с улыбкой Люк. – И ты прав: им с Марой не стоит встречаться.
Мы побежали в главное здание и начали подниматься по ступеням. Лестница вилась по стене круглого атриума здания и имела толстую балюстраду, которую мы использовали как укрытие. Как, впрочем, и те, кто пытался нас остановить. Синие и красные лучи бластеров свистели, шипели, рикошетом отлетали от белых мраморных ступеней и черных полированных плит, покрывавших стены. Лестница была пологой, сплошной и, казалось, бесконечной, но это не смогло нас остановить или хотя бы замедлить подъем. Противники с большим разочарованием обнаружили, что не могут организовать оборону открытых лестничных площадок, потому что таковых попросту не было, к тому же двое из нас были вооружены раритетными мечами, с легкостью отражавшими выстрелы из бластеров. Люк еще умудрялся и перенаправлять их пальбу обратно, заставляя врага метаться под перекрестным огнем Элегоса, Оурила и Миракс, прикрывавших нас с флангов.
Когда мы почти добрались до вершины, здание начало трястись.
– Челнок взлетел, – догадался я.
– Наверное, Тавира улепетывает, – нахмурился Элегос.
Мы с Оурилом переглянулись:
– Или так, или кто-то полетел к ней на «Возмутительный», – я расширил зону контроля на челнок, чтобы понять, там ли Тавира или все еще в башне над нами, но не смог этого выяснить. – Что-то блокирует.
– Меня тоже. Это дженсаарайи, – Люк кивнул.
– Скорее всего.