Я - Ангел

Притчина Светлана Михайловна

– Мама, ты на что намекаешь! – рассердилась Маша. – Не буду я с ним спать. Что он меня насиловать, что ли будет?

– Маша, а моя кукла говорящая! – прозвенел в дверях голосок Вальки.

– Да ну! – одновременно воскликнули Галина с Машей, тема разговора, которую они задели, была им обеим не по душе.

Валька нажала на грудь куклы, и кухня огласилась женским голосом:

– Я Маша, давай поиграем!

– Чего? – растерялась Маша.

– Куклу зовут Маша, как и тебя, - пояснила Валька.

–

Мда… даже куклу Маша зовут, - только и сказала на это мать.

– Мама! – вспыхнула Маша.

– Мамочка, а моя Машенька ещё ножками умеет ходить!
– восторженно крикнула Валька. – Вот смотрите!

Валька взяла куклу за руки и повела по полу. Ноги куклы, как у человека начали передвигаться, но мало того, во время каждого шага, она вертела головой вправо и влево.

– Ладно уж вам, будет, – Галина вытерла выступившие от смеха на глазах слёзы. – Подурились и хватит. Идите ко сну готовьтесь. Завтра много работы по дому. Павловы и Санины собираются приехать.

– Ирка приедет! Ура! – завопила не своим голосом Валька. – Я ей куклу Машу свою покажу. Вот она обзавидуется мне.

– Не кричи так, отца разбудишь! – рассердилась Галина. – Будешь так вести себя, Дед Мороз придёт ночью и заберёт твою куклу назад.

– Не заберёт, - уверенно заявила Валька. – Он добрый и хороший. Он всех детей любит. Я по телевизору видела передачу про него.

Сёстры пожелали матери спокойной ночи и отправились к себе. Комната была насквозь пропитана душистым запахом ели. Маша загадочно улыбнулась сестрёнке и выключила свет.

– Включи. Темно же, мне ёлочку нашу не видно, - расстроилась Валька.

– Але оп! Ёлочка, зажгись! – объявила Маша и вставила в розетку выключателя шнур от гирлянды.

Вмиг и ёлка осветилась весёлыми разноцветными огоньками. В комнате стало уютней, словно и вправду наступил настоящий Новый Год. Маша вспомнила Сергея и мысленно, по-доброму улыбнулась ему. Если не его подарки, то не было бы ни ёлки, ни куклы, которую не выпускала из рук её сестричка.

– Ой, Машенька, как красиво! – громко прошептала Валька.

– А то! – Маша счастливо заулыбалась. – Новый Год на носу! А сейчас давай спать. Иначе Дед Мороз точно рассердится и отберёт у тебя куклу и ёлку заодно прихватит с собой для тех детишек, которые послушнее, чем ты.

– Я никому свою Машеньку не отдам! – заявила Валька.

Девочка крепко, насколько хватило её детских сил, прижала к груди куклу и тихо добавила: - И даже Деду Морозу.

– Непоседа. Спи уж давай, - проворчала Маша.

– А почему ты не ложишься?

– Лягу, но для начала…

– Покурить сходишь? – поинтересовалась сестрёнка.

Маша прижала палец к губам. Вальке не нужно было ничего объяснять. Этот жест был знаком ей. Она солидарно улыбнулась Маше, отвернулась к стене и полусонным голосом пробормотала.

– Ты

только там недолго, хорошо.

Маша вышла в коридор, прислушалась. Из родительской комнаты доносился мощный храп отчима, ему вторил тонкий, едва слышимый присвист матери.

– Спят, - улыбнулась Маша.

На цыпочках прокралась к своему пальто, вытащила из кармана сигареты с запиской и прошла в ванную. Развернув скомканную записку с каракулями сестрёнки, непроизвольно ахнула.

– «Дедушка Мороз, подари мне куклу. У мамы с папой нет денег, а я хочу самую лучшую куклу на свете, чтобы она была говорящей и могла ножками ходить. Валя».

– Так невольно и в чудеса поверишь, - потрясённо прошептала Маша.

– А это чудо и есть, - послышался рядом голос Ангела.

Маша смутилась и поспешила выбросить дымящийся окурок в унитаз.

– Что, стыдно стало? – усмехнулась Хранительница.

Маша густо покраснела.

– Тогда в чём дело? Не кури больше.

– Вот только не надо мной насмехаться! Я сказала что брошу, значит брошу.

– И в какой Новый Год это произойдёт?

– В этот.

– Ты уверена?

– Не знаю, - честно призналась Маша, - но я постараюсь.

– Да уж, постарайся, и чем быстрее, тем лучше, - вздохнула Мария.

– Хочешь сказать, что я умру от рака? – испугалась Маша.

– Чем дольше будешь курить, тем сложней бросать, а это в итоге будет высасывать все твои жизненные силы.

– Значит, я не заболею, - обрадовалась Маша.
– И если ты говоришь о таких вещах, то закономерно, что курить я брошу… когда-нибудь…

– Ты ведёшь себя неправильно. Ты сама загоняешь себя в угол.

– Это ты о куреве?

– Это касается твоего отношения к подаркам. В частности о кукле и ёлке.

– Мне не нужно было их брать? – не на шутку встревожилась Маша.

– Вспомни, с каким душевным настроем ты их брала?

Маша ощутила глубоко внутри неприятный осадок, что будет обязана чем-то оплатить в ответ и виновато опустила глаза.

– Ты неверно мыслишь.

– А как же тогда мне думать-то? – растерялась Маша.

– Принимать подарки нужно с лёгкостью и благодарностью.

– Но я и так приняла их с благодарностью.

– Маша, ты меня совсем не слышишь.

– Я не понимаю, о чём ты говоришь. Неужели нельзя доступным языком объяснить.

– Ты до тех пор будешь зависима от людей, пока не научишься принимать подарки, как действительно подарки, а не…

– Если ты так говоришь, то значит, придёт такой момент, когда я смогу прийти к осознанию того, о чём ты сейчас говоришь.

– Что ты заладила одну и ту же пластинку. Если… если. Этого если может и не наступить, если будешь продолжать и дальше вести себя изо дня в день, так как сейчас, оставляя разрешения всех вопросов на будущее.