Я - Ангел
Шрифт:
– Ты сама должна справляться с жизненными уроками.
– Но если бы ты только знала, насколько мне трудно… - вздохнула Маша.
– Знаю.
– Знать мало. Только тогда ты сможешь понять мои метания, когда сама начнёшь проживать то, что проживаю я.
– И это я тоже знаю, - ответила Ангел.
Маша с некоторое время растерянно смотрела на своего Хранителя, затем с пониманием кисло улыбнулась.
– Ну да, конечно, как же я могла упустить, вы Ангелы наперёд знаете всё о своих подопечных, каждый
– Да, я знаю о тебе всё, каждый твой шаг, каждая мысль открыта для меня, но я не в силах направить твою жизнь в русло, в которое бы ты желала. Это должна сделать ты сама.
Маша покрутила в руках погасшую сигарету, затем с кислой улыбкой, выбросила её в унитаз.
– Скажи, мой Ангел, что такого особенного должно в скором времени произойти? Ну не случайно же ты стала являться ко мне?
– Этого я не могу тебе открыть.
– А если я желаю, к примеру, умереть?
– Неправда. Ты этого не желаешь. Ты мечтаешь стать писателем. Ты стремишься быть той, которая находится в глубине тебя. Я не права?
– Но это нереально.
– Ты знаешь, что это реально.
– Но у меня нет силы воли, и люди говорят, что я…
– Что тебе важней, мнение людей, или своё?
– Людей. Им видней со стороны, какая я.
– А если они ошибаются, и ты совсем другой человек. Ведь другой, так?
– Другой, - согласилась Маша, - но люди…
– Какой же ты ещё сырой материал, - огорчённо вздохнула Мария.
– Ты уже дважды говоришь мне о сыром материале, - проворчала Маша, - и не желаешь объяснить, что эта фраза означает.
– Я и пытаюсь это сделать, но ты не слышишь меня.
– Я что глухая что ли? Я слышу и вижу тебя очень даже хорошо. Просто ты загадками говоришь, а я люблю, когда говорят чётко и ясно.
– Куда ещё доступным языком, - усмехнулась Мария.
– Ответь, почему ты порвала рассказ, который написала в больнице? По-моему, он очень даже ничего получился.
– Есть люди, которым этот рассказ показался посредственностью.
– Но были и другие мнения. Почему именно Инна послужила для тебя авторитетом?
– Потому что… потому что, она… - Маша замялась.
Стало пусто на душе, словно кто высосал её изнутри без остатка, оставив пустую безжизненную оболочку. Это состояние Маша часто проживала, и была привыкшая к нему, но иногда задавалась вопросом, откуда в ней возникают состояния неверия, опустошения, полного упадка сил.
– Рассказывая о своих мечтах людям, далеко нелояльно настроенных к тебе, ты даёшь им возможность забирать твои мечты, опустошая тебя, как губку.
– Выходит, я не должна никому ничего рассказывать, а держать всё при себе?
– И, да и нет, - ответила Мария.
– Ты не ответила на мой вопрос, - обиделась Маша.
– Маша, взрослей быстрей. Быстрей становись на ноги, - посоветовала
– Советовать легко, а на деле всё гораздо сложней. Я просто хочу, чтобы меня ценили и любили, но никто не видит, какая я на самом деле, видят лишь плохое, как раз то, что я пытаюсь от всех скрыть.
– Ты сама притягиваешь всё плохое. Не старайся нравиться другим людям, не ищи любви извне, а открой её в себе.
– Хотела бы я понять твои слова, но не понимаю. Я устала от беседы с тобой. Устала. Мне нужно собраться с мыслями.
– Для этого ты сейчас пойдёшь к своей подруге Ольге. Я права?
– Ольга мой самый лучший друг! – с горячностью заявила Маша.
– Хотелось бы только, чтоб ты научилась, ценить такую дружбу.
– Я не собираюсь порывать с ней! – возмутилась Маша.
– Мне бы очень хотелось в это верить. – Хранительница вздохнула. – Маша, мне пора. Увидимся, когда подойдёт нужное время. Пока.
Маша равнодушно махнула растворившейся в воздухе Марии. С уходом Ангела, курить расхотелось. Она вышла из ванной, рассеянно повертела в руках пачку сигарет и вновь вспомнила того парня из больницы. Воспоминания вызвали неприятный осадок. Он был ей не симпатичен, но подарок выбрасывать не хотелось. Маша засунула пачку назад в карман пальто, чтобы перекурить у Ольги. Увидела на столе яблоко, сгребла его в подарок для Ольгиного сына и вышла на лестничную площадку.
Подруга была дома. На пороге Машу встретил Мишутка. Малыш заулыбался и потянулся к ней на руки. Маша достала из кармана яблоко и протянула ему. Он тут же спустился с рук и направился с яблоком на кухню.
– Чего это он? – удивилась Маша.
– А то! Он теперь нечета нам. Виталий приучил его, прежде чем, что-то из фруктов съесть, необходимо вымыть.
– Да ну! – ещё больше удивилась Маша.
– И если б только это, - продолжила подруга, - он теперь по утрам и вечерам зубы чистит. Дед просто диву даётся. Ну, говорит, мой внук, точно главой страны будет.
– А почему бы и нет.
– Маша весело рассмеялась. – Хорошее поколение растёт. Твой Миша ещё каким уважаемым человеком станет. Я это сердцем чувствую. А как он реагирует на твоего Виталия?
– Очень привязался к нему. Между ними мужская дружба и солидарность.
Маша скинула с себя верхнюю одежду и прошла на кухню. Миша протянул ей яблоко и, молча, указал на кран. Пока Маша мыла яблоко и протягивала его Мише, Ольга поставила чайник на плиту и достала из стенного шкафчика вазу с конфетами.
– А где твой отец? – спросила Маша.
– Вчера на Скорой увезли в больницу с очередной алкогольной горячкой.
Маша вспомнила своего отчима и расстроено вздохнула.
– Вот бы и моего отчима хватила эта алкогольная горячка. Как же он всех нас уже достал. Спасу нет.