Я - Ангел
Шрифт:
– Я здорова! – возмутилась Маша.
Галина скукожилась вдруг, на миг превратилась в брошенного и никому не нужного ребёнка, и растеряно продолжила.
– Машка, я чего-то не пойму. Почему ты нигде ужиться не можешь? И в школе тебя гнобили и в колледже. Отовсюду ты бежишь, как чумная. Я из шкуры наизнанку лезу, чтобы вас содержать и чтоб не хуже, чем у людей было и образование получили.
– Мамочка, прости меня.
– Э… э… - Галина раздосадовано махнула рукой. – Ей одно говоришь,
– Но, мама, я даю слово.
– Маш, весь фокус состоит в том, что дел я за твоими словами не вижу. Ты, как и отец твой, только якать и умеешь. А что за вашим «Я» стоит? Одни пустые обещания. Вместо того чтобы учёбой заниматься, она в курение ударилась. Стыдоба!
– Мама, даю слово, что брошу курить. Не буду!
– Грош цена твоим словам, Машка. Иль ты не моя дочь? Вижу далеко наперёд твою Романовскую натуру. Балаболка ты и пустомеля, как и твой отец, и видимо такой и останешься пожизненно.
– Нет! Нет! – крикнула в запале Маша.
Чтобы мама не говорила, чтобы другие не вбивали ей в голову, она не станет ни как её отец, ни как другие, к числу которых Машу часто причисляли. Она сильная, она справится… она…
– Хватит воду в ступе мешать, домой пошли. – Мать сердито указала Маше на Вальку.
– Заморозили совсем малую своими разборками. Ещё не хватало простудится, как и ты.
– Мама, ты только не волнуйся! - взволнованно затараторила Валька. – Если у Маши ничего не получится, то когда я вырасту, я вам всем помогу. Маша же сказала, что я директором буду.
– И эта туда же, - усмехнулась Галина.
Она вовремя подхватила распалившуюся не на шутку Вальку за шиворот, и избавила от падения на ледяную дорожку.
– Сказочницы и фантазёрки, пошлите домой, отец уже, небось, заждался.
– Он сегодня дома? – насторожилась Маша.
– Завтра выходит на очередную работу. Обещал завязать со спиртным.
– Мам, и ты поверила ему?
– А у меня выбора нет. Если хоть день другой продержится, и то праздник на душе. Он ведь, по сути, неплохой человек. Сама знаешь.
– Неплохой, когда не пьёт, - проворчала Маша.
Дома было спокойно. Маша это прочувствовала, как только переступила порог. Значит, отчим был трезвым. Это послужило праздником для всех, особенно для Вальки. С дикими радостными воплями, разбрасывая по полу верхнюю одежду, девочка устремилась на кухню.
– Папа, папочка, а Машу выписали из больницы! Сказали, что она здоровая, но нужно её психологу показать, что-то с психикой у неё не в порядке. Но мама с Машей решили, что всё в порядке, это они врачи ошибаются, а не мы. Наша Маша здоровая, как конь, только большая фантазёрка и выдумщица, как мама сказала. Вот.
Валька выпалила
– Вот ведь, помело чистое, язык без костей, ничего сокрыть не может, всё как есть доносит, - проворчала Галина.
– Не ругай её, - вступился отец. – Она у нас ещё, каких вершин достигнет. Как отметки, первоклашка ты наша?
– Папа, у нас ещё не ставят отметок, но Раиса Петровна хвалит меня. Говорит, что я умная, но не усидчивая.
– Так учись быть усидчивей, - пожурил младшую отец.
– Галь, а как там с Машей? Выписали что ли её?
Галина с укором посмотрела на Машу.
– Напросилась домой, не желает в больнице лежать. В аптеку по дороге заходили, набрали всяких таблеток, дома будет долечиваться. Через неделю, если чувствовать себя будет хорошо, может и на работу выходить.
– Ну и отлично, - порадовался новости отец.
Он по-деловому, ну совсем, как настоящий профессор, нацепил на себя очки и вновь погрузился в чтение.
– Машенька, а у нас для тебя есть сюрприз!
– загадочно сообщила Валька.
– Сюрприз? И какой? – Маша недоумённо посмотрела на мать.
– Много красивых вещей для тебя!
– выпалила Валька, с нетерпением выписывая круги около матери.
– Мам, ну пошлите же уже поскорей вещи примерять, ну мам… мама…
Сердце Маши ухнуло в пятки, можно было и не продолжать, она догадалась, что это могли быть за вещи, очередные обноски, какие мать время от времени приносила домой для них с сестрой.
Они прошли в комнату. Галина указала на блузки, платья, лежащие на диване, и сообщила новость, от которой Маша чуть не провалилась сквозь пол от охватившего стыда и унижения.
– Вот. Панина поделилась вещами своей дочери. Им из Германии брат привёз много других вещей, ну они и решили избавиться от этих.
Маша проглотила ком в горле. Папина Рая, о которой сейчас говорила мать, училась с Машей в одном классе.
– Спасибо, - с трудом выдавила Маша.
– Что ж ты, уже заранее спасибами-то бросаешься, примерила бы для начала чего из вещей, - попросила Галина.
– Не хочу, - покачала головой Маша.
– Ну, надо же в чём-то ходить, не нагишом же, - продолжала настаивать мать, - вот начнёшь работать и покупай себе вещи, на какие глаз падёт. А сейчас изволь принимать то, что мать даёт. Сама понимаешь, не по средствам покупать многое из того, что сердобольные люди даром отдают. Ты для начала, чем нос воротить, примерила бы чего.
– Вон, смотри, какая красивая кофточка, - Галина выхватила из вороха вещей розовую шерстяную кофту, – примерила бы. Дорогая, наверное, вещь и модная.