Whore

Теллер Арина

– Повернитесь ко мне. – Командует мужчина, и мы покорно поворачиваемся. Рассоединяем наши руки и протягиваем левую вперёд. Мужчина же, подходит к алтарю на котором лежат цветы, стоят два золотых кубка и кинжал, и берёт в руки оружие.

– Ваша кровь свяжет вас до конца ваших жизней, и даст своеобразное обещание быть преданными своему клану и друг другу. Ничто не может разрушить союз. Лишь смерть. – Взяв меня за руку, глашатый проводит острым лезвием по поему безымянному пальцу. Алая кровь моментально просачивается наружу, стекая вниз. Противно. И больно. Сделав шаг, я подхожу к алтарю и подвожу руку к кубку Дэна. Глашатый надавливает на мой палец, причиняя лёгкую боль, позволяя крови стекать вниз. И падать в вино.

– Тарианна.

– Я клянусь служить клану верой

и правдой. Ценной собственной жизни защищать клан и своего лидера. Я добровольно отдаю свою жизнь и душу во власть лидера Северного клана. Я клянусь любить его до конца своей жизни. Быть верной и понимающей женой. Защищать своего наречённого. Беспрекословно слушаться его во всём. Отдать свою жизнь вместо него. И обеспечить продолжение королевского рода. Я пересекаю своё прошлое, смываю его вместе с кровью. Ad pietate, oboedientia et libertatem. Loialitatea familiei este legata de s^ange pentru totdeauna. Tradarea este moartea. * ^Imi tin juram^antul cu s^ange. *– говорю я, наблюдая за тем, как кровь стекают вниз по пальцу. Давление мужчины ослабевает, и он отпускает меня. Взяв в руки белый платочек, он аккуратно прикладывает его к порезу на моём пальце и приказывает ждать Дэна.

Кивнув, он уходит призывает к себе Дэна, а я стою на месте, опустив взгляд на собственные руки. Белоснежная ткань платка окрашивается в красный цвет, и это так завораживает. Голоса поющих, и музыка становятся ещё более напряжённой. И я с трудом удерживаю себя от того, что бы не начать дрожать. Многочисленные голоса доносятся до меня словно из-под толщи воды. Я словно не здесь. Словно в другой реальности. Услышав, как Дэна начинает произносить свою клятву, беру себя в руки.

– Я клянусь любить свою наречённую до конца своей жизни. Не предавать её. Не делить ложе ни с кем другим, кроме неё. Я обязуюсь отпустить своих нижних. Клянусь, защищать свою жену, и помогать ей во всём. Клянусь обеспечить её место рядом со мной. Посвятить в дела клана, и передать часть власти. Клянусь обеспечить продолжение королевского рода. И принять жертву своей наречённой.. Ad pietate, oboedientia et libertatem. Loialitatea familiei este legata de s^ange pentru totdeauna. Tradarea este moartea. ^Imi tin juram^antul cu s^ange. * – произносит Дэн, повторяя ритуал с кровью над кубком.

Отложив нож в сторону, глашатый отдаёт Дэну платок и, зайдя за алтарь, берёт в руки кубки.

– Властью данной мне, в присутствии свидетелей и семьи, я скрепляю ваш союз. Испейте из кубков, – говорит он. Он передает мне кубок с вином, которое смешанное с кровью Дэна. А ему тот кубок, где есть моя кровь. Вздохнув и задержав дыхание, я смотрю на красную жидкость, которой не так уж и много. Зажмуриваю глаза и залпом выпиваю содержимое. Я не успеваю толком почувствовать вкус, лишь ощущаю во рту отголоски чего-то кисло-сладко-горького. Поморщившись, отдаю кубок глашатому и поворачиваюсь лицом к Дэну, который с явным интересом наблюдал за мной. Напряжённость не уходит, не смотря на то, что музыка и пение меняются. Внезапно к нам подходит Амара, с серебряном подносом в руках. На подносе лежит красная подушка и два серебряных кольца.

– Обменяётесь кольцами и скрепите свой союз поцелуем.

Усмехнувшись так, словно с трудом сдерживая истерический смех, Дэн берёт в руки аккуратное серебряное колечко украшенное мелкими бриллиантами по бокам, и одним большим в центре, он берёт меня за левую руку и надевает обручальное кольцо на палец. Когда холодный метал касается моей кожи, я вздрагиваю, ощущая себя полностью сломленной и пойманной в ловушку дьявола.

Проделываю туже процедуру с кольцом Дэна, и поднимаю на него свой взгляд. Не могу. Я не смогу поцеловать его первая. Это… Это выше моих сил. Сейчас.

Вздохнув, Дэн подходит ко мне вплотную. Берёт моё лицо в свои руки, обдавая мои губы своим горячем дыханием, при этом не отрывая взгляда от моих глаз. Я вижу адскую бездну напротив, и понимаю, что она поглощает меня.

– У меня такое чувство, будто я стою на пороховой бочке, – шепчу я так, чтобы услышал только он.

– Так подорвём её, – отвечает Дэн, и накрывает своими губами мои. Я

вздрагиваю, закрываю глаза, но покорно обнимаю его, отвечая на поцелуй. Отдалённо до меня доносятся радостные крики, свисты, аплодисменты. Но мне всё равно. Я лишь чувствую, как сухие грубые губы Дэна сминают мои, целуя властно, глубоко и пылко. На мгновенье ощущаю некий толчок в груди, будто что-то внутри меня вновь возродилось. Но это ошибка. Иллюзия. Я знаю, что внутри меня пусто. Там больше ничего нет, кроме тьмы.

Отстранившись от Дэна, я открываю глаза и вижу что он улыбается. Но это не та улыбка, которую муж дарит жене. Нет. Это безумная дьявольская улыбка означает лишь то, что он стал на шаг ближе к своей цели. Что он доволен результатом. Я не спешу поворачиваться к гостям, нет. Я обнимаю Дэна, продолжая играть свою роль. Положив голову на его плечо, я смотрю на Амару и Руби, которые улыбались и хлопали. Однако стоило только Амаре поймать мой опустошённый, сломленный взгляд, в котором плещется океан насквозь пропитанный болью, она моментально напрягается. А я смотрю на девушку и шепчу одними губами «Помоги мне пережить этот день».

***

Остатки дня пролетают быстро. После церемонии, все отправились на банкет который так же проходил в саду. Я послушно держалась рядом с Дэном, не отходя от него ни на минуту. Почему? Потому что боялась. Слишком много демонов было вокруг. Я боялась сделать шаг одна, ибо практически каждое моё слово, или движение было под пристальным вниманием. Поэтому я просто намертво вцепилась в руку Дэна, не отпуская его ни на шаг. Думаю, он и сам прекрасно понимал, что не стоит оставлять меня одну. Ибо все члены команды были заняты разговорами с гостями из других кланов. Периодически к нам подходили люди и поздравляли, и я старалась отвечать им с радостной улыбкой. Я знала что большая часть гостей подставные, однако гости из других кланов и специально прибывшие послы, были не в курсе происходящего. Я знала, что среди этой толпы должны быть Ричард и его наречённая. Понимала, что встреча с ними неизбежна.

После того, как внимание в нашу сторону стало не таким пристальным, я смогла немного расслабиться. И даже подарила свой свадебный букет очаровательной малышке, лет шести, которая прибыла сюда со своими родителями. Я практически ничего не ела, лишь пила воду, закусывая её ягодами. В глотку ничего не лезло. Дэн ничего не говорил мне. Он лишь обнимал меня за талию, целовал в волосы, когда гости подходили к нам для разговора.

Постепенно вечер начал вступать в свои права. Сумерки укрывали небо своим мрачным одеялом, позволяя звёздам на небе начать просыпаться. В саду загорались огни, а гости продолжали веселиться. Лишь я чувствовала себя не в своей тарелке. Становилось прохладно, а шум и суета вокруг начинали докучать. Я хотела найти уединение и подумать обо всём. Хотела лечь, закрыть глаза и никогда больше не просыпаться. Вновь одна. Вновь сама по себе. Вновь в стенах приюта. Внутри так пусто и холодно, что мне начинает казаться, словно мои руки начинают покрываться корочкой льда, а сердце и вовсе замедлять свой ритм. Я давно отпустила Дэна для разговора с другими членами кланов, и стояла в стороне, наблюдая, как танцуют пары на площадке рядом с оркестром. Свой танец мы станцевали, и я более не видела причин находиться здесь. То и дело мимо меня слонялись официанты и прислуга. Никому не было до меня дела. И этот радовало. Даже предательство Амары не трогало меня. Она обещала быть рядом весь вечер, а на деле её нигде нет. И я понимаю её. Она не обязана возиться со мной.

Поёжившись от лёгкого порыва ветра, я верчу на пальце обручальное кольцо и вновь смотрю на толпу. Убедившись, что никому нет до меня дела, я обнимаю себя за плечи и направляюсь в противоположную от сада сторону. За несколько дней до свадьбы я успела осмотреть окрестность, поэтому сейчас, я чётко знала куда иду. Если пройти чуть дальше, то можно выйти к небольшой поляне, на которой рос старый одинокий тополь. На поляне не было ничего кроме зелёной травы, и низкого забора, открывающего вид на могучие заросли леса и горы в дали. Поскольку данный сад находился на холме, с данной высоты открывался незабываемый вид.