Whore

Теллер Арина

Шесть.

Чувствую дрожь в ногах. Не решаюсь идти, прекрасно зная что эта тропа ведёт прямиком в центр адского пламени. Что меня сожрут демоны. Сжимаю букет в руках сильнее положенного, кусаю губы и прикрываю глаза. Делаю глубокий вдох и выдох, приказывая страху заткнуться. Скрыться во тьме до определённого часа. Никто не торопит. Не возражает. Наверняка понимая, какого мне сейчас. Я слышу мелодичные звуки оркестра и тонкий женский голос, который поёт на незнакомом мне языке.

Пять.

Открываю глаза. Делаю новый глубокий вдох и делаю робкий шаг вперёд. Затем ещё. Ещё и ещё. Начинаю идти в ловушку. Чувствую, как с каждым новым шагом

что-то ломается внутри меня. Умирает. Безнадёжно. Безвозвратно. Один из жнецов достаёт из-под плаща белоснежный рог, украшенный камнями и металлическими узорами, снимает маску и дует в рог, оглашая округу громким низким сигналом. Я закрываю глаза от столь неприятного низкого звука, и быстро прохожу вперёд. Сигнал резко стихает, наступает тишина. Гробовая тишина. Не слышно даже колыхания листвы деревьев от ветра. Песни и музыка умолкли. А я продолжаю идти. Прекрасно зная, что Амара и Руби идут следом.

Четыре.

Прохожу последний поворот, отделяющий меня от сотни глаза. От сотни демонов, которые сейчас стоят и ждут меня. Которые хотят сожрать меня.

Три.

Останавливаюсь. Делаю глубокий вдох. И прощаюсь с последней ниточкой свободы.

Два.

Надо идти. Нельзя заставлять их ждать. Последний раз прикрыв глаза, я делаю новых вдох, стараясь запомнить момент мнимой свободы и сжимаю в руках букет.

Один.

Открыв глаза, делаю шаг вперёд, моментально попадая под сотни пристальных взглядов. В уши врезается мелодичная мелодия и звуки пения хора. Я опускаю взгляд и продолжаю идти прямиком в руки дьявола. Хочется реветь от отчаяния. Вот только слёз не осталось. Я ощущаю взгляды окружающих демонов на своей коже. И это не паранойя. Нет. Я чувствую, как многочисленные чёрные руки скользят по моей коже, раздирая плоть острыми ногтями, пуская алую кровь. Я слышу в голове многочисленные голоса, которые радостно вопят:

«Свежее мясо!»

«Новая игрушка для забавы!»

«Хочу сожрать её, испить кровь!»

«А так ли вкусна её плоть?»

«Убить. Поглотить. Сожрать. »

Сглатываю, позволяю губам расплыться в лёгкой улыбке, начиная играть свою роль. Я не прошла и половину дороги, но кажется, будто позади меня тянется шлейф из крови и остатков собственной души. Я поднимаю взгляд, и вижу Дэна и Райли, что стоят возле алтаря. В строгих костюмах. Вместо белых рубашек чёрные. Идеальные образы. Идеальные актёры. Согласно традициям, Дэн не смотрит на меня, а стоит опустив взгляд вниз. Я замечаю рядом с Дэном мужчину в длинной чёрной рясе расшитой золотыми узорами, и понимаю, что это тот самый мужчина, который был глашатым во время моей жатвы.

Придерживая подол платья, аккуратно поднимаюсь по ступенькам. Встаю напротив Дэна. Краем глаза замечаю жест глашатого, призывающий музыкантов прекратить играть, а многочисленную толпу гостей занять свои места. Дэн поднимает лицо, и наши взгляды встречаются. В его глазах горит огонь безумства и веселья, когда в моих же только фальшивое счастье и ничего более. Уверена, он видит ту пустоту, что пожирает меня изнутри. Но ему же плевать. Я знаю это.

Прикусив нижнюю губу, я отдаю букет Амаре, что встаёт позади меня вместе с Руби, и вновь смотрю на Дэна, опуская при этом руки вниз.

«Не смей выходить из образа» кричат его глаза, и я даю ему немой согласный ответ. Он видит меня насквозь, и, кажется не рад тому, что пустота внутри меня разрастается и поглощает меня с молниеносной скоростью.

– Уважаемые дамы и господа, мы собрались здесь, чтобы

скрепить две души наречённых. Дать их жизням новое совместное начало. Стать свидетелями древнего обряда, традиции которого священны для нас. Посвятить невинную душу Тарианны во мрак Дуйстрэна. Открыть для неё дорогу в нашу большую «семью». Присоединить её к Северному клану, привязать к Молоту узами крови. Скрепить их союз, дабы никто не усомнился в их связи. И чувствах. Loialitatea familiei curge mai ad^anc dec^at s^angele*. – Провозглашает мужчина.

– Loialitatea familiei este legata de s^ange pentru totdeauna. Tradarea este moartea*, – единогласно отзывается толпа, и я чувствую, как страх начинает пульсировать в груди. Они точно демоны. Я смотрю в глаза Дэна, но не вижу должной поддержки. Спокойно, нельзя поддаваться страху. Не сейчас. Ибо я до сих пор ощущаю на себе пристальные взгляды.

– Тарианна, готова ли ты связать свою жизнь с лидером северного клана, своим наречённым? Готова ли ты отдать своё тело и души во владения Молота? Готова ли ты служить ему верой и правдой? Готова быть преданной? Готова убить ради него? Умереть ради него? Пойти в пекло вместо него? Пожертвовать собой?

– Да. – Отвечаю я, и вздрагиваю, чувствую адскую боль в груди. Всё кончилось. Меня больше нет. Моей жизни больше нет. Я сама добровольно подписала контракт с дьяволом. И теперь, мне больше нечего скрывать. Я истощенна. Сломлена. Разбита. Уничтожена. Я лишь безликая тень, которая рассеется от яркого адского пламя Дэна. Словно почувствовав что-то неладно, Дэн берёт меня за руки и сжимает, как бы приказывая успокоиться и взять себя в руки. Но я не могу. Не могу успокоиться. Это намного сильнее меня. Страх. Ужас. Обречённость владеют мной. Они танцуют на моих костях взявшись за руки, и громко смеясь.

Пока глашатый спрашивает аналогичное у Дэна, я делаю глубокий вдох. Постоянно напоминая себе, что за мной следят люди Дариана. Что я не должна ударить в грязь лицом. Но терпение рано или поздно заканчивается, и я чувствую, что ещё несколько минут, и я сорвусь. Начну кричать, реветь, крушить всё, понимания что загнала себя в клетку к хищнику. Ответ Дэна заставляет меня вздрогнуть. Его голос словно гром средь белого дня. Тихий, низкий и серьёзный. Я вновь фальшиво улыбаюсь, и чувствую, как пальцы Дэна начинают поглаживать тыльную сторону моей ладони. Мы смотрим друг другу в глаза, создавая иллюзию влюблённых. А на деле… Он подавляет меня. Уничтожает. Показывает, что моё место подле его ног. Что я ничего не значу для него. В тёмно-зелёных глазах напротив я вижу языки адского пламени, которые пугают до чёртиков. Я не знаю о чём он думает. Что представляет. Но мне чертовски страшно.

Неожиданно, музыканты вновь начинают играть, а смешанный хор петь. Однако вместо спокойной музыки, я слышу тяжёлые, пугающие ноты и низкий голоса мужчин и женщин, которые начинают петь на незнакомом мне языке. И лишь от одной музыки, дикий ужас пронзает меня насквозь. Я опускаю взгляд вниз, и мне кажется, будто я стою в луже крови, держа за руки самого дьявола. А повсюду находятся демоны.

– Uniunea este indestructibila, ne ^impaturam cu s^ange. Ea va varsa flori sub altarul. Cei care au donat s^ange se vor ^imbina pentru totdeauna. Pentru binele poporului si al clanului*. – произносит мужчина, под гул оркестра и голосов. И это пугает ещё больше. С каждой минутой обстановка вокруг напрягается ещё больше. В воздухе пахнет не цветами, а кровью. Свадьба напоминает жертвоприношение. Моё.