Whore

Теллер Арина

Сейчас, стоя перед большим зеркалом, я осматриваю себя с ног до головы, но не могу почувствовать ничего, кроме воющего чувства тоски в груди. В отражении зеркала я вижу идеальную, прекрасную, покорную, безвольную, пустую, разбитую куклу.

С самого утра мне не давали покоя. Ни на секунду. Ни на минуту. Вокруг слоняются люди. И это раздражает. Радует, что первая часть нашего спектакля успешно завершилось. Фотосессия прошла весьма быстро и удачно. И как говорила Амара, мне действительно пришлось переодеваться. Чтобы отснять необходимые кадры потребовалось меньше часа. Что весьма поразило меня. Я улыбалась, делала всё, что говорит фотограф, старалась проводить, как можно больше времени с Дэном, чтобы не вызвать подозрений.

К слову о нём. Сегодня он отлично вжился в роль любящего парня. И не знай я его истинную демоническую сущность, поверила бы в то, что он обычный влюблённый парень. Его забавляло происходящее. Он умело играл на публику. Обнимал, целовал, держал за руку, говорил, что я очень красивая сегодня, а я успешно подыгрывала ему. Глупо улыбаясь и целуя его. А внутри… Внутри не было ничего. Словно Дэн до конца испил из меня, оставляя бесчувственную пустую оболочку. Которая будет делать всё, что нужно. Ничего. Лишь пустота. Этот день навсегда останется чёрным в календаре. Навсегда скуёт меня в своей черноте. И фальшивой красоте.

Я смотрю в зеркало, и не вижу того, что хочу видеть. Не чувствую ничего, кроме острого холода в груди. Прекрасная кукла. Образ которой был согласован и утверждён самим дьяволом. Несколько дней назад, во время примерки я и не думала, что превращусь в фарфоровую марионетку в руках кукловода. Идеальные макияж и причёска, над которыми, несколько часов трудились незнакомые мне девушки. И Амара вместе с Руби. Лишь добавляли мне некой схожести с куклой. Красивая серебрянная тиара, украшенная бриллиантами и жемчугом, вплетена в прическу. Делая вид, будто у меня есть некий титул. И я хочу смеяться. Ведь у меня есть титул. Титул личной шлюхи самого дьявола. Завитые локоны волосы и длинная фата закрывают шею и оголённую часть спины. На шеи красуется аккуратная серебряная подвеска с кулончиком в виде капли воды. Меня смущает вырез платья и оголённые ключицы, но окружающих это мало заботит. Я не знаю, из какого материала сшито данное белоснежное платье, но он весьма приятен моей коже. Верх платья открытый. И это не радует меня. В областиталии красуется тонкая лента с бантиком, служа своеобразным поясом. Подол платья не слишком пышный, но весьма длинный. В целом, само платье выглядело просто, но весьма элегантно. Портит картину лишь яркий красный цвет помады на моих губах. Я морщусь. Слишком пошло. Откровенно. Противно.

Я не обращаю никакого внимания на девушек, что продолжают слоняться вокруг меня, то и дело поправляя то причёску, то макияж. Я ушла в свои мысли. Изолировалась от окружающего мира, стараясь собраться. Стараясь настроиться на очередную игру. Страшно ли мне? Да.

Я переминаюсь с ноги на ногу, ощущая небольшое трение туфель о стопу, и вздыхаю. Каблук туфель не большой, но мне трудно стоять на твёрдых ногах. Каблуки – это не то, что я привыкла носить. Однако просить сменить обувь – бесполезно. Этим людям плевать на мои желания, у них есть чёткий приказ от Дэна. И они беспрекословно выполняют его.

Спустя несколько минут, последние приготовления завершаются и я остаюсь одна. Вздрагиваю, когда слышу, как закрываются за девушками входная дверь. Делаю глубокий вдох и вновь смотрюсь в зеркало. Красиво. Безумно. Но это не та красота, к которой привыкли окружающие. Нет. Я вижу лишь уродливую, чёрную красоту в отражении. Вижу убитую личность и мёртвую душу. Усмехаюсь.

Кинув быстрый взгляд на дверь, я беру со стола салфетку и стираю с губ вульгарный красный, оставляя лишь тусклое упоминание о нём. Делаю аккуратно, стараясь не испортить работу девушек. Удостоверившись в результате, я выкидаю скомканную салфетку в корзинку и подхожу к косметическому столику, на котором лежит мой свадебный букет. Весьма странный бело-красно-фиолетовой окраски. Точнее цветов. Амара сказала, что каждый цветок и его цвет что-то означает. Но что именно, она не сказала, да и я не особо стремилась узнать их значение.

Протянув руку, поглаживаю лепестки цветов, и слышу отдалённые звуки скрипки. Видимо остатки гостей уже прибыли на место. И сейчас, оркестр не даёт им скучать. С минуты на минут начнётся шоу.

Ещё утром мне удалось осмотреть украшенное для проведения церемонии место. В центре роскошного сада, возле большого старого дуба стоял своеобразный белоснежный алтарь и арка, украшенная сотней цветов и лент. Возле алтаря отводилось место для музыкантов и певцов. Остальное пространство занимали стулья для гостей. К слову, до сегодняшнего дня я не пересекаласьни с кем из гостей. Но прекрасно знала о том, что вчера прибыли Ричард и Камилла. И встречи с данным человеком я боюсь больше всего. Особенно зная то, насколько сильно он хочет устранить Дэна. Даже сам факт того, что послы Исстара и Дариана так же будут на свадьбе, не наводил на меня такой ужас, как сама мысль о том, что я увижу Ричарда.

Я делаю глубокий вдох, стараясь унять трясущиеся руки. Спокойно. Спокойно. Я смогу. Я сделаю это. У меня нет другого выбора. Они должны поверить мне. Поверить в то, что я люблю Дэна. Что он дорог мне. Блять. Звучит так абсурдно. Я ненавижу его. Ненавижу так сильно, что готова убить. Но и отрицать того факта, что становлюсь зависимой от него, не могу. Словно он отравил меня каким-то ядом. Подсадил на наркотик. И я не могу объяснить это зависимость. Не могу сказать, хорошо это или плохо. Я уже ничего не знаю. Я просто… Просто хочу, чтобы всё это закончилось.

Я не думаю ни о чём. Лишь прокручиваю слова Дэна о том, что я справляюсь со своей задачей. Сейчас, самое главное не позволить пустоте завладеть мной. Иначе всё это зря. Пускай мерзко и противно. Пускай больно. Я должна. Должна сломать и переступить черту. Шагнуть во мрак, который сожрёт меня. Не оставив и шанса. Я шагну в адское пламя добровольно, чтобы позволить Дьяволу получить, что он хочет.

Внезапный стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. Подняв взгляд, я сглатываю и говорю тихое «Да». Входная дверь открывается и на пороге комнаты появляется Амара. Одетая в бледно голубое платье в пол, с шикарной причёской и макияжем, она сияла словно звезда. Так красива. И кажется, вполне счастлива и довольна происходящем. Чего не скажешь обо мне.

– Пора, – усмехнувшись отвечает Амара, а затем как-то странно всматривается в моё лицо. – Ты стёрла помаду?

– Да. Мне не нравится красный цвет, – говорю я, беря в руки букет и начиная обратный отсчёт.

– Красный цвет – символ любви и страсти.

– Ты ошибаешься, красный – цвет крови. Я не могу смотреть и видеть красный, потому что запах крови пропитался, въелся в меня на столько, что во всём красном я вижу лишь ужас и боль. Я не могу смотреть на красный. Не могу видеть реки крови перед глазами, вспоминать всё, что видела в том доме.

Амара ничего не отвечает. Вместо ответа, она закатывает глаза, подходит ко мне и взяв за руку, направляется к выходу. В доме непривычно тихо. И эта тишина пугает.

Десять.

Мы спускаемся по лестнице и проходим вдоль длинного коридора.

Девять.

Подходим к выходу на задний двор. Подле которых стоит Руби, одетая в такое же платье, как и Амара. Девушка как-то странно улыбается мне. И я вижу в её глазах некое сочувствие.

Восемь.

Амара открывает дверь и подталкивает меня вперёд, говоря при этом тихое «Дыши».

Семь.

Я выхожу к белоснежной каменной дорожке, бока которой украшены сотней цветов. Дорожка уходит в бок, тем самым образовывая некий запутанный путь к алтарю. По бокам от тропинки, стоят люди облачённые в чёрные шёлковые халаты с капюшонами на голове. Их лица скрывают маски, украшенные золотыми узорами и драгоценными камнями. Эти люди служат своеобразной стеной. Эти люди – жнецы. Сама дорожка посыпана красными лепестками роз. Я останавливаюсь, сглатываю и вступаю на твёрдый камень.