When the Mirror Cracks
Шрифт:
– Определенно, – согласился Красный Робин.
– Да идите вы! – обижено воскликнул Джейсон, впрочем, тут же сгребая младших братьев в объятия. – Переодеваться идите. Нам еще Грейсона искать.
В ответ мальчишки только крепко обняли старшего брата, надеясь, что это поможет ему хоть ненадолго сохранить ясный рассудок.
День 14.
Он не помнит, кто он. Он не помнит, кем он был до того, как попал в это место. В его жизни есть только бесконечная боль. И одна мысль. Единственное, что делает его человеком.
«Я должен вернуться, чтобы сказать Джейсону, что
Он не помнит, кто такой Джейсон. Он не знает, есть ли этот Джейсон на самом деле. Но что-то подсказывает, что как только он откажется от этой мысли – он перестанет существовать.
На горло надавила полоска стали – человек в красном шлеме потянул за цепь, вынуждая его подползти ближе. Он знал, что сейчас ему сделают укол и начнут бить. И сопротивлялся, насколько мог, вкладывая остатки сил в этот бунт. Откуда-то издалека пришла мысль, что человеку в красном шлеме нельзя верить. Что человек в красном шлеме не тот, за кого себя выдает, и надо сопротивляться. Надо бороться и вырываться, чтобы этот человек злился.
Его схватили за подбородок. Человек в красном шлеме притянул его к себе, чтобы посмотреть в глаза.
– Ты уже потратил уйму моего времени, Ричард.
Ричард? Кто такой Ричард? Неужели это он?
В памяти всплыло, что когда-то давно кто-то уже называл его Ричардом. Кто-то другой, не этот страшный человек. Тот был большим, сильным и надежным, за того можно было спрятаться. Тот человек не стал бы причинять ему боль.
Он попытался прохрипеть что-то в ответ, но не смог. Голос был сорван во время одного из избиений. Он не помнил точно, во время которого.
«Я должен вернуться, чтобы сказать Джейсону, что простил его, – птицей забилось в голове. Он знал, что сейчас вновь будет очень больно и пытался оставить в себе хоть что-то человеческое в этот момент. – Я должен вернуться, чтобы сказать Джейсону, что простил его. Я должен… Джейсон… пожалуйста! Я должен вернуться!»
Если этот Джейсон и существовал, то наверняка был ему очень дорог, если кроме его имени он не мог вспомнить никого другого.
Его швырнули на пол, с расчетом, чтобы он упал на раны.
– Что в тебе особенного? – человек в красном шлеме бил его ногами, подкрепляя ударами каждую свою фразу. – Почему ты сопротивляешься?
Он не знал. Он действительно не знал, почему упрямо продолжает терпеть боль и издевательства.
– Я Чудо-Мальчик, – едва слышно прохрипел он. Откуда это прозвище взялось в его голове, он тоже не знал.
Человек в красном шлеме схватил его за руки и подвесил. Сделал укол. И продолжил наносить удары.
Руки тряслись от бешенства. Ник еще раз попытался успокоиться и наконец-то смог набрать нужный номер.
– Надеюсь, ты с хорошими новостями, Ник.
– Не надейся, Том, – хмыкнул Эдриан. – Этот парень держится две недели, умудряясь каждый день выводить меня из себя. И я уже не знаю, как заставить его сделать то, что нам нужно.
– Увеличь дозу, – после некоторого молчания донеслось из трубки.
– Я накачиваю его этой дрянью каждый день. Он может не выдержать, – опасливо сказал наемник.
– Увеличь дозу, – повторил Том. – До максимально возможной. И старайся лучше, Ник. Если этот Ричард Тодд не выживет – используй. Мне нужен результат, а каким образом ты
– Хорошо, – помедлив, ответил Эдриан. – С завтрашнего дня я увеличу дозу. И придумаю что-нибудь, что сможет, наконец, сломить этого ублюдка.
– Не разочаруй меня.
Том бросил трубку, оставляя Ника размышлять над тем, как подчинить себе настолько стойкого и упрямого пленника.
С негромким стуком шлем упал на пол. Джейсон сунул голову под кран с холодной водой, умылся и, взбодрившись, отряхнулся как большой пес. Минутная передышка была окончена.
Он не спал с того дня, как вырубил Тима, подменяя младших братьев, которых по очереди отправлял отдыхать, или работая в паре с Бэтменом. К избиению людей, которые могли хоть немного натолкнуть на след Ника Эдриана, привык, кажется, даже уже комиссар Гордон, который после выяснения нужных Красному Колпаку сведений забирал преступников в участок.
Тодд пытался держать себя в руках, но с каждым часом делать это было все сложнее. Понимая это, Брюс старался или находиться рядом, или посылать с ним Дэмиена. Ответственность за младшего брата делала Джейсона осмотрительнее и не позволяла бросаться в крайности.
С Тимом он старался больше не пересекаться.
Красный Робин все сильнее впадал в отчаяние и все меньше верил в то, что Дик все еще жив. После того, как Дрейк высказал то, что было на уме у всех, ему стало тяжелее верить в обратное или делать вид, что он верит. Тим искал, Тим готов был рыть землю, чтобы найти Грейсона. Но было заметно, насколько он измотался и с каким трудом ему дается спокойная показательная улыбка, которую он каждый раз изображал перед Дэмиеном и Джейсоном. Если Робина она еще могла обмануть, то Красного Колпака – нет.
Из всей семьи Джейсон остался последним, кто верил в то, что Дика не станут убивать.
День 18.
Он не помнит, кто он.
В его жизни есть только боль, и ей нет конца. Его тело избито, истерзано и изрезано. Его тело – открытая рана, которую каждый рань раздирают с новой силой. В его голове не осталось отголосков воспоминаний или мыслей. Кроме одной.
«Я должен убить Красного Колпака, чтобы боль прекратилась».
Шел дождь.
В одном из заброшенных домов в Ист-Сайде велась ожесточенная потасовка. Один из ее участников специально увел своих противников с улицы, чтобы не пострадали мирные прохожие (которых, впрочем, не было).
Бой продолжался уже около получаса, и изрядно избитые наемники были готовы сдаться и оставить загнанного в угол врага. Но неожиданно для самих себя они получили подкрепление.
Пропустивший удар в спину Робин ругнулся, а в следующий момент он оказался лицом к лицу со своим двойником. Вспомнив рассказы Тодда о мета-людях, Дэмиен хищно усмехнулся и бросился на свою копию, не собираясь сдерживаться.
Вместе с двойником на мальчишку разом напали все наемники.
Это было слишком. Робин отбился бы от самого себя или от своих изначальных противников, но все вместе оказались для него слишком сложной задачей. Примерно через десять минут Дэмиен сделал ошибку, оступился и оказался схвачен. Двое наемников скрутили его по рукам и ногам, практически лишив возможности выбраться.