When the Mirror Cracks
Шрифт:
Сон все равно не шел, но Дику хотя бы удалось справиться с собственными мыслями.
Расслабленное состояние потревожил легкий стук, а затем и звук открывающейся двери. Грейсон понадеялся, что ничем себя не выдал и, изображая спящего, чуть недовольно завозился, пряча лицо еще сильнее.
– Ты чокнулся, Замена? – послышался немного рассерженный шепот Джейсона.
– Да ладно. Он все равно спит, – тихонько ответил Тим. – А ты все равно не расскажешь.
По чуть прогнувшемуся матрасу Дик понял, что младший брат присел на кровать с его стороны.
– С чего ты взял?
– Потому что ты заботишься о нем и бережешь, –
– Ты полюбоваться или по делу? – недовольно поинтересовался Тодд.
– И то, и другое, – отозвался Тим. Грейсон почувствовал неуверенную ладонь, чуть коснувшуюся плеча. – Он зарос.
– Да. Стой. Не трогай… да, там еще нельзя, – Дик едва сдержал улыбку, когда понял, что Джейсон отвел руку младшего брата, чтобы тот не коснулся «запретного» участка.
– Со спиной все очень плохо, да?
– С содранной кожей и отметиной все хуже, – Тодд тяжело вздохнул. – Альфред говорит, что на спине через несколько дней останутся только рубцы. Но Дику все равно больно. Я не знаю, почему.
– Может, ему не больно, а страшно? – предположил подросток, перебирая Грейсону волосы. – Ты сам говорил про галлюцинации.
– Он боится, что все, что происходит с ним сейчас – галлюцинация. А на самом деле он все еще на корабле.
– Ты справляешься? – с беспокойством спросил Тим.
– Пока что да. Сложнее всего его накормить.
– Он поэтому такой… хрупкий?
– Три недели, Тим, – напомнил Джейсон. – Я не представляю, как он выжил. Его точно морили голодом, а еще и избивали. Мучили. Черт. Давай тему сменим?
Братья замолчали, какое-то время просто ласково гладя Дика по голове, плечу и руке.
– Я вообще-то извиниться зашел, – наконец, проговорил Тим.
– Извиниться? – переспросил Тодд.
– Я не должен был пытаться вас поссорить, – ладонь подростка чуть дрогнула. – И чувствую себя из-за этого отвратительно. Вы сегодня сильно разругались?
– Мы не ругались.
– Джей, твое «заткнись» я ни с чем не спутаю, – Тим хмыкнул. – Ты наорал на него?
– Давай договоримся, Тим. И ты передашь мелкому, ладно? – попросил Джейсон. – Все ваши претензии к Дику вы выскажете Дику, когда он придет в себя. Не так, как Дэмиен, добивая еще больше. И не так, как ты, впутывая в свои обиды еще и меня. Сегодня я разгребал последствия. И это было не особо приятно.
– Грозный Джейсон, – усмехнулся младший брат. – Хорошо, что ты ему помогаешь. Именно ты.
– Ты бы справился лучше.
– Нет, – отозвался Тим. Дик догадывался, что в этот момент он опустил голову. – Я бы жалел его. Щадил. Все позволял. И не давал бы таких встрясок, как ты.
– Сказал парень, который врезал ему почти сразу же после комы, – Тодд хрипло выдохнул, сдерживая смех.
– Это твое дурное влияние, – парировал подросток. – Ты сегодня что-то слишком бодрый.
– Альфи вчера вырубил меня. Через недельку повторим, – чуть дернув плечами ответил Джейсон.
«Поганец! – мысленно выругался Грейсон. – Ты не спишь и ничего не делаешь с этим. Пользуешься тем, что я не замечаю? Ну-ну!»
– Джейсон, с этим надо что-то делать. Сколько ты выдержишь в таком духе?
– Да ладно тебе, Тим, – отмахнулся Тодд. – Какой там у Брюса рекорд без сна? Вдруг побью?
– Джейсон! – Тим неожиданно повысил голос, и Дику пришлось снова изображать
– Тим, я ничего с этим пока не сделаю. Есть шанс, что я смогу спать спокойно после того, как выговорюсь Дику. Но для этого ему нужно восстановиться. Сейчас он не готов.
– Сейчас он спит, – хмыкнул подросток. – И даже не услышит того, что ты расскажешь. Но тебе станет спокойнее. Попробуй, Джей.
– Хорошо, – сдался Тодд. – Я выговорю ему все.
– Я проверю. Послезавтра. – серьезно пообещал Тим. – Ты же помнишь, о чем мы договорились?
– Помню.
– Тогда спокойной ночи. Мне еще надо проверить Дэмиена, потому что второй его истерики Альфред точно не выдержит.
– Спокойной ночи.
Дик почувствовал легкий, почти безболезненный тычок в спину и едва не рассмеялся. Наивный! Притвориться спящим перед Джейсоном, может быть, было и возможно. Но чтобы провести Юного Детектива, требовалось что-то гораздо серьезнее.
Какое-то время после того, как Тим ушел, Джейсон сидел, уставившись в дверь и рассеяно обнимая Дика. Младший брат был прав: стоило выговориться. Возможно, если бы Тодд не был настолько вымотан бессонницей, он сразу бы заметил странности в поведении Грейсона. Возможно, если бы не бессонница, Джейсон смог бы сделать для брата больше.
Покосившись на спящего Дика, Тодд вздохнул.
– Ладно, ладно. Замена прав. От этого может стать легче. А может и не стать, но уже как-то похуй. Считай, Дикки, что это моя исповедь, – пробормотал он. – Я… черт, с чего бы начать? А. С начала. Да. Все началось на том долбанном водохранилище в Лестере, когда мне стукнуло в голову врезать тебе, чтобы спасти жизнь. Не самый мой гениальный план, согласен. Хотя нет. Все началось, когда мне стукнуло в голову попросить у тебя помощи. Когда я бежал из Блэкпула, уже немного загнанный и побитый. И знал, что один не выберусь. Тогда меня и посетила мысль, что тут не так уж и далеко до школы Святого Адриана, в которой я тусовался почти месяц и в которой торчит мой любимый старший братец. Если бы я только знал тогда, чем это обернется для тебя. Если бы знал, что в итоге ты будешь лежать у меня в руках, хрупкий и беззащитный, измученный и израненный… Это слишком много, Дик, даже для тебя. Пытки, мучения. Предательство. Я ведь действительно предал тебя, подставил под издевательства и причинил своими словами больше боли, чем побоями. Я не хотел, чтобы так вышло. И я… я так виноват, Дикки. Я безумно виноват, и ты вряд ли когда-нибудь меня простишь.
– Я давно простил тебя, Джей.
Глаза старшего брата блестели в темноте. Дик приподнялся на руках и теперь смотрел на Джейсона, пытаясь сдержать улыбку.
– Ты…
– Хрупкий, значит? – Грейсон ухмыльнулся и, подтянув ноги, сел напротив.
– А какой же ты? – обижено пробурчал Тодд.
– Ну… – Дик замялся, пытаясь подобрать нужное слово. – Бородатый и немного занаглевший?
– Я придушу тебя, Птичка. Это нечестно!
– А честно, что ты изводишь себя и не спишь? – парировал Грейсон. – Джей, слушай. Пока я был там, в плену, я очень долгое время держался за одну мысль. Я все искал возможность сказать тебе, но все время было не до этого. Джей, я должен был выжить. Должен был вернуться, чтобы сказать тебе, что полностью простил тебя за все. Вообще за все. Тебе не нужно больше себя изводить.