When the Mirror Cracks

OcSola

– От себя ты тоже устал, – парировал двойник, вытирая тяжелые перепачканные сажей ботинки об остатки травы. – Ты хорошо подумал?

– Он возненавидит меня.

– Он уже тебя ненавидит, – двойник идет куда-то в сторону, но Дик не следит за ним. – Иначе бы он не устроил того, что устроил сегодня. Он устал от тебя. И ты это прекрасно знаешь.

Кроме шагов теперь слышится сдавленное рычание и звуки борьбы.

– Пусти. Пусти меня, тварь!

– Тише, малыш, – обманчиво ласково прошептал двойник. Дик поднял голову. – Ты же сам сказал,

что меня не существует.

– Грейсон! Помоги! – извиваясь, закричал Дэмиен, с безумной надеждой глядя в его сторону.

– Нет! Дэмиен! – Дик попытался подбежать, но внезапно почувствовал ошейник на своем горле и тяжелую цепь, прикрепленную к кольцу в земле. – Не смей его трогать!!!

– Да ладно, – двойник рассмеялся. – Он тебе все равно не нужен.

Дэмиен пытался вырваться, но сопротивление было жестко пресечено. Двойник схватил его за волосы и, ухмыляясь, перерезал горло.

Свежая кровь брызнула ему на лицо.

– Нет!!! – заорал Дик, пытаясь сорваться с цепи. – Нет!

Он задохнулся и упал, выгибаясь, и чувствуя невыносимую боль во всем теле.

– Нет!..

– Птичка!

– Не надо! – выдохнул Грейсон, вновь изгибаясь. Пытаясь не дать брату шевелиться, Джейсон обхватил его и посадил, прижимая к себе.

Дик барахтался в кошмаре и вновь не мог выбраться сам, а Тодду оставалось только проклинать себя за то, что он не смог пересилить раздражение и столкнул брата глубже в пропасть, из которой вроде бы должен был вытаскивать.

Вообще, Джейсон планировал принять снотворное и отрубиться. Но Дик спал слишком беспокойно, поэтому пришлось повременить. Как оказалось, не зря.

– Давай, Птичка, слушай меня, – шептал Тодд, одной рукой удерживая Грейсона, а другой пытаясь схватить его за палец, чтобы окончательно вырвать брата из кошмара. – Проснись, братик. Все хорошо. Давай же, проснись.

– Нет! – крикнул Дик все еще в полусне отталкивая Джейсона. – Не трогай их!

– Дикки, все в порядке, – Тодд не оставлял попыток разбудить Грейсона.

То, что Дик проснулся окончательно, Джейсон понял по чуть напрягшимся плечам брата и рваному дыханию сквозь сжатые зубы. Кошмар не собирался отпускать, проникая даже в реальность.

– Он убьет вас, – пробормотал Грейсон, пытаясь оттолкнуть Тодда и отползти, но терпя неудачу и безвольно обвисая. – Он всех вас убьет.

– Кто, – мягко спросил Джейсон, гладя брата по голове и надеясь таким образом успокоить.

– Я.

– Грейсон, ты совсем тронулся? Из тебя убийца как из меня кормящая мать.

– Я не могу бороться, Джей, – не слыша, продолжил Дик. – Я боюсь стать таким.

– Каким? – терпеливо поинтересовался Тодд. – Расскажи, Дик.

– Я вижу сны, – бороться с собой сейчас не было сил, и Грейсон сдался, рассказывая часть того, что разъедало его изнутри. – В них меня… двое. Я, и тот, кем я стану. Мерзкая озлобленная тварь, залитая кровью. Он убивает вас. Постоянно. Каждую ночь. Сначала только тебя, но теперь всех. Сегодня был Дэмиен. Джей, я не хочу быть таким.

–

Перестань, – обнимая брата чуть крепче, проговорил Джейсон. – Ты никогда не станешь таким. Никогда. Это просто страх. Еще один из многих. В тебе есть тьма, Дикки, я всегда это знал. Но твоя тьма на цепи, под тоннами доброты и твоей… грейсоности. Не знаю, как это по-другому назвать.

– Убей меня, Джейсон.

– Сдурел?!

– Если я начну становиться тварью. Не дай мне стать монстром, – попросил Дик, одновременно пытаясь схватиться за брата.

– Я убью тебя прямо сейчас, если ты не перестанешь нести бред! – разозлился Тодд. – Тебе что, мало Тима и Дэмиена, так ты теперь хочешь, чтобы я на тебя злился?

– Ты итак злишься.

– Я? На тебя? – удивленно воскликнул Джейсон. – Я на младенцев не злюсь.

– Тогда…

– Потому что мне надо было подумать и разобраться, – перебил Тодд, зная вопрос заранее. – Прости. Надо было сказать сразу. А ты себя накрутил. Забудь и давай спать.

– Не делай так больше, – вздохнул Грейсон, все еще пытаясь успокоиться.

– Не буду. Ложись.

Дик промолчал, уже привычно полагаясь на брата и позволяя ему устраивать себя в постели. Заботливый Джейсон все равно не дал бы ему самому даже попытаться улечься. Считал, что Грейсон все еще слишком сильно изранен и не сможет найти правильного положения.

Засыпая, он еще успел подумать о том, что не стоило рассказывать о своих кошмарах. И радуясь, что брат не знает о том, что первый шаг, чтобы стать монстром из своих снов, Дик сделал.

Следующие несколько дней для Джейсона слились в один, за который он окончательно понял, что неприятности любят наваливаться скопом. Началось все со стука в дверь и фразы Брюса о том, что нужна срочная помощь. Оставлять Дика одного не хотелось, но сам Грейсон считал, что Тодда не стали бы звать без веской причины. И оказался прав.

На комиссара Гордона, словившего пулю на следующий день после того, как они отыскали Дика, вновь пытались напасть. Спасло чудо – точнее, Барбара, вовремя заметившая подозрительно вооруженных людей, шатающихся по коридорам больницы. Бэтгёрл отловила парочку самых медлительных, а уже днем Бэтмен обрабатывал информацию, которую девушке удалось получить при допросе.

Джейсон, выслушав это, уже собирался было возмутиться и отправиться обратно к Дику, но Брюс только молча указал пальцем в сторону. Туда, где на больничной койке лежал хмурый и обиженный на весь мир Дэмиен.

Мальчишку хорошенько отметелили во время патрулирования, и теперь он окончательно решил доконать всех своим поганым настроением, требуя внимания, которого не могли дать пятиминутные визиты Тима. Сам старший Уэйн появлялся возле сына всего пару раз. А Тодду теперь предстояло стать двойной нянькой. К счастью, в этом случае успокаивать никого не требовалось. С Дэмиеном нужно было всего-то посидеть пару часов в день, слушая поток возмущения, или гневное сопение, или болтая о чем-нибудь незначительном, например об оружии.